Дачи Батилимана

А теперь наш путь в центр поселка. Здесь что ни дом, то история. Жили в этих домах в большинстве случаев не изнывающие от безделья аристократы, а представители передовой русской интеллигенции.

Почти у самого моря стоит продолговатое здание с ажурным балконом и широкими окнами — дача известного русского писателя Владимира Галактионовича Короленко. К сожалению, Владимиру Галактионовичу не пришлось даже побывать в ней. Когда он приехал в Батилиман, был заложен только фундамент, и писатель, прожив несколько дней в шалаше, уехал с намерением вернуться сюда в ближайшее время. Однако обстоятельства сложились иначе, и он не смог пожить больше в полюбившемся ему уголке Крыма.

Правее дачи Короленко, на каменном плато, находится дом, в котором жил замечательный русский художник Иван Яковлевич Билибин.

Билибин вошел в русскую графику как интересный мастер, работавший над иллюстрацией сказочной литературы. Он хорошо знал, любил и понимал русское народное искусство.

Иллюстрации Билибина к сказкам Пушкина привлекают затейливой выдумкой и мягким лиризмом. Но неверно считать Билибина только иллюстратором сказок. Многие его рисунки воспринимаются как сатира. Художник зло, иногда даже безжалостно высмеивал отрицательные черты в облике и характере своих персонажей.

Одной из самых оригинальных работ последних лет жизни Билибина были иллюстрации к сборнику былин «Героическое прошлое русского народа». Работу над этой серией художник начал в 1939 году и продолжал во время Отечественной войны в Ленинграде. Он не уехал из блокадного города, считая, что «из осажденной крепости не бегут, а обороняются...»

Билибину не довелось дожить до победы, он скончался в 1942 году.

Помимо музеев, много рисунков и картин Билибина хранится в частных собраниях. В Ленинграде у Валентины Абрамовны Иоффе имеется акварель Билибина «Батилиман», подаренная художником ее отцу, известному физику А.Ф. Иоффе.

Если следовать далее, то нужно остановиться у дачи Андрея Васильевича Кравцова.

Для своей многочисленной семьи Кравцов построил два дома: верхний, в котором жил его сын, инженер Вадим Кравцов, и нижний, который занимал он сам.

Верхний особняк — самое изящное по архитектуре и самое большое в Батилимане здание. По наружным его стенам множество барельефов на сказочные сюжеты. И здание и барельефы исполнены по специальным рисункам Билибина, что делает дом уникальным памятником творчества русского художника Билибина.

В этом же доме жил и выдающийся советский физик Абрам Федорович Иоффе, муж дочери Кравцова Веры Андреевны.

На бывшей даче писателя В.Г. Короленко живут севастопольские пионеры

Несколько слов о нем: Абрам Федорович в 1902 году окончил Петербургский технологический институт, а в 1913 уже получил звание магистра физики. Через несколько лет за исследование упругих и электрических свойств кварца — степень доктора физики. Октябрьская революция застала Абрама Федоровича на батилиманской даче. Он сразу выезжает в Петербург. Для ученого не стоял вопрос: по какую сторону баррикад ему находиться? Иоффе тут же включается в работу. При Петроградском государственном рентгенологическом и радиологическом институте он создает физико-технический отдел и становится его руководителем, а затем директором физико-технического института Академии наук СССР.

Основные работы академика Иоффе посвящены изучению механических свойств кристаллов, электрических свойств диэлектриков и полупроводников. Абрам Федорович является автором многих учебников физики, лауреатом Государственной премии.

...Одну из дач занимал писатель Евгений Николаевич Чириков. В своих рассказах и повестях он изображал жизнь «маленького человека», пошлость мещанского быта русской провинции («Калигула», «Фауст»), Под влиянием М. Горького он примкнул к писателям, группировавшимся вокруг «Знания». После поражения первой русской революции в творчестве Чирикова появляются шовинистические мотивы. После 1917 года он эмигрировал за границу. Вдали от Родины он уже не смог создать ничего значительного. В Батилимане Чириков работал над заключительной частью трилогии «Жизнь Тарханова».

...В другом доме жил профессор Георгий Федорович Морозов. Георгий Федорович оставил нам огромное научное наследство. Его перу принадлежит всемирно известное «Учение о лесе». Лес — призвание всей жизни ученого.

В 1901 году Г.Ф. Морозов становится во главе кафедры общего лесоводства в Лесном институте в Петербурге. В течение 17 лет он ведет в нем огромную научно-педагогическую общественную работу. После революции Морозов руководит кафедрой лесоведения и лесоводства в Таврическом университете (ныне — педагогический институт) в Симферополе. Во время работы в университете Г.Ф. Морозов подготовил к печати книгу «Основы учения о лесе». Он умер в 1920 году и похоронен в Симферополе.

Память о профессоре Г.Ф. Морозове бережно хранят ученые и практики-лесоводы. Его именем названа одна из улиц Симферополя, а на здании Крымского педагогического института на мемориальной доске высечено его имя. Хочется думать, что когда-нибудь и на батилиманской здании появится мемориальная доска: «Здесь жил и работал выдающийся лесовод Георгий Федорович Морозов».

Вот они, юные хозяева Батилимана

Вот дача Редько или, как тогда говорили, «Редьков»! Жили в ней друзья Короленко инженер Алексей Мефодиевич Редько с женой Евгенией Исаковной. Это были очень интересные, широко образованные люди. Они сотрудничали в журнале «Русское богатство», публиковали там свои статьи и рецензии, выступали в журнале с критикой модернизма. Они противопоставляли так называемой «новой поэзии» поэзию Пушкина, Лермонтова, Гейне, Некрасова...

Корней Чуковский вспоминает о «Редьках»: «В качестве рьяного поклонника «новой поэзии» я делал немало напрасных попыток пропагандировать ее... и теперь мне даже совестно вспомнить, с каким мальчишеским азартом, что называется, закусив удила, я набрасывался на несокрушимых «Редьков», неизменно подстрекаемый к бою колкими «зоилиадами» Александра Мефодьевича, окрашенными украинскою флегмой. Пропаганда моя не имела успеха... Во время наших споров Короленко молчал, но я чувствовал.

что все его симпатии не на моей стороне. Наши вечные разногласия и споры не помешали мне и Александру Мефодьевичу сильно привязаться друг к другу. Мы и наши семьи тесно сблизились на долгие годы».

...Дача гениального русского ученого Вернадского находится у подножия Куш-Каи, где начинается Батилиман. Оттуда видно, как далеко внизу бьется море о скалы и наверх доносится его глухое ворчание. Возможно, в редкие дни, когда ученый приезжал сюда, он стоял на этой усыпанной алыми маками поляне, и, может быть, именно здесь впервые ему в голову пришла мысль, высказанная им позже: «Корни всякого открытия лежат далеко в глубине, и, как волны, бьющиеся с разбегу о берег, много раз плещется человеческая мысль около подготовляемого открытия, пока придет девятый вал»...

А сколько «девятых валов» было в жизни Владимира Ивановича Вернадского: «Теория строения силикатов», «Курс минералогии», «О научном мировоззрении», «Задача дня в области радия», «Об использовании химических элементов в России», «Биосфера», «Геохимия, биогеохимия и радиогеология на новом этапе» и много других.

Академик Вернадский принадлежал к тем классическим ученым, в руках которых наукой становится все, чего касается их мысль.

...Дача писателя Сергея Яковлевича Елпатьевского сейчас полуразрушена, и там никто не живет, хотя совсем немного усилий нужно, чтоб восстановить ее.

Врач Сергей Яковлевич Елпатьевский был прогрессивным писателем. За принадлежность к «Народной воле» в начале 80-х годов он был сослан на три года в Восточную Сибирь. Имя Елпатьевского стало известно с 1881 года, когда вышли его книги «Рассказы о прошлом» и «Очерки Сибири». В своих произведениях писатель обличал дворян, купцов, кулаков, сочувственно рисовал образы крестьян и городских пролетариев.

Тсс...

Елпатьевский подолгу жил в Крыму. В 1903 году врачи-писатели А.П. Чехов и С.Я. Елпатьевский активно участвуют в создании общедоступного санатория в Ялте. Этот санаторий существует и поныне и носит имя А.П. Чехова.

В 1905 году Елпатьевский принимает участие в организации первомайской массовки. После этого комендант Ливадии, он же градоначальник Ялты, полковник Думбадзе при каждом удобном случае стал высылать писателя-врача из Ялты. А удобный случай — это приезд в Ялту какой-нибудь особы царской фамилии.

По-видимому, Елпатьевскому это надоело, и он решил скрыться от «всевидящего ока» в полудикий Крым и приобрел участок в Батилимане.

Как видите, здесь от каждого здания веет историей: Короленко, Вернадский, Морозов, Билибин — люди, без которых мы сегодня не мыслим русскую науку, литературу, искусство.

В 1924 году в Батилимане был открыт санаторий Академии наук СССР. И вне всякого сомнения, батилиманский воздух, море, дикая красота гор создавали обстановку, способствующую рождению новых, дерзновенных мыслей и планов у людей с творческой жилкой.

Во время Великой Отечественной войны немцы появлялись в Батилимане наскоками, но успели разрушить одни здания и опоганить другие. Дом Елпатьевского они превратили в нужник, на даче Иоффе содержали лошадей, дом Короленко был разрушен...

После победы над фашистскими захватчиками почти все дачи были восстановлены и отданы севастопольской детворе.