Кара-Даг — черная гора

Радость мирной жизни удесятеряется, если рядом опасность имеется. Люди на войне, в самом горниле ее побывавшие, особенно чувствуют, чего стоит мирный сон, красота яркого дня и очарование темной звездной ночи.

Жители Отузской долины ни с кем не воевали, но очень ценили мирную жизнь, проживая вблизи Кара-Дага — Черной горы. Неспокойна была гора еще во времена тавров. Говорили тавры о том, что гора эта временами просыпалась, над вершиной ее поднимался дымок, потом с ужасающим грохотом вверх взлетал столб огня, а на округу изливались потоки расплавленного камня. Времена те ушли, но в огромной пещере внутри горы поселился великан одноглазый. Днем он отсыпался, храпя во сне, хотя и мирный храп этот напоминал отдаленные раскаты грома, а сама гора вздрагивала, когда великан поворачивался сбоку набок. Глубокой ночью великан просыпался и выходил из своей пещеры через лаз, похожий на огромную воронку, и тогда люди могли видеть издалека, как красным цветом крови светится его единственный глаз.

Великан, проголодавшись за день, требовал себе пищи, напоминая об этом ужасающим грохотом, при этом он начинал швырять в долину огромные камни, повреждая деревья и виноградники. Жители вынуждены были жертвовать великану овцу и быка.

Получив их, великан успокаивался. Жители могли заниматься своими обычными делами, выгоняя на выпас овец и коров, выходя в сады и виноградники. Наступал вечер, чабаны гнали стада овец в кошары, отовсюду слышалось блеяние и мычание животных. Возвращаясь с садов и виноградных полей, девушки пели песни девичьи о любви и о счастье — дивные трели девичьих голосов разливались по всей долине. Но приближаясь к жилищам, голоса стихали, девушки с опаской поглядывали в сторону Кара-Дага, черной громадой возвышающегося над долиной, а вдруг одноглазый великан покажется?

С каждым годом уживаться с великаном становилось все трудней и трудней, он уже не удовлетворялся быком или парой овец, а требовал большей жертвы. Особенно аппетит его разыгрывался в месяц свадеб. Даже десятки овец и быков не были достаточными. Он ревел целую ночь, и от рева его дрожали окна, и потухал огонь в очагах. Затем он хватал огромные камни и сбрасывал их в долину. Скатываясь по склонам горы, они превращались в лавину, которая сметала все на своем пути.

Напуганные люди выбирали одну из невест и отдавали ее в жертву великану…

Много лет великан властвовал над Отузской долиной, а люди терпели. Никто из них даже не помышлял над тем, как от него избавиться. Но однажды нашелся смелый юноша, который решил бросить вызов чудовищу. Жители деревни по-разному отнеслись к этому решению: одни жалели юношу, другие смеялись над ним, но, ни те, ни другие не верили в то, что великана можно истребить.

Дождавшись месяца свадеб, юноша принялся за дело. Когда солнце зашло и в долину стали спускаться сумерки. он направился к горе-великану. Вот стали зажигаться первые звездочки, потом всплыла, похожая на серебряный диск, большая луна; засеребрилась морская гладь. Стихли людские голоса, не стало слышно мычания коров и блеяния овец, только одинокие собаки подавали знаки жизни своим лаяньем. Гасли огоньки в окнах жилищ. И вспоминая красу и нежность своей возлюбленной, юноша звонким ясным голосом громко запел старинную песенку:

Любовь — это птичка весны,
Пришла ей пора прилететь.
Спросил я старуху-гречанку,
Как птичку любви мне поймать?
Гречанка ответила так:
«Глазами ты птичку лови,
Она на уста упадет
И в сердце проникнет твое…»

Из ущелья появился великан. Очарованный пением, он попросил юношу принести ему птичку любви и тот согласился. На следующий вечер юноша снова отправился на Кара-Даг, взяв с собой свою суженую. Увидев огромного великана, Эльбис, — так звали невесту юноши, — в ужасе остановилась. Но, взглянув на спокойное уверенное лицо своего любимого, поборола страх и отважно шагнула навстречу опасности. Она обратилась к людоеду и попросила открыть пошире глаз, чтобы рассмотреть птичку. Красота Эльбис была настолько ослепительна, что великан от изумления широко раскрыл свой единственный глаз. А девушка натянула лук и пустила в светящийся глаз великана ядовитую каменную стрелу. Взвыл великан, и рванулся было к смельчакам, чтобы раздавить их, но, став слепым, ничего не видя, споткнулся о камень и сорвался в свою глубокую нору.

От гнева великана гора шевелилась, как живая: громадные камни, и даже целые утесы откалывались от нее и с шумом падали в море. От его гневного дыхания плавилась земля и стекала со склонов огненными потоками сквозь трещины. Целую ночь стоял над Кара-Дагом беспрерывный гул, вершина горы извергала огонь, дым и пепел. Черная зловещая туча заволокла небо, сверкали молнии, и гремел гром.

А на рассвете выпал дождь и все утихло. Когда люди вышли из своих убежищ, то замерли от удивления. Черной горы больше не существовало. На ее месте поднялись к небу новые утесы, и причудливой формы скалы, напоминающие диких зверей. Море уже больше не сердилось и ласково омывало отвесные стены скал, заливало многочисленные бухточки и пещеры и что-то радостно бормотало.