На мысе Айя

По узкой дороге, переходящей в тропу, пройдем к мысу Айя. Десять минут хода, и под нами гигантская воронка, а в ней хаос беспорядочно нагроможденных друг на друга камней. Глыба оседлала глыбу.

Похоже, что писатели-фантасты выписывают свои немыслимые марсианские пейзажи с айинской натуры. Это, конечно, предположение, но точно известно, что знаменитый художник Билибин в свои иллюстрации к сказкам многое привнес от фантастического айинского хаоса. Ученые давно доказали, что хаос — это работа все того же оползня. Среди камней, цепко ухватившись за невидимую землю, что-то нашептывают колючие ветки сосен Станкевича.

Удивительное это дерево и редкое. Темно-зеленое, со свечами-шишками, оно пришло к нам из глубокой древности и находится сейчас под защитой закона. Впервые эта сосна описана в 1906 году В.Н. Сукачевым и названа именем ее первооткрывателя — лесовода В.И. Станкевича. Кроме мыса Айя, она растет еще и вблизи Судака. Дерево почему-то считают вымирающим. Но, к счастью, это не так. Чтобы убедиться в этом, не надо копаться в научных изысканиях, надо просто побывать на мысе Айя и оглядеться вокруг. И вы увидите, что сосны Станкевича отлично размножаются. Есть здесь и однолетние и двухлетние... десяти- и пятнадцатилетние сосны.

Дерево поддается пересадке. Молодые сосенки, привезенные десяток лет назад с мыса Айя в Севастополь, хорошо прижились и растут.

Сосны Станкевича, как альпинисты-скалолазы, выбираются из гигантской каменной чаши и штурмуют вершины скал. И можно только удивляться тому, как могли эти деревья забраться, зацепиться на рыжих скальных проплешинах, гладких, словно полированные столы. Видно, живет в этих соснах необычайной силы упорство.

И всюду, куда бы ни забралась сосна, ее сопровождают алые крымские маки. Нигде мне не приходилось встречать столько маков, Когда говорят о красоте цветов, вспоминают розу. Но мне кажется, мак ей не уступит, хоть он и проще розы. Красный мак — это труженик в рабочей спецовке революционера, и питается он только соками земли. Разлучите мак с матерью-землей, и он тут же увянет..

Сосны, как альпинисты-скалолазы, выбираются из гигантской каменной чаши и штурмуют вершины скал

Грозный утес Айя, словно былинный богатырь, сторожит Южный берег от холодных северо-западных ветров. Этот утес — один из отрогов Главной гряды Крымских гор, которая, выйдя из глубины Черного моря возле Балаклавы, опоясывает Южный берег Крыма.

Красив и грозен Айя в своей первозданной красоте: внизу под ним гневается, клокочет, кипит и злится грозное в этих местах Черное море. Художник-маринист Айвазовский запечатлел на своих картинах кораблекрушения у мыса Айя.

Коварный мыс известен мореплавателям еще с глубокой древности. Старинные лоции Черного моря не советовали парусникам приближаться к нему. На вершине утеса сохранились остатки какого-то строения. Считают, что здесь находился храм и отсюда произошло название мыса. Айя — значит святой.

Согласно другой версии, греки построили на Айя маяк, чтобы не разбивать свои корабли об острые скалы. Что ж, в этом предположении есть резон.

Академик П.С. Паллас, посетивший Крым в 1793—1794 гг., заметил на скале развалины и решил, что здесь когда-то находился византийский монастырь и селение.

Последние и довольно убедительные исследования современных крымских ученых говорят о том, что в давние времена на мысе Айя была греческая крепость Кокия-Исар. Она несла дозорную службу против генуэзцев, обосновавшихся в Чембало (Балаклаве) и проводивших оттуда агрессию в юго-западные районы Крыма.