Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Ссылки Статьи
Интересные факты о Крыме:

Дача Горбачева «Заря», в которой он находился под арестом в ночь переворота, расположена около Фороса. Неподалеку от единственной дороги на «Зарю» до сих пор находятся развалины построенного за одну ночь контрольно-пропускного пункта.

Главная страница » Библиотека » А.Е. Артамонов. «Госдачи Крыма. История создания правительственных резиденций и домов отдыха в Крыму: правда и вымысел»

Глава 3. Дома отдыха ЦИК/СНК в Крыму после окончания Гражданской войны. Дом отдыха ВЦИК № 2 имени Карла Маркса

Данное повествование об истории создания и функционирования домов отдыха ВЦИК в Крыму стоит начать с того, как именно и в какой последовательности принимались решения в политбюро ЦК РКП(б) в январе-феврале 1921 года о санаторно-курортном обеспечении центральных аппаратов ЦИК и СНК РСФСР. Несомненно, что главным инициатором отдыха партийной элиты на Крымском полуострове выступил Д.И. Ульянов, при активной поддержке своего старшего брата — В.И. Ленина и члена политбюро ЦК РКП(б) Л.Б. Каменева, искренне считая, что он поможет своим партийным товарищам, сидевшим на каторге и в тюрьмах до 1917 года, поправить здоровье на бывших престижных буржуазных курортах. Также сейчас известно, что три самых первых дома отдыха ВЦИК в Крыму, являющиеся, по сути, правительственными резиденциями, были учреждены в январе 1921 года после долгой и тщательной проработки архитектурно-строительной документации в отделе загородных владений под непосредственным руководством К.С. Наджарова в период с лета 1919 по ноябрь 1920 года. Данные документы в виде объемистой папки с семью вариантами объектов, расположенных на Южном берегу Крыма, в ноябре 1920 года, с подписью К.С. Наджарова, были отправлены на визирование управляющему Кремлем и домами ВЦИК А.П. Платонову. А.П. Платонов, поставив свою визу на документе (о том, что документ им прочитан и он ознакомлен с его содержанием), написал комментарий (в то время это называлось «помета»): «Проработать т. Наджарову вопрос о курорте Саки и грязелечебницах. 12 декабря. Платонов»1.

Далее, по установившемуся регламенту, папка с документами помощником управляющего Кремлем и домами ВЦИК И.К. Михайловича была отнесена в секретариат Президиума ВЦИК к А.С. Енукидзе, который ее зарегистрировал и внес в перечень тем, обсуждаемых на ближайшем заседании политбюро ЦК РКП(б). В списке объектов, подлежащим принять статус правительственных резиденций, предназначенных для лечения и отдыха центрального аппарата ВЦИК И СНК РСФСР (в том числе политбюро ЦК РКП(б), были следующие здания и сооружения, находящиеся на территории Южного берега Крыма:

1. Дворец (имение) С.В. Кокорева в с. Мухалатка.

2. Имение (курортно-гостиничный комплекс) О.М. Соловьевой «Суук-Су» в с. Гурзуф.

3. Дворцово-парковый ансамбль «Дюльбер» — великого князя П.Н. Романова в с. Кореиз.

4. Дворец в неороманском стиле Ф.Ф. Юсупова в с. Кореиз.

5. Дача Тессели М.М. Плаутиной (Раевской) в п. Форос.

6. Имение А.Г. Кузнецова/Г.К. Ушкова в п. Форос.

7. Гостиница «Ореанда» А.Н. Витмера в г. Ялта2.

Практически сразу в обиход сотрудников Управления Кремлем и домами ВЦИК, а также секретариата ВЦИК была запущена фраза «дом отдыха», которую бывшие историки-архивисты ЦПА Института марксизма-ленинизма связывают с личным мнением председателя Совнаркома В.И. Ленина о той системе санаторно-курортного лечения для партаппарата, которую он увидел, будучи в Штутгарте. Дом отдыха по-немецки звучит как Erholungsheim, и эта фраза в Южной Германии начала XX века обозначала частные курортные заведения, предназначенные, как правило, для праздного времяпровождения без серьезного лечения и других профилактических мероприятий, имеющих медицинскую направленность.

По неофициальной договоренности с наркомом Н.А. Семашко В.И. Ленин предложил в ноябре 1920 года, то есть в период освобождения Крыма от войск Врангеля, назвать первые создаваемые курортные учреждения для ответсотрудников партаппарата «домами отдыха ВЦИК», так как на начальном этапе данные объекты в Подмосковье (например, его личная резиденция в д. Горки Подольского уезда) уже стояли на балансе одного из подразделений ВЦИК — Управления Кремлем и домами ВЦИК.

Курорт «Суук-Су», курзал «Казино». До 1936 года дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса / дом отдыха ЦИК «Суук-Су», а с 1936 года — Дворец пионеров п/л «Артек». Фото 1915 года

Прошу обратить внимание читателей, что дом отдыха в классическом понимании — это учреждение туризма и отдыха, в котором предлагаются только услуги проживания и питания в комфортных условиях, обычно сроком от 7 дней до месяца. Дома отдыха обычного типа могут располагаться как в курортных зонах, так и просто в живописных местах. Данные учреждения в основном предназначены для здоровых людей, которым не требуется специальное лечение. Дом отдыха не является медицинским учреждением, в отличие от санаториев и здравниц. Однако В.И. Ленин, Л.Б. Каменев и А.С. Енукидзе, создав на пустом месте номенклатурную систему санаторно-курортного лечения в РСФСР для партийной элиты, придавали термину «дом отдыха» совсем другую смысловую нагрузку.

В первую очередь дома отдыха ВЦИК, стоящие на балансе Управления Кремлем и домами ВЦИК, предназначались для лечебных мероприятий и купирования целого ряда болезней, связанных в основном с органами дыхания и сердечно-сосудистой системой. Любопытно, что после январского заседания политбюро ЦК РКП(б) и постановления ВЦИК и СНК № 32/С от 19.01.1921 «О создании домов отдыха ВЦИК на территории Крымской Советской Социалистической Республики» партийное руководство РСФСР решило пойти на странный шаг легитимизации таких учреждений, как дома отдыха для рядовых граждан.

«Совет народных комиссаров Р.С.Ф.С.Р

ДЕКРЕТ
от 13 мая 1921 года
О домах отдыха

Раздел I. ОРГАНИЗАЦИЯ И СНАБЖЕНИЕ ДОМОВ ОТДЫХА

1. Дома отдыха организуются губернскими Советами профессиональных союзов в целях предоставления рабочим и служащим возможности восстановить свои силы и энергию в течение получаемого ими ежегодного очередного отпуска в наиболее благоприятных и здоровых условиях.

Примечание. Организация домов отдыха отдельными профессиональными союзами допускается только с разрешения Всероссийского центрального совета профессиональных союзов.

2. Для организации домов отдыха в первую очередь используются загородные дачи, бывшие помещичьи усадьбы, монастыри и т. п.

3. При домах отдыха организуются в зависимости от местных условий различные виды сельского хозяйства, обслуживаемые специальным персоналом.

4. Медицинская помощь и постановка дела физической культуры в домах отдыха организуется губернскими Отделами здравоохранения, санитарный надзор — губернским Отделом здравоохранения совместно с санитарной инспекцией губернского Совета профессиональных союзов.

5. Снабжение находящихся в домах отдыха продовольствием производится местными продорганами согласно специальным нормам, устанавливаемым Комиссией по рабочему снабжению, не ниже пайка санаторий.

6. Все местные советские органы (жилищно-земельные отделы, Советы народного хозяйства, Продовольственные комитеты, Комитеты государственных сооружений и т. д.) должны удовлетворять заявки губернского Совета профессиональных союзов по организации домов отдыха в первую очередь.

Раздел II. УСЛОВИЯ И ПОРЯДОК ПРИЕМА В ДОМА ОТДЫХА

7. Определение порядка очереди поступления в дома отдыха и распределение мест между отдельными союзами производится исключительно Всероссийским центральным советом профессиональных союзов и губернскими Советами профессиональных союзов.

8. В дома отдыха принимаются в первую очередь рабочие и служащие особо вредных производств и профессий, согласно специальным инструкциям, вырабатываемым Всероссийским центральным советом профессиональных союзов.

9. В дома отдыха, организуемые на основании настоящего Постановления, не принимаются больные, нервно истощенные или нуждающиеся в усиленном питании, в специальном медицинском наблюдении после тяжелых инфекционных заболеваний и прочие лица, нуждающиеся в санаторном лечении «уходе.

Председатель Совета народных комиссаров В. Ульянов (Ленин)

Управляющий делами Совета народных комиссаров Н. Горбунов

Секретарь Л. Фотиева».

Принятый в срочном порядке декрет СНК РСФСР от 13.05.1921 «О домах отдыха» был первым законом послереволюционной России, который регламентировал создание института домов отдыха в целях предоставления рабочим и служащим возможности восстановить свои силы и энергию в течение получаемого ими ежегодного очередного отпуска в наиболее благоприятных и здоровых условиях. Он предписывал использовать для организации домов отдыха в первую очередь загородные дачи, бывшие помещичьи усадьбы, монастыри и т. п.

Кроме того, декретом предписывалось при доме отдыха создавать сельскохозяйственное предприятие, работники которого будут обеспечивать питание гостей дома отдыха. Данный декрет подписал В.И. Ульянов (Ленин). Чуть ниже я привожу этот документ в полном виде, чтобы читатель мог себе ясно представить картину тотального лицемерия, упакованного в красивую обертку «заботы о здоровье трудящихся». Как считают видные ученые архивисты, данный декрет, кроме всего прочего, отлично маскировал существование в стране «других» домов отдыха, а именно закрытых заведений для партноменклатуры, которые охранялись ОГПУ/НКВД и предназначались исключительно для санаторно-курортного лечения сотрудников центрального аппарата ЦИК и СНК, а также их семей.

Курзал «Казино» в панораме курорта «Суук-Су». Справа, на заднем плане, Зубковские гостиницы. Фото 1915 года

На первых порах, как это сейчас ни удивительно, вопросами санаторного обеспечения и организацией курортной отрасли в стране с февраля 1919 года стал заниматься отдел курортных советских хозяйств Управления земледелия (Управзем) Наркозема РСФСР3 под руководством профессора И.Л. Тейтеля. Без письменного разрешения начальника Центрального управления земледелия Наркозема РСФСР И.Л. Тейтеля (с 15 декабря 1921 года данный наркомат прошел очередную реорганизацию, и структурное подразделение, регламентирующее выдачу разрешений на открытие домов отдыха и санаториев, получило новое название — отдел курортных совнархозов ЦУЗема Наркозема РФСР) ни один дом отдыха и санаторий не мог открыться на территории огромной страны, так как данный орган давал разрешение на использование (аренду) земельного участка и находящихся на нем строений. Тут стоит сделать небольшую оговорку. При поступлении секретного циркуляра из секретариата Президиума ВЦИК за подписью А.С. Енукидзе, Управления делами ВЧК за подписью Г.Г. Ягоды и, в крайнем случае, Управления Кремлем и домами ВЦИК за подписью А.П. Платонова (с апреля 1920 по июль 1921 года) в ЦУЗем к И.Л. Тейтелю последний подписывал за секунду требуемый документ, и спецдача ВЧК или дом отдыха ВЦИК получали законное обоснование для своего пребывания на определенном участке территории, без проволочек и многочисленных согласований. С января 1922 года при Наркоземе РСФСР организуется новое структурное подразделение — Главное управление советскими хозяйствами4, которым также руководит непотопляемый И.Л. Тейтель, а его, в свою очередь, контролирует М.Е. Шефлер. Над всей санаторно-курортной собственностью в стране, в свою очередь, царствует нарком земледелия В.В. Оболенский (с 5 февраля 1921 по 12 сентября 1923 года). Без этих трех персон в РСФСР даже мышь пискнуть в продуваемом всеми ветрами доме отдыха не имела права. Есть ли примеры? Примеры есть. Вот, например, заведующий отделом лечебных местностей Наркомздрава РСФСР Н.И. Тезяков по личному указанию А.С. Енукидзе поехал на полуостров с мандатом, подписанным И.Л. Тейтелем и М.Е. Шефлером5 12 января 1922 года, для ревизии санаторно-курортных объектов в Крым. Любопытно, что командирован Н.И. Тезяков был Наркоздравом РСФСР, но по той причине, что этот наркомат лишь определял стратегию курортной индустрии, но не владел зданиями и сооружениями, мандат был подписан Наркоземом РСФСР. Финансировал все вопросы курортной индустрии в 20-х годах и давал личное разрешение на строительство дома отдыха или санатория ВСНХ РСФСР в лице его руководителя председателя П.А. Богданова, который ко всем прочим вопросам курировал и всю стратегию нэпа. В каждом регионе РСФСР (союзных республиках, губерниях) с сентября 1919 года было организовано свое отдельное структурное подразделение Наркозема РСФСР, отдел или управление. Совершенно правильным з этом случае, по советской бюрократической логике, выглядит и назначение уполномоченного Наркоздрава РСФСР в Крыму Д.И. Ульянова заместителем главного уполномоченного Наркозема РСФСР, так как в этом случае он мог не только регулировать вопросы развития санаторно-курортного дела в Крыму, но и изымать собственность у других учреждений и ведомств, для решения особых задач. Познакомьтесь со следующим интересным документом из фонда Российского государственного архива экономики:

«ПРОТОКОЛ СОВЕЩАНИЯ
об организации управления Крымскими курортными совхозами

Слушали: доклад представителя Главного управления совхозов Кузнецова о соглашении между Наркомздравом и Наркомземом об организации управления курсовхозами в Крыму.

Постановили: ввиду наличия управления Крымсовхозами создавать специальное управление Крымкурсовхозами нецелесообразно; для координации деятельности управления Крымсовхозами и Центрального управления курортами Крыма ввести одного представителя ЦУККа в состав Коллегии Крымсовхоза.

Протокол подписал:

Председатель совещания зам. Главного уполномоченного Наркомзема РСФСР Д. Ульянов

Резолюция Н.А. Семашко от 16/V—1921 г.:

«Оставить вопрос открытым до моей поездки в Крым»6.

Данная юридическая казуистика по вопросу владения санаторно-курортными объектами в СССР была закрыта лишь 5 декабря 1939 года постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б). Я привожу только выдержки из этого документа:

Пост. СНК СССР и ЦК ВКП(б) 5 декабря 1939 г. (СП СССР 1940 г. № 1, ст. 4, разд. I, п. 13).

О СТРУКТУРЕ НАРКОМЗЕМА СССР, НАРКОМЗЕМОВ РСФСР И УССР, НАРКОМЗЕМОВ АВТОНОМНЫХ РЕСПУБЛИК, КРАЕВЫХ, ОБЛАСТНЫХ И РАЙОННЫХ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТДЕЛОВ

[Извлечение]

13. Ликвидировать республиканские, краевые, областные и районные земельные комиссии, возложив разрешение споров по землепользованию и землеустройству на районные, областные и краевые исполнительные комитеты и Совнаркомы республик.

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР В. Молотов

Управляющий делами СНК Союза ССР М. Хломов».

Продолжая далее тему принятия решений по семи будущим санаторно-курортным объектам, находящимся на территории Южного берега Крыма, хочу заметить, что на заседании политбюро ЦК РКП(б), состоявшемся 18 января 1921 года, на котором присутствовали Н.Н. Крестинский (нарком финансов РСФСР), Л.Б. Каменев (неофициально зампред СНК РСФСР, член политбюро, куратор вопросов, связанных с экономикой), Г.Е. Зиновьев (кандидат в члены политбюро), нарком здравоохранения Н.А. Семашко, управляющий Кремлем и домами ВЦИК А.П. Платонов и секретарь Президиума ВЦИК А.С. Енукидзе, было принято единогласное решение об открытии только трех домов отдыха ВЦИК на территории ЮБК. Этим трем объектам были присвоены номера, согласно приказу по Управлению Кремлем и домами ВЦИК, и их поставили на баланс отдела загородных владений ВЦИК, а финотдел и проектно-архитектурный отдел составили примерную смету расходов на их обустройство. Первыми домами ВЦИК на территории Крымского полуострова, которые должны были принять в июне 1921 года, как это сейчас ни звучит странно, представителей социал-демократических партий левого толка Германии, оказались следующие объекты:

1. Бывший дворец (имение) С.В. Кокорева в с. Мухалатка.

2. Бывшее имение (курортно-гостиничный комплекс) О.М. Соловьевой «Суук-Су» в с. Гурзуф.

3. Бывший дворцово-парковый ансамбль «Дюльбер» — великого князя П.Н. Романова в с. Кореиз.

Инициатором заселения «преданных товарищей» из ЦК КПГ (например, К. Цеткин, П. Фрелиха, Н. Эберлейна, Э. Майера и Э. Тельмана) в первые дома отдыха ВЦИК на территории Крыма стал Г.Е. Зиновьев, являющийся председателем исполкома Коммунистического интернационала (на посту с марта 1919 года до июня 1926 года).

До 1991 года в ЦПА Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС7 имелись сохранившиеся архивные данные по первым крымским домам отдыха ВЦИК, а также их работе до мая 1936 года. Как мне кажется, к наиболее интересным и значимым из всех сохранившихся до наших дней зданиям и сооружениям в Крыму, ранее принадлежавшим Управлению Кремлем и домами ВЦИК и позднее АХО ВЦИК/ХОЗУ ЦИК, стоит отнести дом отдыха ВЦИК № 2 имени Карла Маркса, расположенный недалеко от поселка Гурзуф. Как и все дома отдыха ВЦИК, данный объект, принадлежащий Управлению Кремлем и домами ВЦИК и ранее известный как курорт «Суук-Су», тоже был конфискован и национализирован после декабря 1921 года. Вкратце история этого знаменитого на всю Российскую империю фешенебельного курорта, расположенного на Южном берегу Крыма, такова.

В 15 минутах ходьбы от поселка Гурзуф (находится в 11 км к северо-востоку от г. Ялта) до 1917 года находился первоклассный элитарный курортный комплекс с дворцово-парковым ансамблем под названием «Суук-Су», что в переводе с кипчако-огузского разговорного диалекта означает «холодная вода».

Основателями этого фешенебельного курорта были известный российский инженер, строитель железных дорог и мостов действительный статский советник, происходивший из дворян Полтавской губернии, Владимир Ильич Березин (настоящая фамилия Березовский) и его гражданская жена Ольга Михайловна Соловьева. В.И. Березин еще до переезда в Крым принимал активное участие в строительстве моста через реку Днепр в Киеве, участвовал в проектировании моста императора Александра III через Неву в Петербурге и зарекомендовал себя как очень опытный и высококлассный строитель. Стоит отметить, что двухъярусный мост через реку Обь в Новосибирске возведен тоже по его проекту и при активном личном участии. В возрасте 45 лет Владимир Ильич после 26 лет службы в Министерстве путей сообщения Российской империи подал в отставку и открыл свое дело, которое принесло ему большой доход.

Внутренний вид курзала «Казино» (дома отдыха ЦИК «Суук-Су») в апреле 1944 года после пожара. Характер разрушений говорит о том, что очаг пожара находился на 3-м этаже

В 1895 году В.И. Березин с супругой О.М. Соловьевой обосновались в Ялте, а два года спустя купили на берегу моря в Гурзуфе большой земельный участок у баронессы М.А. Шеппинг.

Владимир Ильич и Ольга Михайловна решили вложить свой капитал в новомодное прибыльное дело и превратить свое будущее имение в первоклассный частный элитарный курорт, который смог бы соперничать с популярными в то время европейскими курортами Италии, Германии, Швейцарии и Франции, куда ежегодно устремлялись зажиточные россияне, оставляя на отдыхе огромные средства.

То, что рядом находился прекрасный курорт московского промышленника П.И. Губонина (отстроил в 1881—1889 годах на территории п. Гурзуф мощную курортную инфраструктуру в виде сети гостиниц и ресторанов), не смущало супругов. Они с энтузиазмом принялись за дело, но в самый разгар работ тяжелая болезнь — рак горла — подкосила В.И. Березина, он умер 2 августа 1900 года и был погребен в мавзолее, построенном по проекту архитектора Н.П. Краснова. Бразды правления санаторно-курортным комплексом взяла в свои руки О.М. Соловьева, которая достроила его и за короткий срок привлекла на отдых обеспеченную публику из Москвы и Петербурга. А 15 апреля 1903 года курорт «Суук-Су», рассчитанный в основном на финансовых воротил и зажиточных помещиков, был торжественно открыт.

До 1917 года частный санаторно-курортный комплекс «Суук-Су» занимал площадь около 40 га. В центре курорта находилось роскошное здание курзала «Суук-Су» (часто его называют курзал «Казино»), построенное по проекту архитектора Н.П. Краснова, с роскошным рестораном, большими залами, читальней и балконами. От курзала до берега моря террасами шел молодой тогда еще ухоженный парк, который был заложен в начале 90-х годов XIX века владельцем В. Березиным с опытными садовниками, работавшими в поместьях генерала М.Н. Раевского в Партените и Карасане. К услугам отдыхающих с очень толстыми кошельками имелись в наличии шесть гостиниц с 180 номерами, а также тщательно подготовленный участок побережья с великолепным пляжем, купальными павильонами и соляриями. Кроме всего прочего, курорт «Суук-Су» был связан регулярным сообщением с Ялтой конными экипажами, двумя автомобилями представительского класса французской фирмы Panhard & Levassor и разъездными моторными катерами, отправлявшимися через каждые три часа. В «Суук-Су» имелись круглосуточно работающие почта, телефон, а также фонарные столбы вдоль основных парковых дорожек с электроосвещением.

Здание бывшей комендатуры дома отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса

Практически никак не отразилась на состоянии курорта «Суук-Су» и начавшаяся Первая мировая война. Вплоть до поздней осени 1917 года, несмотря на Февральскую и Октябрьскую революции, практически все номера гостиниц «Суук-Су» были заполнены биржевыми спекулянтами, сахарозаводчиками, распухшими от ворованных казенных денег армейскими интендантами и всякого-разного разлива поэтами, художниками и прочей публикой, сорящей большими деньгами. Между тем в ноябре 1917 года на полуострове была провозглашена Крымская Народная Республика, но уже через год, в январе 1918-го, после того как в Крыму установилась советская власть, она прекратила свое существование.

Как уже понятно, с приходом большевиков у О.М. Соловьевой начались большие проблемы с постояльцами, которые спешно бежали из Крыма на пароходах в Новороссийск, под защиту генерала А.И. Деникина.

Весь март и апрель 1918 года Крым входил в состав РСФСР как Советская Социалистическая Республика Тавриды. 13 апреля 1918 года при поддержке татарской милиции и частей армии УНР германские войска вторглись в республику и ликвидировали советскую власть к 1 мая. Несколько месяцев, до 15 ноября того же 1918 года, Крым находился под германской оккупацией. После было создано Второе Крымское краевое правительство, которое просуществовало с 15 ноября 1918 по 11 апреля 1919 года. С апреля по июнь 1919 года Крым вновь входит в состав РСФСР как Крымская Советская Социалистическая Республика. С приходом большевиков курорт О.М. Соловьевой «Суук-Су» подвергся разграблению и реквизициям. О.М. Соловьева спешно бежала на судне в Константинополь, а ее дочь Ксения с мужем — в Новороссийск, однако с приходом частей Добровольческой армии все они вернулись в Гурзуф. Но уже с 1 июля по 12 ноября 1919 года Крым оказывается под властью ВСЮР А.И. Деникина и Русской армии барона П. Врангеля.

Все это кошмарное безвременье и калейдоскоп сменяющих друг друга властей, а также беспардонный террор с реквизициями О.М. Соловьева пережила с большой надеждой на окончательное бегство большевиков и приход к власти буржуазного правительства с разрешением на частную собственность. Однако этого не произошло, и вновь и уже навсегда Крым был завоеван Красной армией в декабре 1920 года, что привело к полному краху ее когда-то процветающего бизнеса. О.М. Соловьева бежала из Крыма второй и последний раз в ноябре 1921 года сначала в Турцию. Затем, прожив некоторое количество лет в Париже и Берлине, она добралась до Швейцарии и поселилась в предместье Женевы — курортном городе Ньоне (расположен на Швейцарской Ривьере, на северном берегу Женевского озера, во франкоязычном кантоне Во), где безбедно существовала, скончавшись 21 марта 1935 года от кровоизлияния в мозг.

Владелица курортного комплекса «Суук-Су» О.М. Соловьева

Небезынтересно то, что О.М. Соловьева в последние четыре года жизни страдала от маниакально-депрессивного психоза, впадая в острые невротические состояния и проклиная всех и все вокруг. В сентябре 1931 года ее поместили в клинику для душевнобольных La Meterine, где она находилась под бдительным присмотром медперсонала, практически не покидала ее территорию.

Безусловно, заслуга В.И. Березина и О.М. Соловьевой в том, что смогли на ровном, пустынном месте создать место, которое по всем канонам санаторно-курортной индустрии является идеальным местом для отдыха в весенне-летний сезон, что доказано на практике. Впрочем, что именно произошло, когда пришла в Гурзуф советская власть и начала объявлять национальным достоянием парки, дворцы, гостиницы и прочую частную собственность, я тоже расскажу.

Как я уже упоминал чуть выше, Управление Кремлем и домами ВЦИК, с высочайшего позволения Президиума ВЦИК (который, между прочим, имел право отменять постановления СНК РСФСР/СССР), решило открыть в бывших владениях О.М. Соловьевой к июню 1921 года особо закрытый объект для отдыха партийной элиты.

В проекте отдела загородных владений, который напрямую курировал весь проект создания дома отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса, подразумевалось создать на базе трехэтажного курзала «Суук-Су» («Казино»), открытого 1.08.1903, санаторно-курортное отделение (оно в документах тех лет именовалось «Первое отделение») для членов и кандидатов в члены политбюро ЦК РКП/ВКП(б). Замечу для непосвященных, что курзал8 — это помещение на курорте, предназначенное для отдыха и проведения различных культурно-развлекательных мероприятий. В курзале обычно размещаются киноконцертный зал, лекторий, библиотека, помещения для игр, организуются выставки, вечера отдыха, театральные представления, проводятся музыкальные вечера и т. д. Продолжая начатую тему, напомню читателям, что в сохранившихся на территории курорта «Суук-Су» в прекрасном состоянии четырех Зубковских9 гостиницах, построенных по проекту Н.П. Краснова в 1903 году, предполагалось разместить так называемое Второе отделение, предназначенное для отдыха и лечения сотрудников центрального аппарата ВЦИК и СНК низшего ранга. Данное расположение санаторно-курортных объектов, при котором высшее партийное руководство находилось на отдыхе в здании курзала «Казино» внутри особой режимной зоны, блокируемой с одной стороны морем, а с другой — Зубковскими гостиницами, было использовано с максимально допустимым эффектом до 1936 года по предложению начальника специального отделения ВЧК А.Я. Беленького. Фактически на территории объекта с начала его функционирования, с июня 1921 года, планировалось создать три кольца охраны сотрудников местного отдела ЧК и спецотделения Президиума ВЧК из Москвы. Напомню читателям, что 26 ноября 1920 года вместо Оперативного отделения при Президиуме ВЧК организуется специальное отделение, в задачи которого входило обеспечение безопасности руководителей РСФСР и организация охраны правительственных объектов. Это отделение охраны возглавил комиссар для особых поручений А.Я. Беленький.

На следующий день, 27 ноября, была установлена (в отдельных случаях подтверждена) охрана следующих учреждений: Московский Кремль, ЦК РКП, ВЧК, РВСР (Реввоенсовет республики), Московский комитет Российской компартии, Моссовет, Первый и Второй дома Советов ВЦИК, а также правительственные резиденции «Горки» в Подольском уезде и «Зубалово» в Звенигородском уезде Московской губернии. С 20 февраля 1922 года специальное отделение при Коллегии ГПУ стало вести постоянную охрану правительственных домов отдыха и санаториев на Черноморском побережье Кавказа (дом отдыха ВЦИК «Синоп»), в Курской области (дом отдыха ВЦИК № 1 имени В.И. Ленина) и в Крыму (дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса и дом отдыха ВЦИК «Мухалатка»).

Руководитель отдела правительственной охраны ВЧК (специальное отделение при Президиуме ВЧК) А.Я. Беленький

В начале мая 1921 года в имение Суук-Су, в организуемый дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса, приехали с рабочим визитом начальник спецотделения А.Я. Беленький, его заместитель П.П. Пакалн10 и Ф.И. Балтрушайтис, которые, осмотрев всю территорию с Зубковскими гостиницами и зданием курзала «Казино», составили приблизительный план охраны внутреннего и внешнего периметров.

После их приезда в Москву был издан приказ Президиума ВЧК, по которому дому отдыха ВЦИК № 2 выделялись сотрудники из состава спецотделения в количестве шести человек, которые вели круглосуточную охрану помещения здания курзала «Казино», а также его внешнего периметра при пребывании на отдыхе руководства страны.

Контроль за территорией всего комплекса бывшего курортного имения Суук-Су, в том числе помещениями Зубковских гостиниц (в документах АХО ВЦИК данные объекты назывались «гостиницы № 1, 2, 3, 4 дома отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса»), несли сотрудники Ялтинского уездного отдела ЧК в составе восьми человек.

С мая 1921 года, к большому удивлению местных жителей и бывшей обслуги курорта, вокруг территории «Суук-Су» рабочие из хозотдела Крымского областного комитета РКП(б) начали возводить сплошной, высокий, глухой деревянный забор, который превращал будущий дом отдыха ВЦИК № 2 в закрытую территорию, попасть в которую можно было только заказав пропуск в комендатуре. Замечу, что до 1917 года вокруг комплекса зданий курорта «Суук-Су» существовала примитивная ограда, выполнявшая больше роль преграды для скота, чем для людей. В 1898 году владельцем В.И. Березиным была выстроена каменная ограда и знаменитые чугунные ворота, являющиеся центральным въездом в «Суук-Су», которые размещались рядом с комендатурой курорта, выполняющей свои привычные функции с июня 1921 года, только уже с сотрудниками Ялтинского уездного отдела ЧК (УЧК). Я думаю, читателю будет интересно узнать, что, несмотря на полную секретность всех мероприятий по превращению бывшего курортного комплекса «Суук-Су» в элитный номенклатурный санаторий для партийного руководства страны, к осени 1921 года практически весь Гурзуф и Ялта знали о существовании данного объекта и его высокопоставленных обитателях. Вот что писал совершенно открыто, не боясь цензуры, в июле 1928 года о доме отдыха ВЦИК имени К. Маркса известный советский журналист Макс Поляновский: «...За Гурзуфом, в одной версте от него, расположен курорт Суук-Су. Дорога к нему от Гурзуфа идет по пустынной местности, носящей название «Мертвой долины». Курорт защищен горами от северо-восточных ветров хребтом Яйлы и Аю-Дагом. Бывшие гостиницы Суук-Су расположены в верхней части обширного молодого парка, разбитого на 27 десятинах. В центре курорта — здания бывшего казино, с роскошным рестораном на берегу, прекрасный пляж. В настоящее время курорт Суук-Су занят домом отдыха ВЦИКа11, а именно: дом отдыха имени К. Маркса — на 135 коек, расположен у подножья Аю-Дага, на гребне возвышенности. Имеется 7 жилых зданий, из них 2 зимних и отдельное здание столовая «Казино». Здания разбросаны полукругом в парке. Парк — в 16 десятин, главным образом из местных лиственных пород и небольших участков для огородов и виноградника, — создает для дома отдыха отдельный изолированный курорт. Крайний дом в 12 минутах ходьбы от моря, остальные еще ближе. На верхней веранде «Казино» имеется солярий. Пляж — каменистый, чистый, ограничен Аю-Дагом и гротом Пушкина, образующим бухту, где море спокойнее, чем в других местах. При пляже оборудован душ для морской и пресной воды, устроены тенты для свето-воздушных ванн и отдыха после солнечных, отдельно для мужчин и женщин. При доме отдыха — электрическая станция, водопроводная и канализационная система. Устроено ванное отделение с 8 ваннами для горячей морской и пресной воды. Оборудована небольшая метеорологическая станция, в течение сезона ведется правильное наблюдение. Имеется амбулатория с небольшой лабораторией, зубкабинетом и аппаратурой для наблюдения за состоянием здоровья отдыхающих. При доме отдыха — транспорт гужевой и автомобильный. Отдыхающие поступают после осмотра консультацией врачей в Москве и отбираются особой комиссией. Для физических развлечений имеется лодка, теннис и пр....»12

Как мы видим, М. Поляновский фактически рассказал о всех мыслимых и немыслимых прелестях отдыха руководителей партии и правительства в номенклатурном закрытом объекте, хотя об этом его никто не просил. В таких случаях часто говорят: «Хорошо, что хотя бы остался жив!» — однако уместно подчеркнуть, что журналист умер своей смертью в 1977 году.

Возвращаясь к приказу специального отделения при Президиуме ВЧК, который после тщательной проверки курорта «Суук-Су» одобрил его будущее функционирование и пребывание в нем руководства страны, стоит объяснить читателю, какие именно причины легли в основу решения А.Я. Беленького и можно ли их считать разумными. Доводы А.Я. Беленького, после проверки территории и зданий бывшего курорта О.М. Соловьевой «Суук-Су» изложенные в докладной записке на имя Ф.Э. Дзержинского, были следующие:

«...несмотря на то что объект «Суук-Су» находится в пограничной зоне, контроль прибрежного участка может осуществляться при круглосуточном режиме патрульной службы катерами ОО ВЧК13;

при возведении сплошной ограды (деревянного забора) вокруг объекта «Суук-Су» с постоянным обходом сотрудниками ЧК и введением пропускной системы безопасность на территории санаторно-курортного учреждения может стать удовлетворительной;

возможно создание три кольца охраны, как внутреннего, так и внешнего периметра объекта «Суук-Су». Первое кольцо — внешнего периметра, состоящее из сотрудников погранохраны ОО ВЧК, сможет блокировать подступы к объекту при помощи скрытых засад и секретов. Второе кольцо — внутреннего периметра, будет находиться непосредственно на территории объекта и контролировать (пресекать) проникновение групп диверсантов через ограду, ворота и прибрежную полосу. Третье кольцо — внутреннего периметра, состоящее из сотрудников Спецотделения, выполняет задачу по контролю за главным зданием объекта — курзалом «Казино» (дом отдыха ВЦИК № 2);

при приезде членов правительства Р.С.Ф.С.Р на курорт «Суук-Су» в Ялтинском УЧК назначается тревожная группа из 6 сотрудников и 10 бойцов ЧОН с приданием им автомобиля, для выезда в случае нападения на особо охраняемый объект, для блокирования диверсионно-террористических групп;

на объекте «Суук-Су» создается комендатура с круглосуточным режимом телефонной связи с Ялтинским УЧК и Крымским обкомом РКП(б);

установить в Ялтинском СО УЧК отделение, отвечающее за вербовку сексот среди местного населения и служителей религиозного культа;

изъять всю имеющуюся на объекте «Суук-Су» архитектурно-строительную документацию и возложить ответственность за ее хранение на коменданта, назначаемого Управлением Кремлем и домами ВЦИК, с правом рекомендации от спецотделения при Президиуме ВЧК...»14

Как уже понял читатель, сотрудники ВЧК вполне серьезно взялись за охрану дома отдыха ВЦИК № 2. Вполне возможно, что глава ВЧК Ф.Э. Дзержинский стал, кроме всех прочих партийных лидеров РСФСР, инициатором скорейшего открытия дома отдыха ВЦИК на курорте «Суук-Су», так как крайне в этом был заинтересован, по причине тяжело протекающей болезни. Известно, что Железный Феликс страдал милиарным туберкулезом легких, и ему врачи постоянно рекомендовали сменить климат и лечиться от данного заболевания в санаториях пульмонологического профиля. Можно с большой уверенностью утверждать, что по своим основным медицинским показателям бывший курорт О.М. Соловьевой «Суук-Су» в то время считался одним из лучших на территории РСФСР и мог использоваться как для обычного отдыха партэлиты, так и для ее лечения. Небезынтересно будет узнать читателю и том, что собой представлял первый дом отдыха ВЦИК, расположенный на территории курорта «Суук-Су». Как сейчас известно, для постройки центрального здания курорта — курзала «Казино» владельцами был нанят Н.П. Краснов: в прошлом — главный архитектор города Ялты, в будущем — создатель ливадийского Белого дворца и южнобережных великокняжеских имений. В.И. Березин, будучи инженером, сам подготовил чертежи и проекты для проведения водопроводной системы, технические задания на строительство объектов жизнеобеспечения (электроподстанции, водонапорной башни и канализации), документацию для разбивки парка и создания так называемого променада — вымощенной ровной брусчаткой набережной. Стоит отметить, что идея построить здание курзала «Казино» из Инкерманского камня тоже принадлежит В.И. Березину, считавшему, что данный природный материал может служить как облицовочным, так и несущим, вполне заменяющим красный кирпич. Инкерманский камень — это мшанковый известняк из окрестностей Инкермана (пригород г. Севастополя), легко поддающийся механической и ручной обработке. Инкерманский камень с античных времен широко использовали при строительстве в Крыму. По своим строительным и архитектурным свойствам Инкерманский камень прочный, мягкий, однородный, монолитный, обладает прекрасными теплоизоляционными свойствами. Он долговечный, хорошо сохраняет кромку в отесанных изделиях.

По воспоминаниям современников, открытое 1 августа 1903 года трехэтажное здание «Казино» было очень красивым, несколько помпезным и производило большое впечатление как на дилетантов, так и на тонких ценителей изящной архитектуры. Курзал «Казино» было изначально спроектирован в стиле французского Ренессанса, что должно было подчеркнуть его роскошность, пафосность и принадлежность к фешенебельным курортам. Лепные карнизы, колонны коринфского ордера, роскошные вазы с цветами, беломраморный фонтан напротив главного входа, лестничные марши с коваными перилами, сфинксы из бронзы и мраморная статуя женщины с кувшином в нише лестничных переходов от дворца в парк — все это свидетельствовало о весьма оригинальном вкусе архитектора Н.П. Краснова. В курзале до революции размещались столовая-ресторан, библиотека, курительная комната и игровые залы, где были созданы все условия для азартных игроков в преферанс. Рядом со зданием находились бильярдная, оркестровая раковина и сталактитовый грот с огромным морским аквариумом. В библиотеке «Казино» в пристенных книжных шкафах красного дерева хранились книги русских и зарубежных классиков в роскошных переплетах. Над библиотекой в такой же угловой комнате второго этажа была оборудована курительная комната: пристенные шкафчики с выдвижными ящиками для папирос и сигар, круглые полированные столики, кресла, вычурные бронзовые подсвечники и большие хрустальные пепельницы. Интерьеры первого и второго этажа поражали постояльцев того времени изысканной роскошью, сопоставимой с обстановкой лучших отелей Западной Европы. Терракотовые дверные и оконные проемы, мозаичные фризы комнат и залов, лепные потолки, мраморные подоконники и ступени лестниц, двери и оконные рамы красного дерева, богемское стекло, хрустальные с бронзой дверные и оконные ручки, тяжелые шторы, люстры и канделябры, старинная мебель — все это к месту, все в гармонии и согласии. Главной же достопримечательностью курзала «Казино» была огромная, во всю стену зала второго этажа размером примерно 5 на 8 метров, картина «Садко в гостях у морского царя», написанная выдающимся русским художником В.И. Суриковым в 1911 году, когда он находился в Суук-Су на отдыхе. По свидетельству официальных источников, эта картина сгорела в январе 1942 года при пожаре, произошедшем, по-видимому, при диверсионном поджоге сотрудниками Особой группы при НКВД СССР. Впрочем, об этом я подробнее расскажу чуть ниже, а сейчас прошу читателя ознакомиться с планом размещения номерного фонда в курзале «Казино».

На первом этаже находились

Библиотека и читальный зал;

кабинеты карточной игры;

курительная комната;

концертный зал с роялем;

танцевальный зал и четыре зала ресторана: красный, белый, угловой и голубой;

столовая и кухня, в которой одновременно можно было готовить на 1000 человек. Из зала углового ресторана — выход на широкую веранду, а с нее — выход на террасу.

На втором этаже

16 гостиничных номеров люкс (№ 1—16);

На третьем этаже

5 гостиничных номеров люкс (№ 17—21) с дорогой обстановкой.

Гостиница «Орлиное гнездо» курорта «Суук-Су»

В гостинице находились номера:

на 1-м этаже с № 100 по 106;

на 2-м этаже с № 107 по 113.

Весьма занятно то, что Управление Кремлем и домами ВЦИК весной 1921 года, придирчиво осмотрев при инспекционной поездке (в Крым ездил К. Наджаров) все помещение курзала «Суук-Су», пришло к вполне логическому умозаключению, что на третьем этаже должны обитать только члены политбюро ЦК РКП(б), на втором этаже — кандидаты в члены политбюро ЦК РКП(б), секретариат Президиума ВЦИК и наркомы СНК РСФСР, а на первом, после перестройки двух залов ресторана и превращения их в гостиничные номера, должны были разместиться руководители Управления делами СНК, ВЦИК, ЦК РКП(б) и Президиума ВЧК.

Зубковские гостиницы и гостиница «Орлиное гнездо» предназначались для партийных руководителей регионов РСФСР, а также высших чинов РВС и Наркомата юстиции. Ко всему прочему, для кормления руководства страны были найдены Ялтинским УЧК и мобилизованы повара, ранее работавшие в «Суук-Су» и не успевшие сбежать с войсками барона Врангеля в Константинополь. Также была собрана в ялтинских виллах и имениях уцелевшая от погромов и разграблений столовая посуда из «Товарищества М.С. Кузнецова», богемский хрусталь от Jochann Schuerer, столовое серебро Варшавской фабрики FRAGET и британской из Бирмингема Elkington & Со. По личному настоянию А.Д. Метелева, начальника АХО ВЦИК, с весны 1923 года бывший завод «Товарищества М.С. Кузнецова» в Ликине-Дулеве приступил к производству особого типа посуды — с маркировкой на белом фарфоре синего логотипа «АХО ВЦИК», который с осени 1926 года заменили на «ХОЗУ ЦИК». В результате чего вся посуда, включая ложки и вилки в домах отдыха ВЦИК, в том числе и в санатории Управления делами СНК «Форос», имели оттиски (вилки, ложки, ножи) и трафаретные логотипы (тарелки, супницы, соусницы и т. д.), соответствующие их ведомственной принадлежности.

В доме отдыха ВЦИК № 2 посуда с логотипом «АХО ВЦИК» появилась в августе 1923 года, вместе с распоряжением административно-хозяйственного отдела ВЦИК СССР по инвентаризации всего имущества в домах отдыха ВЦИК и креплением металлических бирок с личным инвентномером на мебель, предметы обихода (даже напольные и настольные вазы), картины и музыкальные инструменты. А летом 1924 года все дома отдыха ВЦИК, в том числе и дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса, были оснащены 1—2 автобусами-кабриолетами АМО Ф-1515. В дальнейшем, с 1932 года, на базе автобуса АМО-4 была выполнена под заказ небольшая серия с комплектацией люкс, а также с открытым верхом, так называемых Torpedo (Charabanc), которые стали штатными транспортными средствами домов отдыха ЦИК на Черноморском побережье Кавказа и в Крыму.

Также хочу обратить внимание читателей, что специально для номенклатурных домов отдыха и санаториев АХО ВЦИК в 1923—1924 годах закупил во Франции около 30 единиц автобусов-кабриолетов Renault O.S. Estate, выполненных по популярной тогда компоновке с кузовом Torpedo (Charabanc). Эти автобусы с открытым верхом возили аппарат ЦИК и СНК на отдыхе в летнее время как в Крыму, так и в Сочи. Любопытно, что на начальном этапе из-за того, что мебель в здании Зубковских гостиниц и курзала была частично растащена (точнее, просто украдена мародерами), еще в ноябре 1920 года руководство отдела загородных владений ВЦИК составило перечень всей необходимой обстановки будущего дома отдыха ВЦИК и до июня 1921 года, вместе с Д.И. Ульяновым, восстановило недостаток в стульях, столах и шкафах, попросту реквизировав их из ялтинских особняков, покинутых владельцами.

Автобус-кабриолет Renault O.S. Estate с компоновкой типа Torpedo (Charabanc) стал первым иностранным многоместным транспортным средством в домах отдыха ВЦИК/ЦИК и санаториях УД СНК РФСР/СССР в 20-х годах, как в Сочи, так и в Крыму. Надпись на капоте «Мацеста». Автомобиль стоял на балансе домов отдыха ЦИК «Зензиновка», «Пузановка» и «Блиновка»

Вот настало время рассказать читателю о первых отдыхающих дома отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса, которыми по договоренности между членом политбюро ЦК РКП(б) Л.Б. Каменевым и председателем исполкома Коминтерна Г.Е. Зиновьевым стали коммунисты из Германии, совершенно легально приехавшие сначала в Финляндию, а затем уже нелегальным образом пересекшие границу с РСФСР в районе Сестрорецка при помощи О.Э. Опперпута (в 1927 году сбежал на Запад).

Гости из Германии — «преданные товарищи», по выражению председателя ИККИ Г.Е. Зиновьева, оказались руководителями КПГ, а именно: К. Цеткин, П. Фрелих, Н. Эберлейн, Э. Майер и Э. Тельман, которые по приглашению ЦК РКП(б) должны были «восстановить здоровье перед большой работой», которая заключалась во второй попытке левого революционного переворота у них в стране и свержении законного правительства Веймарской республики.

Как известно, экспорт революции в ноябре 1923 года с участием Уншлихта, Радека, Крестинского и Пятакова в Германии провалился, но «преданные товарищи», отдохнув, загорев и прожировав на обильной кормежке в доме отдыха ВЦИК № 2 с начала июня по конец июля 1921 года, вынуждены были нелегально возвратиться к себе на родину через границу с Польшей, так как Финляндия начала готовить реванш в Карелии и возникла угроза новой войны с РСФСР. В этом же году, с августа и до середины сентября, дом отдыха ВЦИК № 2 посетила крупная делегация из Управления делами СНК и Управления Кремлем и домами ВЦИК с целью инспекции. В архивах я не нашел хвалебных отзывов об этом малоизвестном отдыхе кремлевских чиновников средней руки в первой правительственной резиденции РСФСР в Крыму, по всей видимости, данная поездка была последней каплей в принятии решения о присвоении «Суук-Су» статуса закрытого объекта в структуре Управления Кремлем и домами ВЦИК. К сведению читателя, на основании архивных документов ЦПА Института марксизма-ленинизма, руководство РСФСР только с весны 1922 года стало приезжать в Крым на отдых, и первыми правительственными здравницами, в которых они провели свой законный отпуск, стали дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса и дом отдыха ВЦИК № 4 «Мухалатка».

Кто же отдыхал в весенне-летнем сезоне в доме отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса? Странно, но официальных сведений о важных персонах ЦК РКП(б), посетивших первый правительственный дом отдыха в Крыму в 1922 году, сохранилось немного. Немного проясняют ситуацию воспоминания жен, сподвижников и других лиц, которые сейчас решили поделиться рассказами о своем интересном прошлом. В этой когорте жен, любовниц и коллег по работе особое место занимает книга третьей жены партийного деятеля Н.И. Бухарина А.М. Лариной (падчерицы основателя советской экономической доктрины М.З. Лурье) под впечатляющим названием «Незабываемое». Почему? Потому что в ней есть фрагменты о доме отдыха ЦИК имени К. Маркса, которые датируются автором июлем 1930 года. Вот, например, что пишет А.М. Ларина, сама отдыхавшая с родителями в доме отдыха ЦИК «Мухалатка» о Н.И. Бухарине, проводившем свой последний отпуск в доме отдыха ЦИК имени К. Маркса, а именно на даче «Орлиное гнездо»: «Как только я появилась на даче, где жил Н.И., мне сообщили, что он с утра уплыл в море и исчез. Я в волнении побежала на берег. Там собралась толпа, море просматривали в бинокль. На берегу лежали вещи Н.И.: холщовые светлые брюки, синяя, выгоревшая от солнца старая сатиновая косоворотка и, несмотря на жару, сапоги — все его «богатство». На вещи был положен тяжелый камень — позаботился, чтобы ветер не унес. Время было уже послеобеденное, даже я, знавшая, как далеко Н.И. мог заплывать в море, начала серьезно волноваться. Наконец было решено послать на поиски моторную лодку. Лодка завершила долгие поиски у пограничного судна, где был обнаружен задержанный Н.И. Он заплыл в запретную зону, и его заставили подняться на судно для выяснения личности, а когда Н.И. объяснил, кто он, пограничники отказались верить, что он — Бухарин. Кто-то из команды судна попросил предъявить документы. Такое требование в данной ситуации было более чем смешным. Н.И. шутя заметил, что, если это удостоверит его личность, он имеет возможность только снять трусы. Поднялся дружный смех. Однако нашелся какой-то «бдительный», крикнувший: «Не выдумывайте, что вы Бухарин, зачем бы ему в такую даль плыть. Лучше правду скажите, кто вы есть и с какой целью здесь оказались». Наконец капитан судна разумно решил, что если задержанный действительно Бухарин, то его в конце концов должны начать разыскивать. Так оно и случилось, и вечером Н.И. благополучно был доставлен на берег. Толпа, ожидавшая поисков, стала к тому времени еще больше, из дома отдыха «Суук-су» пришли партийные работники, делегаты, приехавшие после окончания съезда16. Кто-то крикнул из толпы: «Николай Иванович, когда вы перестанете озорничать?» Окрыленный своим спортивным рекордом и возбужденный «первым арестом» при Советской власти, он не сдержался и крикнул в ответ так, чтобы все слышали: «Тогда, когда вы перестанете называть меня правым оппортунистом!» Кое-кто решился даже рассмеяться»17.

Все дома отдыха ВЦИК в РСФСР с лета 1924 года были оснащены парком из 2—3 автобусов-кабриолетов АМО Ф-15 с тентом и улучшенной отделкой салона из красной кожи

Как можно разобраться, в тексте есть ссылка на XVI съезд ВКП(б), после которого делегатов решили порадовать отдыхом в Зубковских гостиницах и обильной едой на государственный счет в элитном доме отдыха № 2 имени К. Маркса.

Из первых и постоянных посетителей Суук-Су с 1922 года я хочу упомянуть главу ВЧК Ф.Э. Дзержинского, который приехал в июне 1922 года для лечения туберкулеза в гидропатическом отделении18 дома отдыха № 2, построенном еще в 1903 году В.И. Березиным.

Существуют архивные данные в ГА РФ и о пребывании на отдыхе в Суук-Су в конце сентября 1922 года Л.Б. Каменева (в начале сентября Л.Б. Каменев был назначен зампредом СНК РСФСР и зампредом СТО РСФСР). Летом 1923 года на отдыхе в Суук-Су были отмечены А.С. Енукидзе, Н.К. Крупская, зампред СНК А.И. Рыков, Л.П. Серебряков (секретарь ВЦИК), М.Ф. Владимирский (и. о. председателя ВЦИК). Особое место занимала целая когорта высшего командного состава РККА. Практически весь высший командный состав Красной армии с лета 1924 по осень 1940 года плотно занимал места в домах отдыха ЦИК «Суук-Су», «Дюльбер», «Мухалатка» и санатории УД СНК «Форос». Наиболее часто отдыхал в Крыму, и в частности в «Суук-Су», начальник политического управления РККА А.С. Бубнов, который славился неуемной энергией и веселым характером. В августе 1924 года в дом отдыха ВЦИК № 2 приехал на отдых председатель РВС РСФСР Л.Д. Троцкий с женой Н. Седовой, который расположился не в самом здании бывшего курзала «Казино», а в гостинице «Орлиное гнездо» на втором этаже, в номере 108, где в течение почти месяца занимался писательской деятельностью.

На основании вышеизложенных сведений можно с уверенностью утверждать, что дом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса с лета 1922 года стал первой официальной правительственной резиденцией руководителей РСФСР в Крыму, которая имела все полагающиеся ей необходимые атрибуты и проведенную законодательно организационную структуру для этого, а именно:

государственную охрану объекта Специальным отделением при Президиуме ВЧК/ГПУ/ОГПУ и Отдельным пограничным корпусом войск ГПУ;

проверенный и политически надежный персонал, обслуживающий спецобъект Управления Кремлем и домами ВЦИК;

закрытую территорию, с контролем внешнего и внутреннего периметров, а также строгой пропускной системой;

комендатуру с начальником объекта — комендантом дома отдыха ВЦИК № 2, назначаемым Управлением Кремлем и домами ВЦИК в Москве, который отвечал за:

а) оперативную безопасность объекта;

б) пожарную безопасность объекта;

в) административно-хозяйственную деятельность объекта;

г) особое (литерное) снабжение продуктами и остальными необходимыми материалами для жизнеобеспечения (топливо, вода, стройматериалы и т. д.).

Особый интерес вызывает между тем литературный труд известного писателя С.Н. Сергеева-Ценского «Моя переписка и знакомство с А.М. Горьким», где он подробно, но без сарказма описывает лицемерие и ханжество «пролетарского писателя», утопавшего по самые уши в роскоши и надуманном обожании народа. Действие в данном произведении происходит в июне 1928 года в доме отдыха ЦИК имени К. Маркса19, где А.М. Горький, плотно поев и попив коллекционное вино с выдержкой в 110 лет (!!!), решил поехать на личном автомобиле в престижную гостиницу «Мариино» (существует до сих пор в Ялте), витиевато рассуждая о «дворцах, отданных под дома отдыха для рабочих». Впрочем, читайте сами:

«...С того времени плоское, выжженное летним солнцем и белеющее известковыми камнями плато Ай-Петри связывается в моем представлении с картинными галереями Италии, и связующим звеном между ними является высокий желтоусый человек, в белой фуражке, сером пиджаке, с широкими плавными движениями длинных рук.

Когда машины наши помчались вниз, они уже не задерживались в Ялте, а проскочили по направлению к Гурзуфу: Алексей Максимович был приглашен обедать в дом отдыха членов ЦИК в Суук-Су, бывшее имение миллионерши Соловьевой.

Обед, впрочем, уже давно окончился, когда машины подкатили к столовой, и Алексея Максимовича встретили только администрация дома отдыха и врач, но зато здесь было приготовлено для угощения Горького две бутылки стодесятилетнего вина — портвейна и муската.

Может показаться невероятным, но в 30-х годах в Ялте и Киеве автобус-кабриолет White Model 15/45, закупленный в США для использования в домах отдыха и гостиницах ЦИК СССР, а также в ГАО «Интурист», ездил по улицам, к необычайному удивлению граждан СССР

Такого вина не приходилось пить даже и ему: оно было густое, как масло.

— Вот это вино так вино! — часто повторял он и покачивал восхищенно головою. — Какая это поговорка есть насчет подобного вина, вы должны помнить, — обратился он ко мне.

Однако я не помнил что-то подходящей поговорки, и он начал припоминать сам:

— Как же так не помните? Говорится: «Где блины, там и мы...»

— «Где кисель, тут и сел, — дополнил я, — где пирог, тут и лег». А насчет вина что-то ничего не придумано.

— Вот какая строгость! — удивился Алексей Максимович и, повторив все три изречения, добавил: — А где такое вино дают, отсюда уж мы никуда не уйдем, тут и ляжем, но уж все до дна выпьем!

Я первый раз видел тогда дом отдыха внутри и, помню, обратил внимание на то, что подавальщицы — несколько человек — сели за тот же стол, за каким сидели и мы, и во все глаза глядели на Горького.

Но это любопытство подавальщиц подзадорило Алексея Максимовича, и, кивая мне на ближайшую из них, он сказал азартно:

— А ну-ка, Сергей Николаевич, кто из нас лучше знает Россию! Вот как вы полагаете, — какой губернии она уроженка?

— Рязанской, — ответил я, ни секунды не думая.

С 1932 года все дома отдыха ЦИК СССР и санатории СНК/ЦИК стали комплектоваться автобусом АМО-4 в варианте люкс с закрытым и открытым верхом в варианте кабриолет

— Нет, Саратовской, — так же уверенно отозвался он.

Конечно, подавальщица могла бы слукавить и сказать из вежливости, что она действительно саратовская, но она захотела быть правдивой и сказала певуче:

— А я и вовсе здешняя, ялтинская!

Мы с Алексеем Максимовичем посмотрели друг на друга и расхохотались.

Послеобеденный мертвый час в доме отдыха ЦИК тем временем пришел к концу и, кажется, даже раньше, чем обычно, так как всем хотелось видеть Горького. Алексея Максимовича пригласили в сад сниматься с отдыхающими; нашлись тут у него и знакомые по Москве.

Однако пробыл он тут недолго, и, когда ехали мы обратно в Ялту, он говорил с подъемом:

— Какова, Сергей Николаевич, идея-то — такие дворцы отдать под дома отдыха для рабочих? Где еще в мире есть что-нибудь подобное? А перед вашим приездом я в Ливадии был. Там, понимаете ли, в царском дворце крестьяне отдыхают, — вот это зрелище!.. За границей сочиняют еще, по старой привычке, новых царей для России, а прежней России уже и в помине нет, и в царском бывшем дворце посиживают себе у окошек бывшие мужики посконные, поглядывают кругом: «Наше...» Хорошо!.. Очень хорошо!.. А что цикады, — начали уже трещать у вас тут?

Как раз в то время, когда мы вернулись из Суук-Су в гостиницу «Мариино», туда приехала из Алушты моя жена, и Горький, узнав об этом, не только переоделся в лучший, по-видимому, костюм, какой был в его багаже, но и от своих спутников потребовал принарядиться, надеть Галстуки...»20

В СМИ и исторической литературе, посвященной событиям 20—30-х годов прошлого века, часто и постоянно возникает страшная путаница в названиях госучреждений и должностей партийных лидеров. Это связано, как правило, с тем, что авторы плохо понимают различие между двумя органами высшей власти в СССР, которые существовали до января 1938 года, а именно ВЦИК и ЦИК. Объясняю читателю, что дома отдыха ВЦИК до 6 июля 1926 года имели название, указывающее на их принадлежность к Всероссийскому центральному исполнительному комитету РСФСР, то есть формально они подчинялись Российской Федерации, хотя на самом деле с созданием 30 декабря 1922 года СССР все эти санаторно-курортные учреждения структурно числились и финансировались Президиумом ЦИК и находились в строгой финансовой отчетности перед секретариатом Президиума ЦИК с его руководителем А.С. Енукидзе.

Центральный исполнительный комитет СССР (ЦИК СССР) — это высший орган государственной власти СССР в декабре 1922 — январе 1938-го, избираемый Всесоюзными съездами Советов и периодически собираемый на сессии в промежутках между Всесоюзными съездами Советов, 6 июля 1926 года учредил в своей структуре новый орган — ХОЗУ ЦИК, созданный на базе расформированного АХО ВЦИК.

На фото автобус-кабриолет на базе АМО-4 с 20-местным кузовом типа Torpedo (Charabanc), курсировавший между домами отдыха ЦИК в Крыму. 1935 год

По личной инициативе начальника ХОЗУ ЦИК СССР Н.И. Пахомова и с одобрения секретариата Президиума ЦИК все дома отдыха, санатории и лечебные учреждения, организационно входящие в ЦИК СССР, ранее имевшие аббревиатуру ВЦИК (например, дом отдыха ВЦИК № 1 имени В.И. Ленина), получили новое название с приставкой ЦИК, указывающей на их ведомственную принадлежность к СССР.

8 июля 1926 года состоялось заседание Президиума ЦИК СССР, на котором было принято постановление «О передаче зданий, строений и домов отдыха из ведения ВЦИК СССР в ведение хозяйственного управления ЦИК СССР». Также дома отдыха ЦИК/СНК, имевшие до 6 июля 1926 года литерную нумерацию, согласно ранее принятым приказам по Управлению Кремлем и домами ВЦИК и Управлению делами СНК, потеряли ее и получили лишь название, соответствующее их ведомственной принадлежности, например дом отдыха ЦИК «Мухалатка» или санаторий УД СНК «Форос». Бывший курорт «Суук-Су» в Гурзуфе с конца июля 1926 года в документах ХОЗУ ЦИК СССР стал называться дом отдыха ЦИК имени К. Маркса.

Совершенно непонятным и даже конспирологическим выглядит переименование дома отдыха ЦИК имени К. Маркса в конце февраля 1932 года в дом отдыха ЦИК «Суук-Су». Почему непонятным? Объясняю. Дело в том, что 20 февраля 1932 года Президиум Центрального исполнительного комитета СССР принял постановление о лишении гражданства Л.Д. Троцкого и всех его родственников, находящихся за границей. А в СССР тем временем уже три года шел активный процесс стирания всего того, что мало-мальски было связано с именем бывшего председателя РВС РСФСР (занимал должность до 26.01.1925). Переименовались города, улицы, ретушировались фотографии, отправлялись в тюрьмы и лагеря соратники Троцкого по партии. Вполне возможно, что в ХОЗУ ЦИК СССР решили по-своему расправиться с Л.Д. Троцким и переименовали этот дом отдыха ЦИК в Гурзуфе по месту его нахождения и в соответствии с дореволюционным названием, стерев сам факт нахождения опального соратника В.И. Ленина и И.В. Сталина там на отдыхе.

В каждом доме отдыха ЦИК с июля 1926 года у управляющего находился журнал отзывов, где все высокопоставленные посетители имели право высказать свое мнение о пребывании в данном учреждении. Этот журнал отзывов с грифом «Секретно» привозился в конце декабря сотрудником фельдъегерского корпуса ОГПУ в каждый дом отдыха ЦИК, где его вручали с большим пиететом при первом требовании постояльцев. Каждому дому отдыха ЦИК данный журнал выдавался ровно на 1 год и по истечении срока использования (все страницы были пронумерованы!) возвращался обратно, где хранился в архиве секретариата Президиума ЦИК СССР. Так вот по воспоминаниям сотрудника ЦИК СССР, работавшего в секретной части секретариата Президиума ЦИК, С.Е. Чуцкаева (в 1929—1933 годах и в 1935 году являлся председателем бюджетной комиссии ЦИК СССР), все, что было связано с личностью Л.Д. Троцкого, в том числе и все записи в документах ХОЗУ ЦИК, летом 1929 года было уничтожено, в том числе и его учетная карточка с данными о жилищных условиях, сведения о посещаемых санаторно-курортных учреждениях и ЛСУК.

Аналогичным образом уничтожались все документы репрессированных по политическим мотивам в домах отдыха ЦИК и санаториях СНК, которые когда-то проводили там свой отпуск. Я допускаю, что в данной нелепой методике стирания всех имеющихся сведений о политических оппонентах И.В. Сталина названия домов отдыха ЦИК СССР тоже так или иначе пострадали, однако, следует заметить, изменились в лучшую сторону. Все-таки название дом отдыха ЦИК «Суук-Су» звучит гораздо благозвучнее пафосного «дом отдыха ВЦИК № 2 имени Карла Маркса», не правда ли?!

С июня 1921 по август 1936 года в доме отдыха ЦИК «Суук-Су», являвшемся к тому времени одной из трех правительственных резиденций в Крыму, отдыхали, кроме руководства страны, многочисленные «друзья» из Коминтерна, которые зачастую после постоя в курзале «Казино» отправлялись в Москву, где их после ареста от души избивали телефонным кабелем во внутренней тюрьме на Лубянке и в Лефортовской тюрьме тюремного отдела ОГПУ/НКВД.

Можно сейчас уверенно заявить, что за 15 лет дом отдыха ЦИК «Суук-Су» из роскошной по тем меркам правительственной резиденции превратился в дешевый спецприемник для разного калибра функционеров Коминтерна21, которые туда приезжали отдыхать перед подготовкой очередной революции или теракта. Почетным гостем и заправилой всего этого коминтерновского сброда в «Суук-Су» каждый год становился генеральный секретарь ИККИ Г. Димитров, вполне мирившийся с тем, что ему дали для отдыха не самый худший в СССР номенклатурный объект. Лебединой песней дома отдыха ЦИК «Суук-Су», по вполне объективным обстоятельствам, стал последний — VII конгресс Коммунистического интернационала, состоявшийся 25 июля — 20 августа 1935 года.

После этого конгресса И.В. Сталин наконец-то понял, что громадные бюджетные деньги, потраченные с 1919 по 1935 год на раздувание пожара мировой революции, пропали впустую, а виноваты в этом, как часто в таких случаях бывает, стали «бездельники и трусы» из Коминтерна.

С начала января 1936 года медленно, но верно стройные ряды функционеров Коминтерна всех мастей и цветов кожи по адресу улица Воздвиженка, дом 1 начали быстро перемещаться в архипелаг ГУЛАГ, а дом отдыха ЦИК «Суук-Су» с апреля по август того года принял, уже который раз, Г. Димитрова, К. Готвальда, О. Куусинена, В. Пика и Д. Мануильского.

В конце июля 1936 года на отдых в дом отдыха ЦИК «Мухалатка» приехал председатель Совета народных комиссаров В.М. Молотов, который с 1929 года практически постоянно отдыхал сначала в Верхней Мацесте (дома отдыха ЦИК «Пузановка», «Блиновка» и «Зензиновка»), затем на даче № 3, а в дальнейшем в доме отдыха ЦИК «Мюссера».

Далее официальная советская историография (книга А. Чернышева «Когда поет «Артек») повествует вот что:

«...В августе 1936 г. группа пионеров-артековцев посетила председателя Совнаркома В.М. Молотова на правительственной даче в Крыму22 и получила приглашение на прием в Кремле. По окончании смены ребята приехали в Москву, где 17 сентября 1936 года были приняты в Кремле и во время приема спели В.М. Молотову частушку-куплет. В.М. Молотов рассмеялся и сказал, что намек понял — «нельзя же долго держать на носу такую тяжесть». И вскоре дом отдыха ВЦИК СССР «Суук-Су» был передан «Артеку».

В 1936 году произошло событие, которое в условиях современной России вообще трудно представить, — решением правительства СССР территория «Артека» была расширена за счет передачи ему дома отдыха ВЦИК «Суук-Су». Таким образом, пионерскому лагерю партийные руководители подарили правительственный пансионат! Так что лозунг «Все лучшее — детям» в Советском Союзе был не просто лозунгом...»

Конечно же такой несколько пафосный и пасторальный рассказ о «передаче» дома отдыха ЦИК детскому оздоровительному комплексу «Артек» больше похож на добродушные до приторной наивности русские народные сказки, где существуют только позитивные концовки. На самом же деле все обстояло несколько иначе и так называемая «передача» территории и самого дома отдыха ЦИК «Суук-Су» была предварительно решена в апреле 1936 года на заседании СНК СССР, где присутствовали: начальник ХОЗУ ЦИК Н.И. Пахомов, нарком финансов Г.Ф. Гринько, секретарь Президиума ЦИК И.А. Акулов, Н.А. Семашко23, председатель ЦРК при ВКП(б) М.Ф. Владимирский (с 1930 по 1934 год Наркомздрав РСФСР), Наркомздрав РСФСР Г.Н. Каминский, генеральный секретарь Цекамола (ЦК ВЛКСМ) А.В. Косарев и председатель Госплана при СНК СССР В.И. Межлаук.

Председательствовал на заседании В.М. Молотов, который, огласив повестку дня и выслушав мнение каждого присутствующего о реорганизации «Артека» и упразднении дома отдыха ЦИК «Суук-Су», без лишнего словоблудия объявил, что вопрос можно считать закрытым, а «товарищам Акулову, Межлауку и Каминскому представить свои соображения по слиянию пионерлагеря «Артек» и дома отдыха ЦИК «Суук-Су» в письменном виде...». Возможно, это было первое в истории РСФСР—СССР решение о передаче действующей правительственной резиденции из ХОЗУ ЦИК в ведение Наркомздрава РСФСР. Весьма интересно ознакомиться с документом, который я привожу чуть ниже.

«ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ БЮРО ЦК ВЛКСМ,
17 ноября 1936 года

1. Поручить комиссии в составе тт. Васильевой (созыв), Мускина, Иванова и Ровина представить к 25/XI-с.г. исчерпывающие предложения в секретариат ЦК по эксплуатации Всесоюзного пионерского лагеря «Артек» на 1937 г. с включением Суук-Су.

В предложениях обеспечить решение следующих вопросов:

а) план работ, необходимых к осуществлению до пуска Суук-Су в эксплуатацию, на 1937 год;

б) план эксплуатации всего объединенного пионерского лагеря «Артек» и (Суук-Су) на 1937 г.;

в) порядок передачи Суук-Су».

Генеральный секретарь ЦК ВЛКСМ А. Косарев24».

Уже 20 марта 1937 года в Зубковских гостиницах и бывшем доме отдыха ЦИК «Суук-Су» разместились первые артековцы — 100 детей из многих городов Советского Союза. Дом отдыха ЦИК «Суук-Су» переименовали в Дворец пионеров пионерлагеря «Суук-Су» в составе ВПЛ «Артек». Пионерлагерь, структурно входящий в ВПЛ «Артек», основанный на месте бывшего дома отдыха ЦИК, так и назвали «Суук-Су», и с этим названием он просуществовал до 11 сентября 1942 года.

А 11.09.1942 в Белокурихе (город в юго-восточной части Алтайского края) был основан так называемый алтайский «Артек». Здание бывшего курзала «Казино», после вывоза поздней осенью 1936 года из него раритетной мебели, посуды и запаса деликатесов с коллекцией вин, стало, по сути, неким рядовым Дворцом пионеров и школьников с кружками авиамоделирования и художественной лепки. На самом же деле, кто конкретно располагался на 2-м и 3-м этаже бывшего дома отдыха ЦИК «Суук-Су» с марта 1937 по июнь 1941 года, не ясно до сей поры. Первый этаж курзала «Казино» был отдан, как я уже упомянул, под многочисленные кружки, которые посещали пионеры лагеря «Суук-Су». Некоторые сохранившиеся архивные источники ГА РФ говорят о том, что в данный предвоенный период номенклатурный объект ХОЗУ ЦИК не стал нелепым аристократическим пристанищем для обездоленных детей — рекордсменов по выращиванию поросят и сбору хлопка из всех регионов СССР, а фактически тихо и незаметно продолжал выполнять свои прежние функции.

Как известно, зачастую дети приезжают на курорт лечиться и отдыхать вместе с родителями, особенно если они младшего школьного возраста. Именно для этих целей бывший дом отдыха ЦИК «Суук-Су» и был оставлен в своем прежнем номенклатурном статусе, но только для проживания председателей райкомов, крайкомов и обкомов, чьи дети приехали в «Артек» за некие заслуги перед Родиной. Чадо, как и положено, проживало вместе с остальными пионерами, а родители хорошо ели и пили на втором и третьем этаже бывшего курзала «Казино». Весьма примечательно и то, что периферийная станция ВЧ-связи, установленная в бывшем здании почтово-телеграфного отделения курорта «Суук-Су» (построено в 1899 году), из-за реорганизации дома отдыха ЦИК не была ликвидирована, а исправно работала вплоть до ноября 1941 года, через коммутатор в Севастополе. Теперь я хочу назвать причины, побудившие правительство СССР передать дом отдыха ЦИК «Суук-Су» МПЛ «Артек» осенью 1936 года.

1. С 1929 года в Сочи проводится полная реконструкция бывших имений буржуазии, которые вскоре переходят на баланс ХОЗУ ЦИК СССР и получают название дома отдыха ЦИК «Пузановка», «Зензиновка» и «Блиновка». Тем самым с 1930 года на Черноморском побережье Кавказа создается альтернативная Крыму сеть номенклатурных объектов санаторно-курортного типа для руководства СССР. В ССР Абхазия с начала 1924 года уже действуют дом отдыха ВЦИК «Синоп» и дом отдыха ВЦИК «Гагра-2», который регулярно посещают члены политбюро ЦК РКП(б) и считают его прекрасным местом для проведения отпуска. В результате, кроме домов отдыха ВЦИК, расположенных в Крыму и действующих полноценно с весны 1922 года, на Черноморском побережье Кавказа создается к началу 30-х годов сеть санаторно-курортных объектов, размещенных в бывших виллах и имениях финансовых воротил Российской империи и охраняемых специальным отделением при Президиуме ВЧК.

2. С начала 30-х по решению политбюро ЦК ВКП(б) на Черноморском побережье Кавказа начинается строительство правительственных резиденций «Сочи», «Малый Ахун» и «Гагра-2», предназначенных для отдыха партийно-государственной номенклатуры СССР. В дальнейшем дома отдыха ЦИК «Мюссера», «Холодная речка» и «Зеленая роща», построенные по спецпроектам и находящиеся на особо охраняемой территории, фактически полностью решают проблему отдыха И.В. Сталина и его окружения. Кроме всего прочего, в Нижней Мацесте (рядом, в верхней части ущелья, находился ряд правительственных резиденций, например «Блиновка», Зензиновка», «Пузановка») расположен бальнеогидрогеологический комплекс «Мацеста», где лечились от болезней суставов не только И.В. Сталин, но и его соратники по партии. Удивительно, но в 20-х годах в Крыму уже было известно о сероводородных источниках на озере Чокрак, рядом с Керчью, но Наркомздрав СССР не стал там строить санаторий, хотя нарком Семашко знал, что до 1917 года в этой местности существовала грязелечебница.

3. Топографическое и географическое расположение дома отдыха ЦИК «Суук-Су» в пограничной зоне совершенно не отвечало основным требованиям 4-го отделения оперода ОГПУ/НКВД СССР (охрана членов правительства) по безопасности такого объекта, каким является правительственная резиденция. Например, корпус здания курзала «Казино» находился в 120 метрах от береговой полосы, что резко увеличивало опасность внезапного нападения с моря в ночное время суток и в непогоду, при плохой видимости, террористических групп. Также совершенно открытое расположение здания дома отдыха ЦИК «Суук-Су» на возвышении и характерный рельеф местности (с горы Аю-Даг прекрасно просматривается весь комплекс строений курорта «Суук-Су») позволяли вести скрытое наблюдение за объектом зарубежной агентуры и даже беспрепятственно готовить теракт против правительственной резиденции.

4. Кроме всего прочего, с начала 30-х годов, по строгому личному настоянию И.В. Сталина, все строящиеся здания домов отдыха ЦИК «Новая Мацеста» («Зеленая роща»), «Мюссера», «Холодная речка» находились от береговой кромки на расстоянии от 0,5 до 3 км, тем самым резко сокращалась возможность внезапного нападения террористических групп на правительственный объект в пограничной зоне. Характерно, что, в противовес всем крымским государственным резиденциям 20—30-х годов, дома отдыха ЦИК на Черноморском побережье Кавказа были построены таким образом, что их фасад и крыша не были видны с проезжей части шоссейной дороги, железнодорожной ветки, а также с моря при любом удалении от берега.

5. Главным куратором всех правительственных резиденций по линии ЦИК СССР в 20—30-х годах стал секретарь секретариата Президиума ЦИК СССР А.С. Енукидзе, ежедневно осуществляя неусыпный контроль за распределением служебных путевок сотрудников аппарата во все дома отдыха, санатории и больницы ведомства. Без личной визы начальника ХОЗУ Н.И. Пахомова и А.С. Енукидзе ни один сотрудник аппарата ЦИК не мог уехать отдыхать в самый захудалый санаторно-курортный объект данного ведомства. Можно было смело назвать Енукидзе «главным распределителем путевок в номенклатурные дома отдыха и санатории страны». Однако в дальнейшем в ходе служебного расследования НКВД и КПК при ВКП(б) так называемого «кремлевского дела» А.С. Енукидзе был снят с поста секретаря Президиума ЦИК СССР и 3 марта 1935 года был переведен на должность секретаря ЦИК Закавказской Федерации. 30 октября 1937 года всемогущего секретаря ЦИК А.С. Енукидзе расстреляли на полигоне «Коммунарка».

На переднем плане фотографии бывший дом отдыха ЦИК «Суук-Су», с весны 1937 года Дворец пионеров пионерлагеря «Суук-Су» в составе БПЛ «Артек»

После ухода в марте 1935 года А.С. Енукидзе с поста секретаря Президиума ЦИК комиссия партийного контроля при ВКП(б) (руководитель Н.И. Ежов с февраля 1935 года) в пух и прах начала громить всех тех, кого когда-то назначил А.С. Енукидзе на должности управляющих домами отдыха ЦИК, санаториями и больницами. С апреля 1935 года в крымских домах отдыха ЦИК СССР и домах отдыха ЦИК, расположенных на Черноморском побережье Кавказа, началась массовая зачистка персонала.

«Фашистских прихвостней» беспощадно арестовывали, отправляли кого в ГУЛАГ, а кого и на тот свет. Подверглась тщательной проверке и пересмотру вся старая система распределения путевок в дома отдыха ЦИК, в результате чего выяснилось, что в них попадали люди, совершенно не имеющие отношения к аппарату ЦИК и СНК.

Новый глава секретариата Президиума ЦИК И.А. Акулов решил закрыть и перепрофилировать ряд санаторно-курортных объектов ХОЗУ ЦИК, о чем лично доложил письменно председателю М.И. Калинину. Одним из «краеугольных камней» политики И.А. Акулова являлось закрытие старых санаторно-курортных объектов ЦИК, созданных на месте дореволюционных особняков и имений, и открытие новых циклопических корпусов номенклатурных домов отдыха и санаториев, рассчитанных на 500—700 человек. Закрытие дома отдыха ЦИК «Суук-Су» состоялось именно при И.А. Акулове, который приказал начальнику ХОЗУ ЦИК Н.И. Пахомову перенаправить контингент отдыхающих в открывшийся летом 1935 года восьмиэтажный дом отдыха ЦИК «Красная глинка», расположенный в 35 км от г. Куйбышев (сейчас г. Самара), в Сокольих горах.

Замечу, что лично сам Иван Алексеевич Акулов обожал каждый год отдыхать в доме отдыха ЦИК «Мухалатка», прекрасно плавал в штормовом море, ходил в походы на перевал Шайтан-Мердвен и Кастропольскую гору, по ночам ловил ставриду и любил гонки на весельных шлюпках.

22 июня 1941 года Дворец пионеров пионерлагеря «Суук-Су» встретил в тревожной обстановке начинающегося хаоса и периодических распоряжений из Наркомздрава СССР, зачастую противоречащих друг другу. В конце концов практически весь ВПЛ «Артек», без людских потерь, эвакуировали в Алтайский край. В ночь с 7 на 8 ноября 1941 года 11-я немецкая армия Э. фон Манштейна (состояла из трех корпусов и имела в оперативном подчинении 3-ю румынскую армию, а также три горнострелковые бригады и три кавалерийские бригады) оккупировала Ялту, ее окрестности и Гурзуф вместе с территорией ВПЛ «Артек». Сейчас доподлинно неизвестно, планировало ли руководство страны, а именно И.В. Сталин, уничтожение ВПЛ «Артек» в целях недопущения использования его помещений немецкими оккупантами. Однако, судя по многочисленным фактам, произошедшим с другими культурными и особо важными государственными объектами, такой вариант событий предусматривался. Чтобы не быть голословным, я приведу читателю выдержку из статьи украинского историка О. Слепынина под названием «Тайна железной комнаты, или Кем был спасен дворец-музей в Алупке».

«...B Шуваловском флигеле дворца расположился штаб истребительного батальона. Комиссаром его состоял бывший музейный работник по фамилии Поздняков. В его лице Степан Григорьевич нашел единомышленника (ради цели он скоро научится находить единомышленников всюду, где возможно). Поэтому, когда во двор музея въехал грузовик со взрывчаткой, Щеколдин знал, к кому обратиться. Взрывчатку привез солдат — уполномоченный НКВД Крымской АССР. Поздняков — человек не военный — повел разговор на высоких тонах, дело могло кончиться непредсказуемо.

Командиром истребительного батальона был Илья Захарович Вергасов (1914—1981, в будущем — командир объединенного партизанского района, а в мирные годы — хороший военный мемуарист, оставивший нам, помимо прочего, свое расследование «дела Щеколдина»). Он был свидетелем конфликта. К взрыву музея тогда он относился с пониманием, описал: «Мы тогда жили и действовали под влиянием речи Сталина от 3 июля и ничего не хотели оставлять врагу. Дворец, положим, не военный объект. Но может в нем расположиться крупный штаб? Я даже воображал, как вот по этой беломраморной лестнице идут немецкие офицеры... Свои сомнения высказал комиссару. Он разозлился:

Дом отдыха ЦИК «Красная глинка» имел восемь этажей, шесть корпусов и даже бомбоубежище глубокого залегания для номенклатурных персон. Фото 1934 года

— Только полная тупица так может думать! Это же шедевр искусства, а ты — на воздух?!

В результате комиссар Поздняков приказал своим бойцам выпроводить грузовик прочь. На этот раз вроде отбились? Но Щеколдину важно знать — точно ли принято решение взрывать? И он в очередной раз — к высшему — доступному начальству. Там в первый миг успокоили: «Дворец взрывать не будем...» Но оказалось, дворцу уготовлена иная участь. Председатель горисполкома отдал Щеколдину приказ: «Жди моего распоряжения по телефону: возьмешь керосин, обольешь все подвалы и подожжешь!» Щеколдин открыто возмутился: «Вы с ума сошли! Миллионные ценности, памятник культуры, и вы — сжигать! Зачем это? Это фашистов остановит?» — «Ты знаешь приказ товарища Сталина? Врагу нельзя ничего оставлять! Иди, жди и действуй!»

Как должен поступить человек, желающий всем сердцем спасти музей? Правильно! Щеколдин первым делом перерезал телефонный провод. А сторож Кухарский спрятал и сам телефонный аппарат — подальше от греха. Если скажут: звонили, а мы: «Телефона-то у нас нет, был, да пропал!» Вряд ли Степан Григорьевич тогда знал, что в сентябре 1941-го, руководствуясь все тем же «Врагу нельзя ничего оставлять!», будет сожжен дворец в Петергофе (старожилы помнят, как накануне пожара участковый собирал канистры под керосин; к приходу немцев дворец уж догорал). Так было и с некоторыми дворцами Крыма. Почему не со всеми? Почему уцелел Белый императорский дворец в Ливадии, но сгорел Малый? Мы этого не знаем. Мы даже не знаем, как Ливадия пережила войну. Но о том, как пережил войну Воронцовский дворец и почему он уцелел, знаем...»25

Как видит читатель из текста, перед приходом немцев Крымский областной комитет ВКП(б) в лице секретаря В.С. Булатова и Наркомата ВД Крымской АССР в лице наркома, комиссара госбезопасности 2-го ранга П.М. Фокина, весьма серьезно «накачанное» из Москвы вполне реальными угрозами за невыполнение приказа по уничтожению культурных и материальных ценностей, закусило удила и пустилось во все тяжкие, чтобы нанести «максимальный урон» народному хозяйству республики, и в частности его санаторно-курортным объектам, дабы они не достались немецко-фашистским войскам. Как это ни странно, но спустя 73 года после указанных событий настоящих и проверенных фактов о том, кто и когда минировал, поджигал, а потом взрывал санаторно-курортные учреждения и памятники, имеющие особую историческую ценность, не существует. Почему? Потому что руководству СССР пришлось бы признать — особой нужды в разрушении Воронцовского дворца26, дома отдыха УД СНК СССР «Мухалатка», Малого Ливадийского дворца, санатория УД СНК «Красное знамя» (бывший дом отдыха ЦИК «Дюльбер») и многих других объектов в Крыму — не было. Как мы видим, наркомат ВД Крымской АССР и особый отдел Отдельной Приморской армии просто не успели взорвать и сжечь все запланированные объекты санаторно-курортной недвижимости на территории Крыма, а ведь могли бы при желании. Но времени армейским и чекистским группам подрывников-минеров не хватило, и при оккупации Крыма 11-й армией вермахта многие санатории, дома отдыха, лечебницы и пансионаты стали использовать в первую очередь под госпитали оккупантов. Небезынтересно отметить, что, по данным официальной историографии, бывший дом отдыха ЦИК «Суук-Су», имеющий особую культурную ценность и значение как архитектурный объект, не дожил до освобождения Крыма в мае 1944 года по причине случившегося пожара. Я ниже процитирую те фразы, которые присутствуют в официальных СМИ и Интернете уже почти 70 лет, не меняясь ни на йоту:

«...Во время Великой Отечественной войны в Суук-Су был дом отдыха для немецких офицеров. В 1942 году дворец сгорел. В 50-е годы XX века его восстановили, в целом сохранив созданное Н.П. Красновым...»

Источник: Курорт Гурзуф. Путеводитель. Симферополь: Світ, 2008.

«...В годы Великой Отечественной войны дворец Суук-Су стал пристанищем для офицеров фашистской Германии. А в 1942 году сгорел. Восстановлен он был лишь в 50-е годы...»

Источник: Интернет.

«...Строение было украшением всего побережья, поэтому даже после революции здесь располагался санаторий для высокопоставленных лиц. В годы Отечественной войны во дворце отдыхали офицеры немецкой армии, а в 1942 г., как и многие памятники архитектуры, здание сгорело...»

Источник: Исиков В.П., Литвинов П.А., Литвинова Г.Б. Атлас достопримечательностей Крыма. Судак: Сталкер, 2008.

«...Так как владелица с родственниками уехала в другую страну, имение перешло государству. Вскоре там был построен санаторий ВЦИК. После чего имение отошло во владения Артека. В спокойное время санаторий работал так, как и положено, а во время войны служил местом отдыха для офицеров и солдат. В 1942 году санаторий охватил пожар, и он сгорел...»

Источник: Интернет.

Как видно из Цитат, приведенных выше, по какой именно причине произошел пожар, в какой временной отрезок произошла трагедия, кто стал виновником пожара и были ли попытки его потушить — все эти факты полностью покрыты мраком страшной тайны.

Весьма примечательно также то, что документальный первоисточник, ставший для СМИ истиной в последней инстанции и утверждающий о существовании в здании курзала «Казино» дома отдыха для офицеров 11-й армии вермахта, так и не был обнаружен историками-архивистами СССР/РСФСР. Получается, что эту информацию специально вбросили, чтобы общественность не задумывалась о потере такого архитектурного объекта, как курзал «Казино» — творение рук Н.П. Краснова.

К сожалению, у меня нет возможности найти документы о пожаре бывшего дома отдыха ЦИК «Суук-Су», и другие исследователи их тоже не найдут по вполне определенным причинам. Причин всего три. Первая — это постоянное уничтожение в течение 50—60 последних лет архивных документов, хранящихся в «Особой папке» общего отдела ЦК КПСС и архивном управлении КГБ СССР. Вторая — это возможное участие в поджоге (возможно, и взрыве), а также последующем уничтожении здания дома отдыха ЦИК «Суук-Су» (курзала «Казино» курорта «Суук-Су») спецгруппами НКВД или роты спецминирования ТОС (техника особой секретности) РВГК НКО по приказу, исходящему от руководства страны. Третья причина кроется в молчании непосредственных участников тех событий, а именно наркома ВД Крымской АССР комиссара госбезопасности 2-го ранга Петра Максимовича Фокина, дожившего до 1979 года, но не проронившего ни слова о подрыве и поджоге культурно-материальных ценностей, архитектурных памятников и правительственных резиденций в октябре-ноябре 1941 года. Именно П.М. Фокин по долгу службы знал об истинной причине уничтожения дома отдыха ЦИК «Суук-Су», но из-за подписки о неразглашении не выступал в СМИ и не давал на эту тему интервью. Одним из секретоносителей, также знавших истинную правду об уничтожении архитектурных объектов Крыма, мог быть и майор ГБ Г.Т. Каранадзе, принявший бразды правления от П.М. Фокина 31 июня 1941 года, исполнявший до этого обязанности главы НКГБ Крымской АССР. Еще хочу добавить, что Институт военной истории и Управление спецпропаганды Главпура МО СССР всегда историю страны не изучали, а лепили ее по заказу сверху, по заданным параметрам.

Ну вот сами подумайте, если в Дворце пионеров пионерлагеря «Суук-Су» (бывшем доме отдыха ЦИК «Суук-Су»), приспособленном под «санаторий для немецких офицеров», по непонятной или понятной причине начался пожар, то на эту животрепещущую тему бойкие советские борзописцы вскорости наклепали бы тонны всякой бумажной чепухи, с подробным описанием, как гауптманы вермахта вусмерть перепились, а после голышом скакали на столах под культовую «Розамунду», пока сами себя не подожгли. Но нет, все журналисты уже 73 года молчат как в рот воды набрали и категорически эту тему обходят стороной. Вот, допустим, дворец С.В. Кокорева, ставший с весны 1938 года домом отдыха УД СНК «Мухалатка», был предположительно взорван в октябре-ноябре 1941 года бойцами 82-го отдельного инженерного батальона по приказу из Москвы. Впрочем, более детально об этом я расскажу в другом своем повествовании. Скрыть факт уничтожения дворца С.В. Кокорева и обставить его при этом героическим ореолом оказалось невозможно, но тем не менее инициаторов этой акции, достаточно бессмысленной, до сих пор не называют по имени и фамилии. Также был подожжен (предположительно бутылками с зажигательной смесью КС) сотрудниками Крымского НКВД санаторий УД СНК «Красное знамя», бывший дом отдыха ЦИК «Дюльбер». Вероятно, что дом отдыха ЦИК «Суук-Су» / Дворец пионеров мог тоже, как и дом отдыха УД СНК «Мухалатка», стать объектом поджога или подрыва со стороны органов НКВД по многим причинам, однако документальных фактов, доказывающих уничтожение особо ценного архитектурного творения Н.П. Краснова, сейчас не найдено. Разнятся месяцы и годы в официально обозначенном СМИ временном интервале, при котором произошел пожар дома отдыха ЦИК «Суук-Су», что свидетельствует о тщательно подготовленной дезинформации, вброшенной потом в печать.

Историки из Крыма называют датой поджога ноябрь-декабрь 1941 года или январь 1942 года. На самом деле в этом отрезке времени кроется очень глубокий смысл для профессиональных дезинформаторов. Если спецгруппа из Наркомата ВД Крымской АССР уничтожила «Суук-Су» в ноябре 1941 года, то, согласитесь, почему нельзя через 10—15 лет Главпуру Минобороны СССР и идеологическому отделу ЦК КПСС с честным и серьезным видом говорить о том, что «немецко-фашистские варвары» подожгли данный объект в декабре того же года?! В этом случае очень просто скрыть следы поджога и свалить его на 11-ю армию вермахта, тем более после ожесточенных боев на Крымском полуострове многие архитектурные памятники действительно были сознательно разрушены оккупантами. Возможно, квасные патриоты могут меня обвинить, что автор льет воду на мельницу немецко-фашистских захватчиков и оправдывает их злодеяния. Совсем нет. Я просто хочу выдвинуть несколько версий событий, произошедших поздней осенью на курорте «Суук-Су», ставшем по воле судьбы частью ВПЛ «Артек».

Анализируя многочисленные исторические факты и проводя аналогии, а также просматривая внимательно хронологические даты наступления в Крыму 11-й армии вермахта Э. фон Манштейна, можно прийти к следующим выводам о судьбе дома отдыха ЦИК «Суук-Су» / Дворца пионеров ВПЛ «Артек»:

1. Из-за стремительного наступления 11-й армии вермахта, стремившейся захватить Крымский полуостров, начавшегося 18 октября 1941 года, провести подготовительные работы по минированию всех назначенных объектов (правительственных резиденций, зданий обкомов/горкомов, санаторно-курортных учреждений, заводов и фабрик) спец-группам подрывников НКВД и Отдельной Приморской армии (прикомандированной к ним роты спецминирования ТОС РГВК) не хватило времени. По этой причине многие объекты особо важного значения так и не были уничтожены, хотя наркоматы ВД и ГБ Крымской АССР по приказу Главкомата планировали взорвать или поджечь большую часть всех административных зданий на полуострове, чтобы они не могли использоваться врагом.

2. Из-за сложившейся ситуации на ЮБК, когда минировать особо важные объекты уже не хватило времени, их по приказу комиссара госбезопасности 2-го ранга П.М. Фокина пытались поджечь всеми доступными способами, так как поджог наиболее эффективное средство уничтожения объекта в максимально короткий срок. Поджог мог осуществляться:

а) с использованием штатного армейского ранцевого огнемета РОКС-1;

б) с использованием нефтепродуктов (керосина, бензина, лигроина и т. д.);

в) с использованием штатных диверсионных средств (боевых зажигательных средств), например термитных шашек ЗШ-1, термитных патронов ТШ-100 и термитного шара ТШ-300 (приняты на вооружение 4-го управления НКГБ СССР и Разведуправления ГШ РККА в марте 1941 года);

г) бутылок с зажигательной смесью КС или БГС.

В настоящее время на Крымском полуострове стал известен в подробностях только факт попытки примитивного поджога Воронцовского дворца-музея в Алупке, который закончился неудачей по причине явного противодействия старшего научного сотрудника С.Г. Щеколдина. Был совершен и «удачный» поджог санатория УД СНК «Красное знамя», бывший дворец «Дюльбер» — творение рук прекрасного зодчего Н.П. Краснова, по заказу великого князя П.Н. Романова. Подожгли и Малый Ливадийский дворец, о чем сохранились свидетельства офицеров Отдельной Приморской армии от ноября 1941 года. В этой создавшейся ситуации поджог здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су» спец-группой сотрудников 4-го отдела УНКВД Крымской АССР представляется вполне обоснованным и логичным. В дальнейшем, когда здание уже было уничтожено в ноябре 1941 года в огне пожара спецгруппой НКВД, данный поджог Дворца пионеров / дома отдыха «Суук-Су» был вменен в вину немецким оккупационным властям.

3. Самовозгорание здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су», а также последующий пожар действительно могли произойти в дни оккупации, то есть в период с 8 ноября 1941 года до весны 1944 года. Часто в старых зданиях (объект на тот момент непрерывно эксплуатировался уже 38 лет), где проложена электропроводка, рассчитанная на определенные запитанные мощности (электроприборы), возникают короткие замыкания и возгорания, по причине подключения к ней дополнительных источников, например самодельных «козлов», электроплит, средств освещения. Учитывая тот факт, что в бывшем здании курзала «Казино», где разместился дом отдыха для старших офицеров 11-й армии вермахта, из-за холодной крымской зимы 1941 года, вероятно, были включены многочисленные импровизированные обогреватели, то с течением времени (скорее всего, ночью) произошло короткое замыкание, возгорание и пожар. Однако этому возможному факту совершенно противоречит то, что дом отдыха для офицеров вермахта, размещенный в ноябре 1941 года в здании курзала «Казино», был типовым военным объектом, обеспеченным штатным взводом охраны; штатными противопожарными средствами; комендатурой и комендантом, назначенным штабом 11-й армии, и надежной пропускной системой; персоналом из местных жителей, проверенных отделом гестапо в Ялте и находящихся под особым наблюдением.

Дом отдыха во время военных действий такой же объект, как и склад боеприпасов или ГСМ, госпиталь, штаб, парк техники и т. д. По этой причине часовой, стоящий на посту, увидевший возгорание на любом из трех этажей, обязан по уставу объявить тревогу и помогать тушить возникший пожар. Утверждать, что здание курзала «Казино» загорелось в каком-либо месте и горело в течение длительного времени под любопытными взорами солдат и офицеров вермахта, нельзя. Значит, в здании курзала «Казино» был создан искусственно очаг (или очаги) пожара, которые не смогли локализовать офицеры и солдаты вермахта подручными средствами, хотя в 120 метрах от объекта находилось Черное море с неисчерпаемыми запасами воды. Искусственный очаг возгорания могли создать только глубоко законспирированные сотрудники аппарата НКВД Крымской АССР или партизанских отрядов, которые являлись служащими в доме отдыха офицеров 11-й армии вермахта.

Дом отдыха ЦИК «Суук-Су» после пожара в январе 1942 года имел вид здания, вполне подходящего для полной реконструкции, хотя не имел крыши и потолочных перекрытий

4. Поджог в ноябре 1941 года, возможно, могли осуществить законспирированные сотрудники спецслужб СССР по следующей схеме. В здании заранее, до оккупации, мог быть создан тщательно подготовленный и замаскированный тайник из бутылок с жидкостью КС или БГС (в просторечии напалмом), находящийся на чердаке, в месте, где сосредоточено большое количество деревянных конструкций. При начале операции по поджогу легендированный сотрудник НКВД должен был в строго определенном месте (верхний, третий этаж здания, в помещении с большим количеством имущества, например кладовка для грязного постельного белья) и в определенное время (ночью или рано утром) поджечь портативное диверсионное средство (термитную шашку или термитный патрон). Для ускорения поджога и создания максимальных сложностей для его локализации перед зажиганием термитной шашки могли разлить по помещению нефтепродукты и вывести из строя противопожарное оборудование в здании (перерезать пожарные шланги, вывести из строя внутреннюю водопроводную систему, сломать насос и т. д.).

5. Судя по сохранившимся архивным фото 50-х годов, каменный остов курзала «Казино» (дома отдыха ЦИК «Суук-Су» / Дворца пионеров) сильно не пострадал при пожаре, что говорит о хорошем качестве строительных работ в 1903 году. Тем не менее все деревянные конструкции в курзале «Казино» выгорели полностью, и это наводит на мысль, что данное здание никто не собирался тушить или каким-либо образом локализовать пожар. Данный факт может свидетельствовать о том, что поджог и пожар произошел в тот момент, когда войска Отдельной Приморской армии уже покинули Ялту и Гурзуф.

Несмотря на тот факт, что в здании полностью сгорели деревянные конструкции (потолочные и межкомнатные перекрытия, пол, каркас крыши), сам объект остался пригодным для реконструкции и последующих отделочных работ.

6. При отступлении Отдельной Приморской армии в октябре 1941 года в Крыму были оставлены глубоко законспирированные группы 4-го отдела НКГБ Крымской АССР, которые должны были контролировать подрыв штатных радиоуправляемых фугасов типа Ф-10 в Севастополе и Симферополе, а также вести разведработу на оккупационной территории. Например, одну из этих групп возглавлял майор НКГБ Г. Арабаджи (впоследствии ставший предателем) и капитан В. Буря. Вполне возможно, что одна из групп 4-го отдела НКВД Крымской АССР инициировала поджог здания курзала «Казино» по приказу из Москвы.

Заканчивая свое уже затянувшееся повествование о причинах пожара и гибели курзала «Казино», произошедших на территории ВПЛ «Артек» в ноябре 1941 — январе 1942 года, я хочу обратить внимание читателя на совершенно необъяснимый факт. Несмотря на то что ВПЛ «Артек» фактически начал функционировать с августа 1945 года, после обстоятельного ремонта и реконструкции многих зданий, Дворец пионеров бывшего пионерлагеря «Суук-Су» (ранее дом отдыха ЦИК «Суук-Су») до ноября 1952 года стоял в том виде, в котором его увидели воины Красной армии в апреле 1944 года. Странно, не правда ли?

Здание Дворца пионеров в пионерлагере «Лазурный» (МПЛ «Артек»). Часть цоколя и фундамент сохранились от прежнего объекта — курзала «Казино» Н.П. Краснова. Фото наших дней

Между тем с лета 1944 года в Крыму началось массовое восстановление санаторно-курортных объектов. Восстановлением и капитальным строительством здравниц в Крыму занимался Крымстрой, который восстанавливал Симферополь, Керчь, Феодосию, Ялту и Евпаторию.

Несмотря на то что практически все объекты санаторно-курортной отрасли Крыма к весне 1948 года были восстановлены и запущены в эксплуатацию, бывший Дворец пионеров / дом отдыха ЦИК «Суук-Су» не собирались воссоздавать в прежнем виде, а творение Н.П. Краснова на фоне сверкающих новой краской и свежеотремонтированных зданий ВПЛ «Артек» смотрелось живым укором Министерству здравоохранения СССР.

По легенде, толчком к восстановлению здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су» послужил приезд в БПЛ «Артек» в июне 1951 года министра здравоохранения РСФСР М.Д. Ковригиной27, которая, увидев зияющие провалы окон бывшего курзала «Казино», стала расспрашивать руководство лагеря о странных развалинах на фоне всеобщего детского праздника.

Хочу обратить внимание читателя на то, что 17 апреля 1948 года было принято постановление Совета министров за подписью И.В. Сталина «О строительстве Большого Артека», в котором ни слова не говорилось о воссоздании бывшего здания Дворца пионеров лагеря «Суук-Су» (с 22 января 1957 года получил название «Лазурный»), хотя данный объект сохранялся на балансе этой организации и числился там под своим довоенным названием. М.Д. Ковригина после поездки в БПЛ «Артек» встретилась с первым зампредом Совмина СССР Н.А. Булганиным, который дал отмашку на составление сметы, проекта и восстановления бывшего Дворца пионеров в его первоначальном виде и основных функциях.

В ноябре 1951 года в ВПЛ «Артек» приехала комиссия из Государственного комитета Совета министров СССР по делам строительства (был образован 9 мая 1950 года), которая, исследовав остов здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су», пришла к заключению, что «восстановить в прежнем виде данный объект экономически нецелесообразно».

После этого Госкомстроем СССР и его отделом типового проектирования и организации проектно-изыскательских работ было издано распоряжение о проведении конкурса на лучший архитектурный проект нового здания Дворца пионеров в пионерлагере «Суук-Су». В результате конкурса победил проект очень известного архитектора из г. Куйбышева А.Л. Каневского (весь исторический центр города, существующий до сей поры). Строительство нового здания на старом фундаменте уже полностью разрушенного до основания курзала «Казино» Н.П. Краснова началось 22 ноября 1952 года, а отделочные работы велись до 28 декабря 1960 года. Открытие нового Дворца пионеров состоялось 23 апреля 1961 года. Безусловно, копирование в общих чертах проекта Н.П. Краснова и стремление сделать «лучше», чем было, привело к тому, что курзал «Казино» был потерян для потомков безвозвратно, а так называемый новодел лишь выполняет роль Дворца пионеров, лишний раз доказывая абсолютную никчемность и бессмысленность выполненной работы по восстановлению исторического облика столь знаменитого архитектурного памятника эпохи, ставшего в январе 1921 года домом отдыха ВЦИК № 2 имени К. Маркса.

Примечания

1. ЦПА Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Ф. 2. Оп. 1. Ед. хр. 24990.

2. ГА РФ. Фонд «История РСФСР». Том 2. 1996. Фонд Р-551. «Управление Кремлем и домами ВЦИК». 1919—1923 гг. Объем 615 ед. хр. 2 оп.

3. РГАЭ. Ф. 478. Оп. 38. Д. 881. Л. 41.

4. РГАЭ. Ф. 3108. Оп. 1. Д. 320. Л. 6.

5. Там же. Л. 8.

6. РГАЭ. Ф. 3108; Оп. 1. Д. 320. Л. 1. Подлинник.

7. На базе прекратившего свою деятельность Центрального партийного архива Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС был учрежден РЦХИДНИ. В 1999 году РЦХИДНИ был преобразован в Российский государственный архив социально-политической истории — РГАСПИ.

8. Курхауз, кургауз, слово немецкого происхождения — Kursaal.

9. Свое название гостиницы получили от имени первого управляющего В.М. Зубкова, примерно в 1904 году.

10. Пакалн П.П. — с марта 1922 по январь 1924 года старший личной охраны В.И. Ленина.

11. На самом деле в 1928 году данный объект назывался дом отдыха ЦИК СССР имени К. Маркса.

12. Поляновский М.Л. Курорты Гурзуфа // Красный Крым. 1928. 18 июля.

13. 24 ноября 1920 года ответственность за охрану границы РСФСР была передана Особому отделу ВЧК, а 27 сентября 1922 года был сформирован Отдельный пограничный корпус войск ОГПУ.

14. Докладная записка начспецотделения при Президиуме ВЧК А.Я. Беленького председателю ВЧК Ф.Э. Дзержинскому // ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 15. Л. 190—192.

15. Выполнен на базе первого советского грузового автомобиля АМО Ф-15, выпускавшегося серийно московским заводом АМО.

16. Это был XVI съезд ВКП(б), проходивший в Москве с 26 июня по 13 июля 1930 года.

17. Ларина А.М. Незабываемое. М.: Издательство АПН, 1989. 365 с.

18. Гидротерапия — это наружное применение пресной, минеральной и морской воды в виде ванн, душей, обливаний, обтираний, укутываний.

19. Такое название он имел до октября 1932 года.

20. Сергеев-Ценский С.Н. Моя переписка и знакомство с А.М. Горьким. Собр. соч. в 12 т. Т. 4. М.: Правда, 1967.

21. Коммунистический интернационал, Коминтерн, 3-й Интернационал — международная организация, под жестким патронажем ВКП(б) и ОГПУ/НКВД СССР, объединявшая коммунистические партии различных стран в 1919—1943 годах.

22. Дом отдыха ЦИК «Мухалатка».

23. С 1930 по 1936 год Н.С. Семашко работал во ВЦИК, занимая должности члена Президиума, председателя Деткомиссии, ей была поручена борьба с беспризорностью, руководство лечебно-профилактической работой в детских оздоровительных учреждениях.

24. РГАСПИ. Оп.: Центральный Комитет ВЛКСМ (1918—1991). Ф. М-1. Ед. хр. 234203.

25. Слепынин О. Тайна «железной» комнаты, или Кем был спасен Дворец-музей в Алупке // Одна Родина. 2011. 24 августа.

26. Его спас С.Г. Щеколдин.

27. ВПЛ «Артек» подчинялся Главному управлению курортов и санаториев Минздрава СССР, а М.Д. Ковригина была в то время первым замом министра.


 
 
Яндекс.Метрика © 2024 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь