Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Ссылки Статьи
Интересные факты о Крыме:

В Форосском парке растет хорошо нам известное красное дерево. Древесина содержит синильную кислоту, яд, поэтому ствол нельзя трогать руками. Когда красное дерево используют для производства мебели, его предварительно высушивают, чтобы синильная кислота испарилась.

Главная страница » Библиотека » В.Г. Ена, Ал.В. Ена, Ан.В. Ена. «Открыватели земли Крымской» » В преддверии больших исканий: от Масуди до М.Я. Трахимовского

В преддверии больших исканий: от Масуди до М.Я. Трахимовского

С вторжением татаро-монгольских войск (начиная с 1223 г.) и началом расселения татар характер экономического развития Тавриды, особенно его равнинной части и предгорья, заметно изменился. Началась эпоха активного пастбищного овцеводства и коневодства, в долинах — садоводства и овощеводства. С годами резко возросло использование яйлинских плато на Главной Крымской гряде под летние пастбища, что привело к заметному сокращению там лесной площади и разрушению почвенного покрова. Именно с этого времени формировалась до сих пор нерешенная полностью проблема сохранения и возобновления растительных ресурсов яйл, где складывается основной запас естественных водных ресурсов для всего Крыма.

В средние века и позднее географические сведения о Крымском полуострове накапливались главным образом в произведениях арабских географов, а также в записках, составленных европейскими торговцами и послами разных стран, путешествовавшими по Причерноморью.

Арабские географы, используя знания древних ученых, значительно дополнили и расширили их новейшими сведениями, приобретенными в результате усиления торговых связей Ближнего Востока с Причерноморьем. В этот период получили распространение морские и прибрежные карты, основанные на знании компаса и тогдашних лоций. В географическом описании Масуди (середина X века) сказывается еще значительное влияние Птолемея (ок. 90 — ок. 160 гг. н.э.), в свое время обобщившего сведения из ряда периплов и «закрепившего» в своей «Географии» на карте с градусной сеткой всю сумму тогдашних географических знаний о Причерноморье. В труде Масуди, касающемся главным образом арабских стран, Индии и Китая, приводится и краткое описание Понта и Таврического полуострова. Черное море Масуди называет Русским.

Арабский географ Эдризи (ал-Идриси) в своих «Географических развлечениях» (1154 г.) описывает также и страны Черноморского побережья, именуя Крым Хазарией. При всей поверхностности и однообразии повествования в нем имеются некоторые весьма любопытные данные, касающиеся, в частности, точных расстояний между портами южного побережья полуострова:

«От Kapcyнa (Херсонес, в русских летописях — Корсунь. — Авт.) до Джалиты (Ялты. — Авт.) — 30 миль... От Джалиты до города Гурзуби (Гурзуфа. — Авт.), цветущего приморского города, 12 миль, оттуда до Бартанити (Партенита. — Авт.), небольшого, но хорошо населенного города, где строятся суда, 10 миль. Это небольшой оживленный город, в нем есть верфь. От Бартанити до города Лабады (Ламбата, ныне Кипарисное. — Авт.), прекрасного города, 8 миль, от Аабады до Шалусты (Алушты. — Авт.), красивого приморского города, 10 миль. От него до города Султатийа (Солдайи, Судака. — Авт.) близ моря 20 миль...».

Керченский пролив у Эдризи фигурирует как «устье Русской реки».

Сведения Эдризи отличаются относительной точностью и опираются на «Перипл Понта Эвксинского», составленный Аррианом во II в. н.э. и перипл анонимного автора V—VI вв., которые, очевидно, не пересказаны механически, а дополнены новыми наблюдениями моряков и путешественников-торговцев. В то же время географическая карта Эдризи не имеет градусной сетки и в ее очертаниях можно обнаружить множество несоответствий с его же собственными словами.

Отрывочные сведения о Крымском полуострове имеются также у Абульфеды (1331 г.) и последнего из великих арабских географов Ибн-Баттуты (1334 г.). Замечания последнего интересны тем, что они написаны очевидцем. Маршрут путешествия Ибн-Баттуты пролегал из Синопа морем до Боспора (Керчи), оттуда — сухопутным путем по Керченскому полуострову до Кафы (Феодосии) и далее к Волге. Неудивительно поэтому, что он познакомился только с равнинно-степной частью Крыма, о которой пишет следующее:

«Местность эта, в которой мы остановились, принадлежит степи... Степь эта зеленая, цветущая, нет на ней ни дерева, ни горы, ни холма, ни подъема».

В XIII веке на южном побережье полуострова обосновались итальянцы — венецианцы и генуэзцы. При них заметно возросли масштабы рубок горных лесов и добычи камня для строительства приморских крепостей. Татары, как свидетельствует турецкий путешественник Эвлия Челеби, совершая воинственные набеги на соседние земли, захватывали множество пленников-невольников, которых затем скупали генуэзские купцы и распродавали на невольничьих рынках.

Крым в средние века привлекал внимание многих европейских торговцев, дипломатов и путешественников. Их описания полуострова, как правило, были достаточно поверхностными, нередко приводились с чужих слов, но иногда содержали и интересные географические факты. Особо выделяются достоверностью и содержательностью сведения, собранные послом Людовика IX фламандцем Рубруком (между 1215—1220 — около 1270 гг.) в период дипломатического вояжа из Европы в Монголию. В Крыму посол побывал в 1253 г. Покинув Константинополь и переплыв Черное море, он прибыл в Солдайю (Судак), посетил Херсонес, а затем через равнинно-степной Крым отправился в дальнейший путь. В описаниях Рубрука обращают на себя внимание строки о прекрасных лесах Крымских гор, о многочисленных источниках и ручьях на прилегающих равнинах.

Не будет невероятным предположить, что лекарственная флора Таврии в XV в. могла быть предметом изучения выдающегося армянского врачевателя и естествоиспытателя Амирдовлата Амасиаци (ум. 1496), служившего личным лекарем константинопольского султана Мухаммеда II. Во время своего десятилетнего изгнания из Константинополя Амирдовлат много путешествовал по Балканам, Малой и Передней Азии, и было бы логично ожидать, что его маршруты не обошли крупнейшую армянскую диаспору, которая в те времена находилась, как известно, в Крыму. Энциклопедия средневековой фармакогнозии Амирдовлата, остроумно названная им «Ненужное для неучей», по количеству информации далеко превзошла знаменитый «Канон врачебной науки» Авиценны. Среди более чем 1000 упомянутых в ней растений свыше одной трети встречаются также и на Крымском полуострове.

В XV веке благодаря сведениям, накопленным мореплавателями и путешественниками, стало возможным составлять более совершенные географические карты, на которых очертания Черного моря и Крымского полуострова все более и более приближались к истинным. Особенно хороши в этом отношении были карты Г. Бенинказы (портолан Черного моря, 1474), Я. Гастальдо (юго-западная Россия, 1592), Г. Герритса (карта России, 1614), И. Массы (карта России, 1633), Г. Боплана (карта Украины с приклеенной карточкой Таврического полуострова, 1650) и другие.

Географические сведения о Крымском полуострове этого периода, в частности о внутренней его территории, можно найти в описаниях польского ученого Матвея (начало XVI века), литовских послов Мартина Броневского (1578 г.) и Михаила Литвина (1550 г.), итальянца Эмидио д'Асколи, путешествовавших по Крыму. В описании Мартина Броневского, эскизно рисующего тогдашнюю Тавриду, мы впервые находим, например, указание на Крымские горы, как «известковые». Здесь же встречаем еще одну важную деталь: склоны гор в окрестностях Судака в то время были покрыты «сплошными лесами...» — сегодня здесь преобладают шибляковые заросли и сельскохозяйственные угодья.

Эмидио д'Асколи, проживший в Крыму 10 лет (1624—1634 гг.) и посетивший многие местности полуострова, дает более полное, в сравнении со своими предшественниками, описание некоторых сторон природы и жизни населения. Среди зарисовок о богатствах растительного и животного мира выделяются историко-этнографические панорамы Крыма XVII столетия. Для примера приведем фрагмент рассказа о кипящей жизнью Кафе.

«Кафа вместе с крупнейшим предместьем, называемым Топракала, имеет пять миль в окружности... Историки говорят, что Кафа прежде называлась Феодосией, но от нее не осталось и следа, ибо, как в первом городе, так и во втором видны лишь генуэзские гербы и имена. ...Город расположен полумесяцем, на левой оконечности его стоит замок, обращенный к порту... Кафа изобилует мясом, птицей, винами, рыбой, молочными продуктами и плодами, а зимой — углем и дровами. В город через ворота Татарии ежедневно въезжают 500, 600, 900 и до тысячи телег, а под вечер ни на одной из них не остается ничего для продажи. Таким образом, если Татария — ад, то Кафа, несомненно, врата его. Но главный источник богатства Кафы — море, снабжающее ее всеми, какие можно пожелать, божьими щедротами, поэтому Кафа — очень бойкий торговый город, куда съезжаются купцы из Константинополя, Азии и Персии».

Для выкупа пленных Русское государство неоднократно посылало в Крым специальных послов, которые, занимаясь розысками знатных пленников, вынуждены были становиться путешественниками поневоле. Записи московских посланников, так называемые «статейные списки», в числе многих сведений содержат и отдельные географические данные о полуострове. Например, из списка Ивана Судакова (1587—1588 гг.), где запечатлены некоторые климатические особенности того времени, мы узнаем, что зима 1587 г. была в Крыму жестокой, снег лежал тогда пять месяцев (ну прямо по Геродоту!), и, наоборот, зима следующего года оказалась настолько теплой, что соседний с Крымом Днепр в своем нижнем течении замерз только в феврале.

В списке Семена Безобразова (1593 г.) можно найти сведения по топографии Крыма. Аналогичными краткими заметками о природе Крыма пересыпаны «статейные списки» Тарбееева и Басова (они были в Крыму в 1626—1638 гг.), Василия Айтемирова (находился в Крыму в 1692—1695 гг.) и других посланников.

На заре XVIII в. Крым — по дороге в Астрахань и обратно — посетил французский путешественник Обри де ля Мотре, яркая и во многом загадочная историческая фигура. Он оставил отдельные географические, исторические и этнографические наблюдения «о Тартарии».

При Петре I начались работы по изучению морей, омывающих Крым. Первые гидрографические работы на Азовском и Черном морях по указанию Петра I были проведены в конце XVII столетия. Российский царь сам побывал в этих акваториях и в 1699 году даже высаживался на Крымский берег в турецкой тогда еще крепости Керчь. Турецких моряков пригласили посетить в качестве гостей русские суда. Здесь «они изрядно приняты были и ходили повсюду». Любопытство турок оказалось столь велико, что «они смолу на кораблях скребли, чтоб увидеть, из какого леса оные строены». А сам царь Петр I в одежде корабельщика выдавал себя «за квартирмейстера на адмиральской шлюпке». Это происходило в августе 1699 г., а уже в 1704 г. в результате гидрографических работ вышел первый отечественный Атлас Азовского и частично Черного морей и Крыма. Позднее (1783 г.) были осуществлены картографические работы у берегов юго-западного Крыма, морским офицером И. Батуриным проводился промер глубин. Им же были составлены первая карта Севастопольских бухт и лоция прилегающего побережья Гераклейского полуострова.

Во время русско-турецкой войны 1768—1774 гг. в Крыму начались первые фрагментарные топографические и ботанические исследования. В канун знаменитого Шумского (в районе с. Шумы — ныне Верхняя Кутузовка) сражения русских войск с турецким десантом, высадившимся в Алуште и продвигавшимся по склону Главной Крымской гряды в сторону Ангарского перевала (1774 г.), командовавший войсками отдал предписание капитану Буйносову с группой русских воинов «продолжать снимать горную местность на план». Эти полевые работы можно считать началом детальных отечественных исследований по составлению топографических карт в Крыму.

Во время той же войны, будучи армейским лекарем, в Крыму побывал один из современников М.В. Ломоносова, выпускник Киевской академии М.Я. Трахимовский. Свои служебные обязанности он сочетал с научной работой, итогом которой стала книга, посвященная растительному покрову полуострова. Это рекогносцировочное ботаническое описание считалось изданным в Петербурге в 1772 г. под названием «М. Трахимовский. Рассуждения о растениях, в Крымской степи им усмотренных». Однако все наши попытки отыскать в столичных библиотеках эту книгу, к сожалению, не увенчались успехом. Очевидно, этот первый труд о флоре Крыма остался в рукописи и затерялся во время Ленинградской блокады 1941—1944 гг.

Так в преддверии больших исканий, постепенно от факта к факту шло накопление первых знаний о природной ситуации в Крыму. С конца XVIII столетия началась новая эпоха последовательного научного изучения Крымского полуострова, его великолепной природы и богатейших естественных ресурсов.

Земля Крымская все еще ждала своих подлинных «Колумбов»-естествоиспытателей!

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница


 
 
Яндекс.Метрика © 2024 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь