Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Каждый посетитель ялтинского зоопарка «Сказка» может покормить любое животное. Специальные корма продаются при входе. Этот же зоопарк — один из немногих, где животные размножаются благодаря хорошим условиям содержания.

Главная страница » Библиотека » П.А. Моргунов. «Героический Севастополь»

Севастополь готовится к обороне с суши

Начав 22 июня 1941 г. агрессивную войну против Советского Союза, немецко-фашистское руководство ставило своей задачей в короткий срок разгромить Советские Вооруженные Силы и уничтожить Советское государство. Гитлеровские планы предусматривали захват территории СССР до Урала, физическое уничтожение десятков миллионов людей и превращение уцелевшей части населения в бесправных рабов фашистского рейха. 30 марта 1941 г. Гитлер заявил: «Задача Германии в отношении России состоит в том, чтобы разбить вооруженные силы, уничтожить государство». Характеризуя предстоящую войну, он цинично продолжал: «Речь идет о борьбе на уничтожение... Война будет резко отличаться от войны на западе. На востоке жестокость является благом для будущего»1. Речь шла о жизни или гибели Советского государства. И советский народ под руководством Коммунистической партии поднялся на священную войну против фашистских захватчиков, за свободу и независимость своей социалистической Родины.

Согласно стратегическому плану немецко-фашистского командования (план «Барбаросса»), быстрое овладение Крымом должно было обеспечить проведение сухопутными войсками операции по захвату Кавказа, а также лишить советский Черноморский флот и советскую авиацию удобных баз в центре Черного моря и тем самым обеспечить безопасность важного для снабжения германской армии нефтяного района в Румынии. Гитлеровские стратеги рассчитывали захватить Крым с Севастополем в июле — августе 1941 г., после чего развернуть стремительное наступление на Кавказ.

С 23 июня Черноморский флот, в том числе Береговая оборона и ПВО, приступил к отмобилизованию и развертыванию новых частей и подразделений. Корабли ставили минные заграждения на подходах к Главной базе, Береговая оборона разворачивала и устанавливала новые береговые батареи, формировались 7-я, 8-я и 9-я бригады морской пехоты и несколько отдельных батальонов.

В ходе развертывания Береговой обороны флота были сформированы Каркинитский сектор БО, 120-й отдельный артиллерийский дивизион на Перекопе, 116-й отдельный артиллерийский дивизион в Феодосии и несколько отдельных береговых батарей. Нельзя не отметить очень большую работу инженерного отдела флота по установке этих батарей, проводившуюся совместно со штабом Береговой обороны. В Севастополь был переведен из Керчи запасной артиллерийский полк БО, из состава которого формировались группы артиллерийских и пулеметных дотов, вооруженных морскими пушками и пулеметами.

С первых дней войны командование флота приступило к проведению набеговых операций против баз противника, расположенных на побережье Румынии. 23—26 июня авиация Черноморского флота совершила ряд массированных налетов на военно-морские базы и нефтехранилища в Констанце и Сулине, а 26 июня отряд легких сил флота совершил обстрел нефтехранилищ в Констанце. Активные действия развернули подводные лодки2.

Героическое сопротивление Красной Армии сорвало сроки продвижения в глубь страны, намечавшиеся немецко-фашистским командованием. До конца июля советские войска в ожесточенных боях сдерживали наступление немецко-фашистской группы армий «Юг». Однако в начале августа врагу удалось прорвать фронт и устремиться к Днепру.

5 августа началась героическая оборона Одессы, где враг встретил упорное сопротивление соединений Отдельной Приморской армии (командующий — генерал-лейтенант Г.П. Софронов, члены Военного совета — дивизионный комиссар Ф.Н. Воронин и бывший секретарь Измаильского горкома партии бригадный комиссар М.Г. Кузнецов, начальник штаба — генерал-майор Г.Д. Шишенин), поддерживаемых силами и средствами Одесской военно-морской базы и другими силами Черноморского флота. Ставка Верховного Главнокомандования приказала: «Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности»3. 19 августа, когда Одесса ввиду выхода противника на Днепр оказалась отрезанной от войск Южного фронта, решением Ставки4 был создан Одесский оборонительный район (ООР) во главе с командиром Одесской военно-морской базы контр-адмиралом Г.В. Жуковым, членами Военного совета дивизионным комиссаром Ф.Н. Ворониным и бригадным комиссаром И.И. Азаровым (впоследствии в состав Военного совета вошел секретарь Одесского обкома партии А.Д. Колыбанов), начальником штаба генерал-майором Г.Д. Шишениным. Вся ответственность за организацию и руководство обороной Одессы была возложена на командование Черноморского флота.

Главной силой в обороне Одессы была Отдельная Приморская армия, командующий которой генерал-лейтенант Г.П. Софронов стал заместителем командующего ООРа.

Защитники Одессы, воины Приморской армии и моряки-черноморцы, проявили невиданный героизм, сковав более чем на два месяца 18 румынских и 1 немецкую дивизию. Свой долг они выполнили до конца и оставили Одессу только 16 октября по приказу Ставки Верховного Главнокомандования5, когда противнику благодаря превосходству в живой силе и технике удалось форсировать Днепр и начать бои за Крым. Активное участие в обороне Одессы принимал Черноморский флот. Его боевые корабли поддерживали своим артиллерийским огнем сухопутные войска, производили высадку десантов, обеспечивали снабжение всем необходимым, возможное только морским путем. Большую помощь защитникам Одессы оказывали авиация флота и береговая артиллерия.

Вернемся к описанию событий в Главной базе Севастополя и в Крыму после воздушного налета в ночь на 22 июня 1941 г. В первый же день войны командный пункт командующего флотом был перенесен в помещение подземной автоматической телефонной станции, находившееся на Телефонной пристани. Командный пункт Береговой обороны был оборудован в бетонном массиве на южном берегу Северной бухты вблизи Александровского равелина. Он был обеспечен всеми видами связи с секторами, боевыми участками, частями Береговой обороны, со всеми частями и соединениями флота и гарнизона, а также с командованием флота. Телефонная связь имела воздушные, подземные и подводные линии. Другой командный пункт Береговой обороны для управления боем на морском фронте находился в бетонном массиве на побережье юго-западнее Севастополя, в районе казармы береговой батареи № 35.

Много внимания уделялось вопросам устойчивого управления частями и подразделениями, так как от этого в значительной мере зависел успех боевых действий. Командование понимало, что недостаточно четкое управление войсками может свести на нет и доблесть войск, и используемое оружие. Поэтому при создании командных пунктов приходилось очень тщательно их оборудовать и обеспечивать всеми необходимыми средствами, особенно средствами связи — основой всякого управления.

Поскольку обстановка на фронте в первую же неделю войны сложилась неблагоприятно для наших войск, возникла угроза воздушного или морского десанта на территории Крыма. Об этом Военный совет Черноморского флота неоднократно предупреждался из Москвы6.

В конце июня Военный совет флота обязал начальника гарнизона немедленно приступить к оборудованию намеченного ранее главного рубежа обороны. При этом на него возлагалось общее и оперативно-тактическое руководство. Начальник инженерного отдела флота военинженер I ранга В.Г. Парамонов — высококвалифицированный специалист, отлично знавший как долговременную, так и полевую фортификацию, осуществлял специальное руководство по строительству оборонительного рубежа.

Военный совет флота дал также указание продолжать подготовку Береговой обороны и частей гарнизона к обороне Главной базы с суши и к борьбе с возможными десантами противника.

С 3 июля 1941 г. начались работы по строительству фортификационных сооружений на главном рубеже обороны. Инженерный отдел выделил большую группу командиров для руководства работами. В их число входили И.В. Панов, И.А. Лебедь, А.Н. Прокопович, Н.Л. Королев, С.А. Железнов, Е.Л. Хныкин, А. Беляев, Я.К. Балицкий, Н.В. Басов, В.В. Игнатьев, Я.Л. Гуревич, Н.В. Коломин и Микадзе. Работы проводили: строительство № 1 (начальник — военинженер I ранга И.В. Саенко, главный инженер С.И. Кангун), бетонный завод (начальник С.М. Афонин) и мехстройзавод № 54 (начальник Д.Н. Эфрус).

Большую работу по строительству оборонительных сооружений совместно с инженерным отделом флота выполняло инженерное отделение штаба Береговой обороны во главе с майором П.И. Бухаровым, инженерами Панкратовым, Д.М. Шелестом. К строительным работам ежедневно привлекалось около 1500—2000 человек из частей гарнизона и свыше 2000 человек из местного населения7.

В решении вопроса о мобилизации населения на работу самое непосредственное участие принимали Б.А. Борисов и В.П. Ефремов. В масштабе города они сами выделяли людей, а когда дело касалось прилегающих районов, то Борисов с начальником гарнизона выезжали в Бахчисарайский район и Балаклаву, и там этот вопрос решался на бюро райкомов, после чего от деревень и сел выделялись люди на строительство. Большую помощь Б.А. Борисов, В.П. Ефремов и второй секретарь горкома А.А. Сарина оказали также в создании бронепоездов «Орджоникидзе» и «Железняков», которые были вооружены и укомплектованы личным составом и вошли в состав Береговой обороны8.

5 июля 1941 г. по приказу Военного совета флота9 была назначена комиссия под моим председательством по рекогносцировке второго — тылового рубежа обороны. В ее состав вошли: В.Г. Парамонов, Е.И. Жидилов, Н.А. Егоров, П.И. Бухаров, а также командиры секторов и участков обороны. Этот рубеж был намечен по линии: бухта Стрелецкая — хутор Коммуна — выс. 60,5 — Английское кладбище — выс. 77,4 — Английский редут Виктория — г. Суздальская — выс. 67,7 — балка Графская — станция Мекензиевы Горы — выс. 42,7 — выс. 36,1 — устье р. Бельбек10. Акт о выборе рубежа был утвержден Военным советом флота 7 июля 1941 г., и сразу же началось его строительство.

Получив от Военного совета одновременно два крупных боевых задания — строительство оборонительных рубежей и подготовку частей Береговой обороны и гарнизона к сухопутной обороне базы, командование Береговой обороны и гарнизона собрало на совещание ответственных работников: начальника штаба полковника И.Ф. Кабалюка, начальника политотдела полкового комиссара П.И. Силантьева, начальника артиллерии подполковника Б.Э. Файна, помощника но тылу полковника Комарова, начальника оперативного отдела полковника Н.И. Плаксиенко, начальника инженерного отделения майора П.И. Бухарова, командиров секторов и участков. На совещании были поставлены конкретные задачи и разработан план мероприятий. Особое внимание было обращено на качество работ и сроки их выполнении.

В 7 час. утра ежедневно все, кто руководил строительством сухопутных рубежей, выезжали на места работ. Размещение огневых точек производилось мною, Б.Э. Файном и И.Ф. Кабалюком, после чего акты на строительство утверждались комендантом БО. Один экземпляр их передавался в инженерный отдел и только после этого приступали к строительству дотов, дзотов, КП и других капитальных сооружений.

Руководили строительством окопов, заграждений, рвов, проволочных заграждений командиры 178-го инженерного батальона ВО, которым выделялись для производства работ воинские подразделения и группы из местного населения. Общее руководство этими работами по просьбе В.Г. Парамонова было возложено на инженерное отделение Береговой обороны во главе с Н.И. Бухаровым. Инженерный отдел флота занимался главным образом капитальным строительством, которое шло со значительными трудностями ввиду большого объема работ в каменистом грунте. Несмотря на это, все работы велись с большим подъемом и успешно выполнялись. Строительство ходов сообщения и окопов производилось также воинскими частями, занимавшими данные рубежи обороны.

В процессе строительства рубежей обороны возникало немало трудностей, но они решались оперативно командующим флотом, который часто выезжал на строительство рубежей.

Отработкой сухопутной обороны и организацией взаимодействия сил занимались главным образом командование и штаб Береговой обороны. Проводили групповые упражнения, игры, учения по секторам и по всему оборонительному рубежу, отрабатывались документация и связь. Большую помощь при этом оказывали начальник штаба флота контр-адмирал И.Д. Елисеев, начальник оперативного отдела капитан II ранга О.С. Жуковский, начальник связи капитан I ранга Г.Г. Громов и др.

По мере поступления в состав Береговой обороны частей морской пехоты — сначала 7-й бригады, потом 2-го и 3-го полков и затем отдельных батальонов11 — они включались в сектора, где отрабатывали свои задачи по обороне. В подготовку к обороне включались Учебный отряд флота с его школами, которые составили пять батальонов, и силы, выделявшиеся училищами Севастополя и другими частями флота.

В ходе выполнения поставленных задач производилась проверка хода строительства и подготовки к обороне частей гарнизона, до личного состава доводились приказы и директивы Военного совета флота или чаще его указания передавались в соответствующих приказах и директивах начальника гарнизона12. В этих документах ставились конкретные задачи по организации связи, составу сил, устранению недочетов в подготовке частей.

Зенитные батареи ПВО Главной базы получили от штаба ВО боевые задачи с указанием, какие секторы обороны и части они. поддерживают и какие секторы обстрела получают.

Командующим эскадрой контр-адмиралом Л.А. Владимирским и комендантом Береговой обороны генерал-майором П.А. Моргуновым было разработано наставление по использованию артиллерии кораблей для стрельбы по сухопутному противнику, которое в августе было утверждено Военным советом Черноморского флота13.

Учитывая важное военно-политическое и стратегическое значение Крыма, Ставка 14 августа 1941 г. приняла решение сформировать на базе 9-го стрелкового корпуса 51-ю Отдельную армию на правах фронта с оперативным подчинением ей Черноморского флота в вопросах обороны Крыма14.

15 августа нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов дал указание Военному совету Черноморского флота15:

1. Помочь 51-й армии выделением береговой артиллерии на чонгарско-перекопское направление.

2. Продолжать усиление и создание прочной глубокой обороны Главной базы с использованием технических средств флота. Продумать и разработать план использовании всех наличных людских ресурсов.

3. Немедленно начать самые усиленные тренировки и учения по обороне Главной базы.

Для их выполнения командующий флотом приказал мне возглавить группу офицеров и с начальником инженерного отдела В.Г. Парамоновым срочно выехать на Перекопский перешеек для рекогносцировки районов установки батарей и выяснения условий строительства, а но пути заехать к исполняющему обязанности командующего 51-й Отдельной армией генерал-лейтенанту П.И. Батову, доложить ему о мероприятиях флота и договориться с ним о совместной работе с начальниками артиллерии и инженерных войск армии.

Генерал П.И. Батов одобрил мероприятия, проводимые командованием флота, и сообщил, что у них работы развернуты от Чонгара до Перекопа, при этом начальники артиллерии и инженерных войск на днях выедут на Перекоп.

В течение трех дней группа, возглавляемая начальником гарнизона, в сопровождении двух офицеров от артиллерии и инженерных войск армии обследовала район от Чонгарского моста до Перекопа, выбрала места для семи батарей и ознакомилась с ходом строительства рубежей обороны. Мы прошли и проехали вдоль Перекопа, но ответственного руководителя работ не нашли и только повсюду встречались небольшие подразделения, занимавшиеся строительством оборонительных сооружений.

Вернувшись в Севастополь, я доложил Военному совету флота и находившемуся в городе заместителю наркома ВМФ вице-адмиралу Г.И. Левченко о выбранных местах батарей. Они были одобрены. Мы также информировали командование о том, что оборонительные работы идут очень медленно. Военный совет и адмирал Левченко немедленно донесли об этом в Ставку и наркому ВМФ16.

Из Береговой обороны Севастополя в район Перекопа были выделены 31 морское орудие (8 батарей) и бронепоезд «Орджоникидзе». Большая часть личного состава также была взята из Береговой обороны17. Кроме того, Каркинитский сектор был усилен двумя тяжелыми полевыми батареями. Командование флота считало, что оборонять Севастополь надо на Перекопе, и поэтому усиливало артиллерией Каркинитский сектор и чонгарско-перекопские позиции.

Нужно сказать, что во время обороны Крыма личный состав Каркинитского сектора и 120-го отдельного артиллерийского дивизиона Береговой обороны геройски сражался с фашистами и прикрывал отход наших войск. Артиллеристы дрались в окружении до последнего снаряда, а затем, подорвав орудия, отошли в Севастополь, где вошли в состав 177-го артиллерийского дивизиона и других частей. В одном из этих боев погиб командир Каркинитского сектора полковник Е.Т. Просянов. Он находился на батарее, когда во время вражеского обстрела у одного из орудий загорелись заряды. Огонь приближался к погребам, возникла угроза взрыва. Тогда командир сектора бросился тушить огонь, увлекая за собой артиллеристов, но разорвался вражеский снаряд, и полковник Просянов был убит.

После выделения артиллерийских орудий из Главной базы на чонгарско-перекопские рубежи в резерве орудий не осталось, и пришлось для установки в дотах использовать учебные орудия, изъятые из военных училищ и Учебного отряда и приведенные в боевое состояние в артмастерских.

В сентябре было проведено два больших учения, в том числе одно двустороннее на тему «Оборона Главной базы с суши» с привлечением всех сил гарнизона, ПВО и частей авиации. После этого были изданы две директивы, в которых особое внимание обращалось на подготовку штабов и улучшение организации управления в секторах и частях18.

9 сентября 1941 г. штаб флота получил телеграмму заместителя начальника Главного морского штаба о принципиальном одобрении плана сухопутной обороны Севастополя, который был представлен еще в конце августа19. При этом было указано: усилить Северный сектор созданием третьей линии обороны; подготовить бухты западнее Севастополя для приемки судов; усилить первую линию обороны 100—130-мм орудиями20.

В начале сентября по разнарядке штаба флота в состав Береговой обороны прибыло пополнение в составе около 4000 человек. Благодаря этому удалось сформировать еще два батальона для занятия рубежей обороны и доукомплектовать артиллерийские части.

В середине сентября 1941 г. Военный совет флота назначил комиссию для выбора передового рубежа обороны Главной базы21. В состав комиссии вошли П.А. Моргунов (председатель), В.Г. Парамонов, Е.И. Жидилов, Н.А. Егоров, М.Г. Фокин, Н.А. Баранов, Б.К. Соколов, П.И. Бухаров и командиры секторов. В комиссию были включены все наиболее квалифицированные специалисты по инженерному делу.

В результате рекогносцировки было решено наметить передовой рубеж по линии: Камары — Чоргунь — Шули — Черкез-Кермен — Дуванкой — гора Азис-Оба — Аранчи и севернее по возвышенности до уреза моря в 1,5 км севернее устья р. Качи. При этом было учтено, каким путем противник подходил к Севастополю в 1918 г. В литературе точных указаний не было, кроме ссылки на Черкез-Кермен. В дер. Юхары-Королез нашли старика, который рассказал о том, как противник наступал на Севастополь. Через дер. Черкез-Кермен была дорога, которая шла по горе и спускалась в долину Кара-Коба, откуда открывался прямой путь в Инкерманскую долину и далее на Севастополь. Теперь эта дорога заросла и не использовалась, но проехать по ней было можно, хотя и с большими трудностями. Пришлось учесть этот путь и прикрыть его артиллерийскими и пулеметными дотами. Впоследствии оказалось, что эти меры были не напрасны, так как во время наступления на Севастополь противник часть сил направил по этой дороге. Комиссия выбрала четыре опорных пункта на основных направлениях: Чоргуньский, Черкез-Керменский, Дуванкойский и Аранчийский.

20 сентября 1941 г. акт комиссии был утвержден Военным советом флота, и немедленно приступили к строительству22. Были построены артиллерийские и пулеметные доты и дзоты с орудиями от 45 до 130 мм, окопы, землянки, противотанковые препятствия, на подступах были заложены мины, фугасы и т. д.

Большую помощь оказал заместитель командующего Одесским оборонительным районом по инженерным войскам генерал А.Ф. Хренов, который приезжал в Севастополь в сентябре — октябре 1941 г. Вместе с комендантом Береговой обороны и начальником оперативного отдела штаба флота капитаном II ранга О.С. Жуковским он осмотрел основные направления рубежей обороны, одобрил их и дал ряд ценных советов и указаний, которые помогли еще более укрепить оборонительные рубежи. Впоследствии, в ноябре, А.Ф. Хренов, являясь заместителем командующего СОРом по инженерным войскам, много сделал для усиления обороны в инженерном отношении.

Строительство на этом рубеже велось непрерывно до начала боев. Несмотря на то что полностью завершить строительство укреплений на передовом рубеже, особенно в районах между опорными пунктами, не удалось, этот рубеж сыграл очень важную роль в срыве наступления противника, когда он пытался взять Севастополь с ходу.

В ночь на 31 августа 1941 г. 11-я немецкая армия форсировала Днепр в районе Берислава — Каховки, после чего 54-й армейский корпус двинулся в сторону Крыма и в начале сентября подошел к Перекопу23. В середине сентября в командование 11-й немецкой армией вступил генерал-полковник Манштейн вместо погибшего генерал-полковника фон Шоберта.

Выполняя директиву Гитлера, Манштейн 24 сентября 1941 г. начал наступление на Перекоп. Имея превосходство в силах, танках и авиации, противник вклинился в нашу оборону, овладел Перекопом и 25 сентября захватил Армянск. Войска оперативной группы генерал-лейтенанта П.И. Батова (из состава 51-й армии) контратакой вернули Армянск, но удержать его не смогли, и 28 сентября наша 51-я Отдельная армия была вынуждена отойти на недостаточно подготовленные Ишуньские позиции24.

29 сентября 1941 г. приказом командующего Черноморским флотом из состава 7-й бригады морской пехоты были выделены 1-й и 4-й батальоны морской пехоты, переименованные в 1-й и 2-й морские отряды, и переброшены на Ишуньские позиции25. В 7-й бригаде были сформированы новые батальоны.

Военный совет Черноморского флота, оценив обстановку в Крыму, возбудил ходатайство перед Ставкой о переброске Отдельной Приморской армии из Одессы в Севастополь для усиления обороны Крыма. По директиве Ставки наши войска оставили Одессу, и 16 октября 1941 г. Отдельная Приморская армия и личный состав Одесской военно-морской базы были перевезены без потерь на кораблях в Севастополь26. Одесский оборонительный район выполнил поставленную задачу, сковав крупные силы противника и нанеся ему большие потери. Весь личный состав ООРа проявил бесстрашие, героизм и показал пример отличного взаимодействия армии с флотом.

Одновременно с принятием решения об эвакуации Одессы Ставка приказала командующему 51-й армией генерал-полковнику Ф.И. Кузнецову во что бы то ни стало удерживать до прибытия Приморской армии Ишуньские и Чонгарские позиции и Арабатскую Стрелку27. Выполняя приказ, 51-я Отдельная армия до 20 октября удерживала указанные рубежи, героически отражая удары превосходящих сил противника. В выполнении этой задачи большая заслуга принадлежит оперативной группе войск генерала П.И. Батова.

С 17 по 23 октября Отдельная Приморская армия, поступившая в подчинение 51-й Отдельной армии, перебрасывалась в район Ишуньских позиций. Ощущалась острая нехватка автотранспорта и тягачей для артиллерии, вследствие чего ее подход задерживался. В мою задачу не входит описание боев на севере Крыма, укажу лишь, что 18 октября, еще до подхода Приморской армии, противник начал наступление на Ишуньские позиции и вклинился в нашу оборону, но был задержан. 20 октября враг нанес удар в районе Каркинитского залива и 22 октября обошел левый фланг наших войск. Сложилась очень тяжелая обстановка.

22 октября Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение — для объединения действий сухопутных войск и флота создать командование войсками Крыма во главе с вице-адмиралом Г.И. Левченко, которому в вопросах обороны Крыма был оперативно подчинен Черноморский флот. Заместителем командующего войсками Крыма по сухопутным войскам был назначен новый командующий 51-й Отдельной армией генерал-лейтенант П.И. Батов28.

25 октября 1941 г. контр-адмирал Г.В. Жуков был назначен заместителем командующего Черноморским флотом по обороне Главной базы и решением Военного совета Черноморского флота — начальником гарнизона Севастополя.

В соответствии с приказом по войскам Крыма от 23 октября 1941 г. Отдельная Приморская армия на следующий день перешла в наступление с целью восстановления положения, нанося главный удар в районе дер. Воронцовки. 9-й стрелковый корпус 51-й армии, расположенный правее Приморской армии, получил задачу прочно удерживать занятый рубеж и контратаками содействовать ее продвижению. Противник также перешел в наступление, и разгорелись ожесточенные встречные бои, длившиеся весь день. К исходу дня правый фланг Приморской армии под натиском превосходящих сил противника отошел к северной окраине дер. Берды-Булат-немецкий и южной окраине дер. Воронцовки. Левый же фланг Приморской армии продвинулся вперед, выйдя на рубеж в одном километре юго-западнее дер. Воронцовки и южнее дер. Бой-Казак-татарский до Каркинитского залива. Части 9-го стрелкового корпуса удерживали свои позиции29.

25 октября Приморская армия весь день вела тяжелые бои с противником. На следующий день враг, подтянув резервы, снова перешел в наступление при поддержке танков и авиации. После продолжительного, кровопролитного боя 172-я и 95-я стрелковые дивизии начали медленно отходить, 25-я стрелковая дивизия, сдерживая противника, осталась на занимаемом рубеже, загнув свой правый фланг на юго-восток в связи с отходом 95-й стрелковой дивизии.

К середине следующего дня Приморская армия, понесшая значительные потери, была вынуждена начать отход. 9-й стрелковый корпус 51-й армии, чтобы не быть отрезанным, также начал отход. 28—29 октября немецко-фашистские войска силой до пяти дивизий при поддержке 120 танков и господствовавшей в воздухе авиации перешли в наступление по всему фронту.

Таким образом, в конце октября противнику удалось выйти на просторы Крыма.

28 октября по решению командующего войсками Крыма вице-адмирала Г.И. Левченко 7-я бригада морской пехоты была снята с III сектора обороны Севастополя из района Мекензиевых Гор и долины Бельбек и направлена на север для оказания помощи нашим войскам30. Но что могла сделать одна бригада там, где не смогли удержать противника две армии? В результате был ослаблен и без того небольшой гарнизон Севастополя. Хотя бригада дралась отважно, наносила врагу потери, но изменить что-либо в создавшейся обстановке была не в состоянии. Впоследствии она прорвалась к Севастополю.

В связи с большой опасностью дальнейшего базирования кораблей в Главной базе командующий флотом 28 октября вышел на эсминце «Бойкий» на Кавказ для проверки готовности военно-морских баз к приемке кораблей31. За командующего флотом в Севастополе остался контр-адмирал И.Д. Елисеев.

Благодаря трудовому героизму строителей к 1 ноября 1941 г. сухопутный фронт под Севастополем уже имел систему инженерных сооружений в виде трех рубежей обороны32. Хотя рубежи (особенно передовой) не были полностью закончены, но, опираясь на них, защитникам Севастополя удалось отразить наступление немецко-фашистских войск, пытавшихся с ходу захватить Севастополь.

К 1 ноября 1941 г. оборонительная система Севастополя включала33:

1. Тыловой рубеж обороны проходил в 3—6 км от города, его протяженность составляла 19 км, глубина — 300—600 м. Рубеж проходил по линии: Стрелецкая бухта — хутор Коммуна — выс. 60,5 — Английское кладбище — выс. 77,4 — Английский редут Виктория — гора Суздальская — выс. 67,7 — балка Графская — станция Мекензиевы Горы — выс. 42,7 — выс. 36,1 — южнее дер. Любимовки.

На рубеже было построено 28 артиллерийских железобетонных дотов с морскими орудиями калибра от 45 до 100 мм, 71 пулеметный дот и дзот, 91 стрелковый окоп, 5 командных пунктов, 31,5 км противотанкового рва, 40 км проволочных заграждений в два кола, ходы сообщения и землянки в них на 2—3 человека. Оборудование рубежа было закончено к 15 сентября 1941 г.

2. Главный рубеж обороны проходил в 8—12 км от города, его протяженность составляла 35 км, глубина — 300 м. Рубеж проходил по линии: выс. 145,1 — Кадыковка — выс. 74,0 — восточные скаты Сапун-Горы — гора Сахарная Головка — южные и восточные скаты выс. 120,1 — западный скат Камышловского оврага — отметка 71,9 — южные и западные скаты оврага Барак — далее по р. Каче до горы Тюльку-Оба.

На рубеже было построено 25 артиллерийских дотов и дзотов (из них 8 на Балаклавском участке), 57 пулеметных дотов и дзотов, 66 стрелковых окопов, 3 командных пункта, 8 км проволочных заграждений.

Все доты, дзоты, окопы и КП имели ходы сообщения. Оборудование рубежа в основном было закончено в сентябре.

3. Передовой рубеж обороны проходил в 15—17 км от города, его протяженность составляла 46 км. Рубеж проходил по линии: восточный укрепленный форт Балаклавы — Верхний и Нижний Чоргунь — Шули — Черкез Кермен — Дуванкой — гора Азис-Оба — Аранчи — 1,5 км севернее устья р. Качи.

Передовой рубеж состоял из 4 опорных пунктов:

Чоргуньский, расположенный в районе деревень Верхний и Нижний Чоргунь и высоты с Итальянским кладбищем, имел на значение прикрыть подходы по Ялтинскому шоссе, но дороге от дер. Шули и из балок, подходящих к селениям Чоргунь, и не допустить прорыва противника к Балаклаве, в Золотую балку и Инкерманскую долину;

Черкез-Керменский, расположенный в районе деревень Шули, Черкез Кермен и хутора Мекензия, имел назначение не допустить прорыва противника к дер. Шули, в долину Кара Коба и на Мекензиевы Горы;

Дуванкойский, расположенный в районе деревень Дуванкой и Заланкой, имел назначение прикрыть железную и шоссейную дороги из Симферополя на Севастополь, Бельбекскую долину и выход на Мекензиевы Горы;

Аранчийский, расположенный в районе дер. Аранчи, имел назначение прикрыть подходы к Севастополю с северного направления.

На рубеже было построено 29 артиллерийских дотов, 92 пулеметных дота и дзота, 232 стрелковых окопа, 48 землянок, командный пункт, 8 км проволочных заграждений, 1,7 км противотанкового рва, поставлено 9605 противотанковых и противопехотных мин34.

На всех рубежах в лощинах и ущельях были созданы так называемые огневые завесы, состоявшие из бочек с горючей смесью и железных трубопроводов. Всего было установлено 17 таких завес, и там были размещены 14, 15 и 67-я фугасно-огнеметные роты Береговой обороны. Кроме этого, было проделано много работ по строительству окопов, ходов сообщения, укрытий и т. д.

Может возникнуть вопрос, почему комиссия наметила, а командование флота утвердило передовой рубеж на расстоянии лишь 15—17 км от города, хотя это не гарантировало его от артиллерийского обстрела противника, что и произошло, когда враг захватил часть нашего передового рубежа в районе Дуванкоя и Черкез-Кермена и с 9 ноября начал обстрел Севастополя. До войны главный рубеж выбирался с целью обороны от воздушных или морских десантов противника; подход вражеских войск с материка считался маловероятным.

В сентябре 1941 г., когда возникла реальная угроза наступления противника на Крым с севера, было решено вынести передовой рубеж обороны дальше от города. При этом было ясно, что рассчитывать на помощь крупных сил мы не могли, и приходилось создавать передовой рубеж на ограниченное количество войск. Этот рубеж, намеченный даже в 15—17 км от города, имел протяженность 46 км и требовал для своей обороны не менее пяти-шести дивизий, которыми командование не располагало и не знало, на какие силы армии оно могло рассчитывать. Большее удаление передового рубежа настолько увеличило бы фронт обороны, что он вообще мог быть не обеспечен войсками. Кроме того, большее удаление рубежа от города не позволило бы вести огонь из средних калибров береговой и корабельной артиллерии, на поддержку которой только и можно было рассчитывать, так как флот полевой артиллерии почти не имел.

Последующие события показали, что Военный совет флота был прав, утвердив такой передовой рубеж, на котором можно было организовать взаимодействие всех наличных сил Главной базы.

Отдельные части Приморской армии начали прибывать 3—6 ноября, но ее основные силы подошли только 9 ноября. Поэтому вначале пришлось обороняться главным образом силами флота и удалось удержать передовой рубеж до подхода Приморской армии. Если бы передовой рубеж вынесли на пять-семь километров дальше, он оказался бы недостаточно занятым и лишенным поддержки береговой и корабельной артиллерии, а это неминуемо привело бы к прорыву его противником и захвату им Севастополя с ходу. Кстати, артиллерийский обстрел вплоть до июня 1942 г. большого ущерба городу не причинил.

26 октября по решению ЦК ВКП (б) в Севастополе был создан Городской комитет обороны под председательством секретаря горкома партии Б.А. Борисова35. В состав Городского комитета обороны вошли: председатель горсовета В.П. Ефремов, начальник горотдела НКВД К.П. Нефедов и начальник гарнизона контр-адмирал Г.В. Жуков (в начале ноября начальником гарнизона был вновь назначен генерал П.А. Моргунов и введен в состав комитета). Задачами Городского комитета обороны являлись: мобилизация всех сил и средств на помощь фронту, перевод предприятий на работу по обеспечению фронта, руководство МПВО, поддержание порядка в городе и т. п.

После прорыва противником нашего фронта под Ишунью возникла реальная угроза для Севастополя. 29 октября заместитель командующего Черноморским флотом по обороне Главной базы контр-адмирал Г.В. Жуков ввел в Севастополе осадное положение.

В 16 час. 31 октября разведка местного стрелкового полка Береговой обороны Главной базы захватила севернее Севастополя в дер. Бакалез немецкую авторемонтную мастерскую с унтер-офицером и двумя солдатами. Пленные показали, что получили задание следовать прямо в Севастополь, так как их командование считает, что в городе обороняться некому и он уже взят немецкими войсками. Это свидетельствовало о том, что немецко-фашистское командование, имея значительное превосходство в силах и средствах, не сомневалось в быстром захвате Севастополя.

Здесь уместно привести данные о составе немецко-фашистских войск. Командующий 11-й немецкой армией имел в своем распоряжении три армейских корпуса, которым были поставлены следующие задачи36.

54-й армейский корпус в составе 132-й и 50-й пехотных дивизий и моторизованной бригады Циглера должен был частью сил 132-й дивизии наступать на Евпаторию — Саки, а главными силами — на Бахчисарай — Севастополь с целью перерезать дорогу Симферополь — Бахчисарай и с ходу захватить Севастополь.

30-й армейский корпус в составе 22-й и 72-й пехотных дивизий получил задачу быстро захватить Симферополь, продвинуться на Алушту и Ялту с целью отрезать Приморскую армию, не допустив ее отхода на Севастополь, и установить контроль над прибрежной дорогой Алушта — Севастополь.

42-й армейский корпус в составе 73, 46 и 170-й пехотных дивизий должен был преследовать отходящую 51-ю армию в направлении Феодосия — Керчь, не дать ей занять Акмонайский рубеж и воспрепятствовать ее эвакуации через порты Феодосия и Керчь.

Кроме указанных сил в 11-ю армию входил также румынский горнострелковый корпус в составе 1-й горнострелковой и 8-й кавалерийской бригад, которые двигались вслед за немецкими войсками с задачей охраны побережья Крыма. 18 ноября 1941 г. из резерва группы армий «Юг» в Крым прибыла 24-я немецкая пехотная дивизия, а 26 ноября — 4-я румынская горнострелковая бригада. 28 октября войска 11-й немецкой армии, в которых насчитывалось около 150 танков и более 300 самолетов, начали выполнять поставленные задачи.

Войска 51-й и Приморской армий, понесшие большие потери, вынуждены были с боями отходить: 51-я армия — на Феодосию и Керчь, а Приморская — на Симферополь; с последней отходили остатки 172-й стрелковой дивизии, 40-я и 42-я кавалерийские дивизии и два тяжелых артиллерийских полка (51-й и 52-й) из состава 51-й армии.

Командующий Приморской армией генерал-майор Иван Ефимович Петров, не имея связи с командующим войсками Крыма и не получая от него указаний, 31 октября собрал в селении Экибаш (40 км севернее Симферополя) совещание командиров, комиссаров и начальников штабов соединений, начальников родов войск и служб армии для обсуждения вопроса, в каком направлении отходить войскам армии37. Обратившись к собравшимся, И.Е. Петров так охарактеризовал обстановку: путь на Керчь пока свободен, можно за ночь достичь Керченского полуострова и занять там оборону. Однако туда отходит 51-я армия, в то время как в Севастополе войск мало. Прорываться на Севастополь придется с боями. Севастополь — это Главная база Черноморского флота, и удержать ее необходимо ради сохранения господства на Черном море38. Большинство высказалось за отход на Севастополь. По решению Военного совета армии войска начали отходить на юг. Вскоре разведка донесла, что на Бахчисарай движется большая колонна танков, артиллерии и мотопехоты противника.

Командующий приказал отходить на юго-восток. Работники штаба армии направляли части в обход Симферополя и Бахчисарая. Армия, отбиваясь от наседавшего противника, двигалась по трудным горным дорогам на Ялту севернее Ай-Петри.

2 ноября генерал Петров с полевым управлением, опережая войска, выехал через Алушту в Севастополь для организации развертывания подходящей армии в системе обороны города.

22-я и 72-я пехотные дивизии врага, ведя бои со 184-й стрелковой дивизией НКВД, прикрывавшей подходы к Алуште, и с отходящими войсками Приморской армии, не смогли выполнить поставленную им задачу — преградить путь Приморской армии к Севастополю. Войска противника вышли на Ялтинское шоссе тогда, когда Приморская армия уже успела достичь Севастополя.

Войска 51-й армии, отходившие с тяжелыми боями на восток, не смогли задержать противника ни на Акмонайском рубеже, ни на Керченском обводе и были вынуждены 16 ноября эвакуироваться на Таманский полуостров.

После прорыва противником Ишуньских позиций управление обеими армиями из штаба войск Крыма было нарушено, и командование флота в городе не знало, где находятся наши войска. Особенно беспокоила судьба Приморской армии, которая должна была отходить на Севастополь. Это были напряженные дни и часы для руководителей обороны, которые начались с момента прорыва врага в глубь Крыма и продолжались вплоть до того времени, когда наши части и соединения вступили в бой с противником на подступах к Севастополю. В этот период, как и на протяжении всех дней обороны, политико-моральное состояние войск было высоким. Все бойцы горели желанием разбить врага, но в то же время командование знало, что большинство личного состава еще не участвовало в боях, а противник был сильным.

Вынужденные отходить под натиском превосходящих сил противника, наши войска оказывали героическое сопротивление. Так, 15 батарей полевой и береговой артиллерии находились на севере Крыма, где артиллеристы геройски дрались с врагом до последнего выстрела. При отходе вся материальная часть батарей была подорвана и части личного состава удалось прорваться в Севастополь39.

30 октября в 16 час. 35 мин. командир 1-го отдельного артиллерийского дивизиона подполковник К.В. Радовский доложил, что батарея береговой обороны № 54, которой командовал старший лейтенант И.И. Заика, открыла огонь по колонне противника. Как потом стало известно, это была колонна бригады Циглера, прорвавшаяся из района Саки вдоль побережья.

30 октября появился первый боевой приказ40 контр-адмирала Г.В. Жукова с задачами по обороне Севастополя с суши от подходившего 54-го немецкого армейского корпуса. Этим приказом я назначался первым заместителем Г.В. Жукова и должен был развернуть секторы обороны. В приказе не были указаны организация и силы секторов, несмотря на то что на внесении этих данных настаивало командование Береговой обороны. Правда, они имелись в общем наставлении по обороне Главной базы, в дополнительных приказах начальника гарнизона, но отсутствие этих данных в приказе от 30 октября создавало известные трудности в развертывании сил обороны.

Вечером 30 октября состоялся мой доклад контр-адмиралу И.Д. Елисееву (оставшемуся за командующего флотом в Севастополе), в котором было изложено состояние сухопутной обороны, в частности отмечалось незначительное количество сил, имевшихся на суше, и поднимался вопрос об источниках их пополнения.

В докладе было подробно сказано о проделанной работе по усилению сухопутного фронта со стороны Береговой обороны. И.Д. Елисеев сообщил, что формируется дополнительно четыре — пять батальонов морской пехоты и что затребовано вооружение с Кавказа.

Я доложил, что закончены формирование и укомплектование всех артиллерийско-пулеметных дотов и дзотов (всего 74 орудия). Сформировано 7 групп дотов, позже реорганизованных в 4 батальона дотов Береговой обороны Главной базы. Кроме того, было сформировано 8 артиллерийских дзотов (45-мм морские орудия) в Балаклавском участке. Местный стрелковый полк пополнен 3-м батальоном за счет полковой школы и резерва БО. Из школы специалистов запаса Береговой обороны сформирован отдельный батальон (командир батальона — начальник школы полковник И.Ф. Касилов) и направлен в район дер. Мамашай в III секторе. Из химических частей Береговой обороны и школы младших командиров БО и ПВО сформирован батальон (командир — капитан П.С. Кудрявцев) и направлен в I сектор. Из запасного артполка и резерва личного состава БО сформированы два батальона морской пехоты и направлены в I и III секторы (командиры батальонов — майоры В.Д. Людвинчуг и Ведьмедь).

Все эти части позднее были указаны в приказе командующего СОРом от 9 ноября 1941 г.41 Эти данные показывают, с какими трудностями комплектовались силы для сухопутной обороны.

Еще 28 октября Военный совет Черноморского флота принял решение перебросить из Новороссийска в Севастополь 8-ю бригаду морской пехоты (командир — полковник В.Л. Вильшанский, комиссар — бригадный комиссар Л.Н. Ефименко). Бригада прибыла в Севастополь 30—31 октября и была немедленно направлена в III сектор, в район Бельбекской долины на рубеж: западная окраина дер. Дуванкой — гора Азиз-Оба — дер. Аранчи — родник Алтын-Баир до стыка с местным стрелковым полком42.

31 октября в Севастополь прибыл крейсер «Червона Украина» с батальоном морской пехоты Дунайской флотилии (командир — капитан А.Г. Петровский). В тот же день, ввиду того что противник усилил воздушную разведку и были вероятны удары его авиации по кораблям флота, крупные корабли — линкор и крейсеры — в охранении эсминцев вышли из Севастополя в кавказские базы43.

Вечером 31 октября было проведено совещание командиров, комиссаров и начальников политотделов соединений, находившихся в Главной базе. Совещание проводили контр-адмирал И.Д. Елисеев и члены Военного совета флота дивизионные комиссары Н.М. Кулаков и И.И. Азаров; на нем присутствовали контр-адмирал Г.В. Жуков и начальник политуправления флота дивизионный комиссар П.Т. Бондаренко. Контр-адмирал И.Д. Елисеев информировал об обстановке и потребовал стойко оборонять базу, мобилизуя все людские ресурсы и оружие. Во исполнение этих указаний было сформировано четыре батальона морской пехоты в Береговой обороне, батальон из состава подран делений ВВС и авиазенитный батальон из состава ПВО базы Указанные батальоны, сформированные в распорядительном порядке, не нашли отражения в приказах от 30 октября и 1 ноября, а в приказе от 9 ноября показаны как действующие на сухопутном фронте.

1 ноября заместителем командующего Черноморским флотом по обороне Главной базы был издан приказ, в котором определялись задачи частям, прибывшим в Севастополь 30—31 октября и включенным в оборону, и уточнялись задачи подразделениям, уже занимавшим оборонительные рубежи44.

Все командиры частей и соединений, получившие задачи по приказам от 30 октября и 1 ноября, были вызваны на командный пункт, где получили конкретные указания но вопросам взаимодействия с артиллерией.

В приказах не все подразделения были учтены, хотя они уже находились на рубежах. Приходилось в рабочем порядке исправлять эти упущения. Отчасти это было результатом управления из двух командных пунктов: с КП БО и с КП Г.В. Жукова. Но такое положение существовало лишь 30 и 31 октября.

С 1 ноября управление сосредоточилось в одном месте — на КП БО. При этом Военным советом на коменданта Береговой обороны возлагалось непосредственное командование частями, оборонявшими Главную базу, а находившийся теперь на этом КП контр-адмирал Г.В. Жуков осуществлял общее руководство обороной. Таким образом, все указания Г.В. Жукова проходили через командование Береговой обороны.

Несмотря на свою неполноту, приказы от 30 октября и 1 ноября 1941 г. вместе с ранее изданными приказами и дополнительными распоряжениями заложили основы организации обороны Севастополя. В первом томе «Отчета по обороне Севастополя 1941—1942 гг.» говорится45: «В основу организации обороны Севастополя была положена существующая и отработанная система секторов», а позже эта организация была закреплена и усовершенствована приказом по СОРу от 9 ноября 1941 г. Впоследствии Адмирал Флота Советского Союза С.Г. Горшков писал: «Руководить как обороной Одессы, так и обороной Севастополя было поручено командованию флота, что в создавшихся условиях было единственно правильным решением. Именно флот подготовил, организовал о обеспечил оборону Севастополя...»46

Главная база флота была готова отразить натиск врага. Наступил ответственный момент боевой проверки всей нашей напряженной работы с начала войны по подготовке обороны Севастополя.

Примечания

1. «Великая Отечественная война Советского Союза 1941—1945 гг. Краткая история». М., 1970, стр. 27.

2. «Боевой путь Советского Военно-Морского Флота». М., 1974, стр. 326—327.

3. «СССР в Великой Отечественной войне 1941—1945. Краткая история». М., 1970, стр. 58.

4. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 769, лл. 43, 62.

5. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 813, л. 135.

6. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 768, л. 128, д. 813, л. 45 (см. также П.И. Батов. Перекоп — 1941. Симферополь, 1970, стр. 10—15, 28—32).

7. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 7.

8. Б.А. Борисов. Школа жизни. М., 1971, стр. 119.

9. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 33724, л. 4.

10. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 8.

11. 7-я бригада морской пехоты включена в состав БО 15 августа, 2-й и 3-й полки морской пехоты — 23 октября.

12. Отд. ЦВМА, ф. 155, д. 9570, лл. 13—19, 22—29, 30—31, 41—42 (см. Приложение 2).

13. Там же, лл. 76—95.

14. Г.И. Ванеев, С.Л. Ермаш и др. Указ. соч., стр. 24.

15. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 767, л. 163.

16. Там же, д. 748, л. 7.

17. Там же, ф. 10, д. 1950, л. 11.

18. Отд. ЦВМА, ф. 155, д. 9570, лл. 43—46, 50—54 (см. Приложения 3, 4, 5).

19. Там же, ф. 72, д. 808, л. 27.

20. Там же.

21. Там же, ф. 10, д. 1950, лл. 9—10.

22. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 19, лл. 134—135; д. 1950, лл. 159—160.

23. «СССР в Великой Отечественной войне 1941—1945», стр. 75.

24. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 813, лл. 77, 99.

25. Там же, ф. 10, д. 19, л. 153.

26. Там же, ф. 72, д. 813, лл. 135, 172—173; ф. 10, д. 19, л. 154.

27. Там же, ф. 10, д. 19, л. 155; Архип МО СССР, ф. 407, оп. 7852, д. 1, лл. 111—112.

28. «История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945», т. 2. М., 1963, стр. 225.

29. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 819, лл. 80, 90, 141, 186.

30. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 17.

31. Там же, д. 19, лл. 199, 209.

32. ЦВМА, ф. 2095, оп. 017269, ед. хр. 23, л. 4; ф. 10, д. 1950, лл. 7—10.

33. Расстояние до рубежей рассчитано от центра города (собор).

34. ЦВМА, ф. 2095, оп. 017269, ед. хр. 23, л. 4.

35. Б.А. Борисов. Подвиг Севастополя. М., 1957, стр. 73.

36. Э. Манштейн. Утерянные победы. М., 1957, стр. 207—209.

37. Г.И. Ванеев, С.Л. Ермаш и др. Указ. соч., стр. 54.

38. Н.И. Крылов. Огненный бастион. М., 1973, стр. 6.

39. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 11.

40. Отд. ЦВМА, ф. 155, д. 9570, л. 69 (см. Приложение 6).

41. Архив МО СССР, ф. 288, оп. 9900, д. 7, лл. 40—43.

42. Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 18.

43. Отд. ЦВМА, ф. 72, д. 791, л. 63; ф. 10, д. 19, лл. 205—207.

44. Отд. ЦПМА, ф. 10, д. 248, л. За (см. Приложение 7).

45. Архив МО СССР, ф. 288, оп. 9900, д. 7, лл. 40—43; Отд. ЦВМА, ф. 10, д. 1950, л. 25.

46. С.Г. Горшков. Морская мощь государства. М., 1976, стр. 236.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь