Глава 6. Оккупация Крыма и начало партизанской войны

Противник по мере захвата территории полуострова организовывал своё управление территорией. В ноябре 1941 года Крым был разделён на зоны ответственности между немецкими частями. Керченский полуостров являлся зоной ответственности 73-й ПД, а затем 42 АК. Район под Севастополем был разделён между 54-м и 30-м АК. Крымские горы находились в зоне ответственности румынских частей (Горного корпуса). Степной Крым контролировался штабом тылового района 11-й армии. Все они вели борьбу с партизанами в зоне своей ответственности. В связи с тем, что основная масса партизанских отрядов сосредоточилась в горном Крыму, активнее всего боролись с партизанами румынские части: 1-я и 4-я ГСБр румын.

С первых же дней оккупации противник приступил к зачистке местности и уничтожению партизанских баз. Правда, следует признать, что не всегда это были действительно базы партизан. В горном Крыму оставалось достаточно много войсковых частей, о которых в процессе отступления просто «забыли». Захватом партизанской базы немцы назвали и захват склада морских мин под Феодосией. По донесениям немецкой стороны, захвачены 7 тысяч (!) морских мин. Сомнительно, чтобы это было партизанское хозяйство.

Во фронтовой полосе под Севастополем штабом антипартизанских мероприятий стал штаб 50-й пехотной дивизии (отдел 1С), который отвечал за очистку местности от партизан.

Из документов немецкой 50-й ПД: «От жителя деревни Узен-баш поступило сообщение, что бывшего директора школы Сеитяя Сеитджели видели в морской форме с оружием в руках в районе д. Уппа (совр. Родное) 7.11.41 года в 7:00. Он должен был организовать партизанский отряд, действующий в районе д. Шули (совр. Терновка)». Сеитяй Сеитджели был схвачен 18.11.41 года и расстрелян.

Ещё один документ: «Так же командиром партизан является Джелялов из д. Биюк Каралез (совр. Красный Мак). С ним связаны Музаба Умер, Азамат Сулейман, Эмир Курсеит, Абдураман Джемил, а так же Бекир Осман...».¹

Многие жители Крыма, недовольные советской властью, действительно доносили на своих соседей. Из документов 11-й армии: «Мелания Голобородько из Феодосии сообщила, что Адрей Андрейко-Жарко — начальник канцелярии табачной фабрики, 65 лет, коммунист с 1905 года — глава партизан Феодосии. Численность партизан около 700 человек».

«Захвачены партизаны Абдул Ассан и Джели Лефф из Гаспры, которые показали, что в районе Чатырдага находится большой склад оружия и продовольствия. Туда же отогнали 20 тыс. овец. Они сообщили, что с ними был раненый коммунист Юсуф Чонтук, связной с партизанами».

«Меджит Косе, бывший директор кооперативного магазина, враг коммунистов сообщил: Склады продовольствия партизан Гаспры закладывал председатель колхоза Якуб Адаманов и председатель поселкового совета (нечитаемо)».²

Помощников у немцев нашлось достаточно много, вот имена лишь некоторых из них, упомянутых в немецких документах: «Иван Килов — Симферополь, ул. Пушкинская 11, водитель Шакиров — Долгоруковская 25, Иван Шляпников из д. Саблы...». Кстати, татары среди них, действительно, есть, но в процентном отношении их довольно немного. Большинство тех, кто очень быстро переметнулся помогать немцам, относилось к одной (и далеко не этнической) группе населения. В основном это были работники торговли, кооперативных заготовительных контор, чиновники, работники санаториев. Второй большой группой, помогавшей оккупантам, стали «бывшие» — те, кто при царе жил хорошо, но стал плохо жить при советской власти. Среди них немецкие спецслужбы начали вербовать агентуру.

Ноябрь 1941 года характеризуется тем, что в районе крымских гор и южного берега очень активно действовали не только партизаны, но и остатки тех частей, которые не смогли выйти ни в Севастополь, ни в Керчь. При этом, на вооружении групп, совершающих нападения на немецкие тылы и транспорт, находилось не только стрелковое оружие и пулемёты, но даже артиллерия и миномёты.

Из немецкого донесения в штаб 11-й армии: «12.11.41 года при зачистке дороги на Алушту в районе Салы перехвачена группа кавалеристов 68-го полка (48-й кавдивизий), перехвачен один капитан (в форме) из того же подразделения... В 16:30 нападение партизан на румынский грузовик с 1 лейтенантом и несколькими солдатами на дороге в 6 км юго-западнее Отузы (12 км северо-восточнее Судака) 1 убитый, 2 раненых. Грузовик сожжён из ракетницы. Поиски партизан в указанном районе результатов не дали».

«16 ноября колонна из 5 грузовиков на трассе Алушта — Ялта обстреляна партизанами».³

«18.11. партизанами в районе Ауджикой захвачен грузовик 150-го противотанкового дивизиона. В руки партизан попали грузовик и ручной пулемёт, один убитый, один раненый».

Из другого немецкого документа: «22 ноября 1941 года около 16 часов грузовик из 501-го транспортного батальона на дороге Севастополь — Симферополь, в 15 км от Симферополя, недалеко от взорванного моста через Альму был обстрелян 4 выстрелами из пушки и расстрелян из пулемётов. Один обер-фельдфебель и один русский убиты выстрелами в голову, один унтер-офицер трижды ранен».⁴

«22.11.41 г. Между 16:15 и 16:30 на трассе Алушта — Ялта 10 км юго-западнее Алушты партизанской группой неизвестного состава атакованы два грузовика и две повозки. Партизаны обстреляли их из миномёта и пулемётов и забросали гранатами. 2 убитых, 4 раненых. Зачистка, проведённая ротой румынских горных стрелков, успеха не принесла».⁵

«24 ноября на трассе Алушта — Ялта огневой налёт партизан на грузовик полевого лазарета № 610. Оба водителя ранены, укрылись в кювете. Ещё один грузовик подвергся миномётному обстрелу: оба водителя убиты, грузовик уничтожен».⁶

Таких сообщений встречается достаточно много, партизаны и остатки разбитых советских частей действуют относительно свободно и активно атакуют немецкий транспорт, стремясь добыть продукты питания, оружие, боезапас. Из донесения Мокроусова от 27.11.41 г.: «Северский произвёл ряд удачных нападений на транспорт фашистов по дороге Симферополь — Алушта, при этом было уничтожено: 2 легковых автомашины, 5 грузовых автомашин с боеприпасами. Взорвали шоссейную дорогу у оползня, что рядом с деревней Шумы, это нарушило движение транспорта по этой дороге. В связи с этим дорога Бешуй — Алушта также приведена в полную негодность для движения гужевого и автотранспорта. Обе эти дороги находятся под нашим контролем, Бешуй-Копи были оставлены нашими на полном ходу. Мы их привели в полную негодность: уничтожили компрессор, машины и сожгли запасы угля до 4000 тонн».

Но не все отряды выполнили поставленные задачи. Из того же документа: «Трём отрядам из 4-го района численностью 212 человек под командованием генерал-майора АВЕРКИНА, присоединившегося к нам: прервать коммуникации по дороге Симферополь — Бахчисарай. Эта задача АВЕРКИНЫМ ещё полностью не выполнена».

И. Вергасов по этому вопросу в своей докладной от июля 1942 года пишет: «Приказом центрального штаба командир района т. Бортников 18 ноября смещён с занимаемой должности, командиром назначен генерал-майор тов. Аверкин. Интересно отметить, что приказ штаб района не знал, а т. Аверкин район не принимал. Товарищ Аверкин со своей группой 48-й кав. дивизии находился в посёлке Чаир, заявляю прямо, занимался пьянством, обманул руководство партизанским движением, так и не принимая района, вышел в Ялтинский отряд с задачей связаться с 5-м районом, а оттуда двинуться на г. Севастополь (...)».⁷

После нескольких дней боёв (с 9 по 18 ноября 1941 года), чтобы избежать уничтожения, начальник 5-го партизанского района В.В. Красников был вынужден отвести отряд в зону 4-го партизанского района, в урочище «Чайный домик», что в 50 километрах от Севастополя, высоко в горах над селом Коккоз (ныне Соколиное).

На новое место базирования ушло более 200 бойцов, совершенно без продовольствия, только с тем запасом патронов и ручных гранат, который они смогли донести. В условиях крайне суровой зимы уже в начале декабря 1941 года в отряде начался повальный голод, и первыми пострадавшими от него были несовершеннолетние мальчишки: школьники из группы Арбузова.

В ходе боевых столкновений, проведения диверсионно-разведывательных операций молодёжная группа отряда, которой командовал В.Т. Арбузов, понесла невосполнимые потери. Часть ребят погибли во время первых боёв 18 ноября 1941 года, несколько человек были убиты в «Чайном домике», многие умерли от голода на базах Балаклавского отряда в карадагском лесу и после возвращения в «Чайный домик».

В связи с действиями партизан немцы предприняли контрмеры, которые были достаточно жёсткими, но шаблонными.

Из немецких документов: «22.11.41 г. в Ялте расстреляны 17 евреев, связанных с партизанами». «В Симферополе были взяты в заложники 200 человек из числа людей, связанных с партизанами». Сложность была в том, что «партизаны» имели свои семьи, которые проживали на захваченной территории, и даже в том случае, если уходя в партизаны, человек брал с собой семью, это не служило гарантией его безопасности.

Из немецких документов: «24.11.41 г. полевая жандармерия провела акцию в районе Мамут-Султан — Биюк-Янкой. Один из её постов был обстрелян, у подножья гор обнаружен небольшой склад продовольствия и семья одного из лидеров партизан Кузина, входящих в соединение Мокроусова. Один солдат застрелен партизаном. Вскоре поступило донесение, что партизан схвачен, после чего он сообщил, что он будет добровольно сотрудничать, в случае, если ему будет предоставлен статус военнопленного. Далее он сообщил, что между Биюк-Янкой и Суат находится отряд численностью около 600 человек. Разведка намечена на 25.11.41 г.».⁸

В Бахчисарайском районе партизанами занималась айнзац-группа «D». Из её сообщения в штаб 11-й армии (от 19.11.41 г.)⁹: «Разведка донесла, что Бахчисарайский отряд состоит из жителей Бахчисарая и прибывших из Евпатории, а также сотрудники НКВД, бойцы разбитых частей:

— одна группа партизан состоит из 100 человек, прибывших из Евпатории, находится в долине, 12 км юго-восточнее Бия-Сала¹⁰;

— другая группа из 50 человек состоит из жителей Бахчисарая, усиленная бойцами из разбитых частей;

— третья группа состоит из «красных» офицеров и сотрудников НКВД, численность около 80 человек.

2 и 3 группа находятся в другой долине, тоже в 12 км юго-восточнее Бия-Сала. Там же находится склад продовольствия. Были запланированы мероприятия против этих групп при содействии 50-й пехотной дивизии, однако до настоящего времени обещанные части дивизии не поступили в распоряжение штаба. 16-го числа вермахтом (50-я дивизия) были проведены мероприятия по поиску и захвату складов продовольствия. Отряд в составе 40 человек при одном противотанковом орудии попал под обстрел. Несколько человек было ранено и убито. В общей сложности 7 убитых, и 4 человека пропало без вести. Части были усилены противотанковой и пионерной ротами и отправлены на поиск партизан. В Бахчисарае взято 200 заложников.

Установлено следующее: 27.06.41 г. в Бахчисарае был создан Истребительный батальон из жителей Бахчисарая. 31.09.41 г. батальон был полностью сформирован в составе около 200 человек.

31.10.41 г. батальон был отправлен в д. Бия-Сала. Из их числа 70 человек сотрудников НКВД из состава батальона были отправлены в Севастополь. 6 и 8 ноября батальон вёл бои с частями вермахта.

Разведка донесла следующее:

— на горе Сераус (5 км юго-западнее Алушты) находятся две казармы (ранее использовавшиеся лесниками). В землянках и казармах находится склад продовольствия и вооружения. В районе Алушты находится около 1000 партизан;

— в заповеднике на склонах Чатыр-Дага находится ещё 5 партизанских стоянок. Личный состав и командование находятся в бывшем санатории на дороге Алушта — Бешуй;

— партизанские стоянки в районе источника Ай-Иора севернее г. Сераус. Отряды имеют пушку, которая иногда ведёт огонь по Алуште;

— в районе туристического домика в 17 км от Алушты 4.11.41 г. задержана группа партизан из 30 человек, вооружённых японскими винтовками и ручными гранатами под командованием Пономарёва;

— в 9 км южнее Мамут-Султана на турбазе Суат (в 5 км южнее Биюк-Янкоя) находится Мокорусов Алексей Васильевич со своей женой; с ними отряд в 300 человек, продовольствия на несколько месяцев;

— в горах перед Биюк-Онларом 100 партизан в горах;

— партизаны (состав неизвестен) в районе Ай-Петри, склад продовольствия на горе Рока;

— партизанские группы в районе Фриденталь, Розенталь и прилегающих долинах;

— партизаны в лесничестве в районе Коккозы и на горе Орлиный залёт. Состав 250 человек. На горе Карагач, в 12 км от Коккозы, 30 партизан. На горе Адымтюр сильный отряд партизан в 300—400 человек;

— штаб командира отряда находится в урочище Славич недалеко от шахт Бешуя;

— человек 50—100 находятся на горе Бойко;

— склад продовольствия в д. Зуя в 21 км от Симферополя».¹¹

Имена некоторых предателей известны. К примеру, председателя поссовета деревни Чоргунь, «сдал» житель д. Юхары-Каралез (его фамилия указана в документах). После месяца допросов и пыток он сломался и указал, где находится один склад продовольствия.

Были, конечно, и откровенно досадные проколы. Из сообщения старшего ефрейтора санитарной службы 150-й санитарной роты Рудерта: «Я понимаю русский, из разговоров окружающих мне стало понятно, что Азис Темиркая и Мемет Темиркая являются партизанами, руководителями партизанской группы в д. Карло...».¹² Их родственница Анна Темиркая числилась санинструктором батальона Электромеханической школы и погибла при обороне Севастополя.

Многое узнали немцы и от пленных партизан, и от бежавших из отрядов. Из доклада А.В. Мокроусова: «В результате плохого комплектования отрядов в первые дни из отрядов бежало до 40% личного состава, часть из которых перешла на службу к фашистам, и занимают должности старост, работают в полиции и других органах управления, используются в качестве проводников и провокаторов, как, например, зав. райЗО г. Карасубазара Тимофеев, сбежавший из отряда, занимает в настоящее время должность начальника полиции Карасубазара. Он же и повесил пред, горсовета т. Спаи». Стоит обратить внимание на то, что в докладе А.В. Мокроусова за 27.11.41 г. нет ни слова о предательстве татар. Эта легенда родилась чуть позже.

Из допроса пленного партизана, захваченного 17.11.41 г. в районе Алсу: «В партизанском отряде русские и татары воюют вместе, русские преобладают, в основном все члены партии. Состав: самой маленькой единицей является отряд (20—30 человек) 4 отряда составляют гарнизон (100—150 человек). 3—4 гарнизоны сведены в бригаду. Штаб бригады в Алсу, командир бригады Красников, комиссар Павлик... вооружение — винтовки, гранаты, один миномёт, немного пулемётов».¹³

В конце ноября под удар попал 5-й отряд (Красникова). Когда румынские войска 26 ноября 1941 года начали операцию по соединению фронта 54-го и 30-го корпусов, на их пути оказались базы партизан в районе Алсу. Вторая, масштабная противопартизанская операция проводилась с 10 по 17 декабря 1941 года. Многие партизанские отряды потеряли свои склады именно в этот период. Но, несмотря на сложности зимнего периода, бойцы держались.

27.11.41 года. В донесении 73-й ПД указывалось: «В ожесточённейшем противостоянии в каменоломнях Карантина прорвана ещё одна линия баррикад, занимаемая партизанами. Партизаны понесли тяжёлые потери, захвачена последняя линия обороны на пути к центру каменоломен. По сообщению пленных партизан, в штольнях укрывается 50 партизан, 50 гражданских, к которым примкнули 30 солдат. Вооружение — винтовки, автоматы, лёгкие и станковые пулемёты, гранаты».¹⁴

Противник указывает, что при подавлении сопротивления в каменоломнях использовался весь спектр штурмового вооружения и противотанковые пушки.

К концу ноября 1941 года противник установил на всей территории полуострова военное управление. На оккупированной территории имел хождение рубль СССР и немецкая марка, курс был 1:10 (реальный курс в 1941 году был 1:2). Население оккупированных территорий привлекалось к работам в пользу вермахта (на безвозмездной основе). Начата регистрация населения, был введён продовольственный и денежный налог. Денежные средства поступали в штаб 553-го тылового района. Продовольствие распределялось по войсковым частям. Противник силами Штаба тылового района 553 начал принудительную реанимацию предприятий Крыма, с целью получения необходимых ресурсов.

До 1 декабря 1941 года противопартизанские мероприятия велись исключительно силами армейских формирований. В отличие от 17-й и 6-й армий 11-я армия охранных дивизий в своём составе не имела, поэтому привлекались для этого румынские части. Этнические чистки велись исключительно силами айнзацгруппы «D», подразделения армии и абвера к этим мероприятиям не привлекались.

1 декабря 1941 года маршал фон Рундштедт был отстранён от командования группой армий «Юг», и его сменил бывший подчинённый, командующий 6-й армией маршал Вальтер фон Рейхенау, автор печально известного приказа «О поведении войск в восточном пространстве» (печально известный как «приказ Рейхенау»). В приказе говорилось, что в обязанности солдата на востоке входит больше, чем обычные военные задачи. Задачей солдата является искоренение азиатского и еврейского влияния, и он определяется не только как боец за идеи нацизма, но и как мститель «за зверства» по отношению к немецкому народу.

Приказывалось любой ценой и без оглядки на потери среди мирного населения подавлять партизанское движение и на месте уничтожать захваченных партизан. Также запрещалось делиться продовольствием с местным населением. Приказ разрешал рассматривать советскими агентами всех тех, кто отказывался активно сотрудничать с оккупационными войсками.

К этническим чисткам начали привлекаться немецкие и румынские войска, они же были задействованы в насильственном «переселении» крымчан. Декабрь 1941 года назван «чёрным декабрём» для еврейского населения Крыма. В течение ноября—декабря 1941 года полицейскими подразделениями, подчинёнными штабу тылового района 553 (Korück 553) и айнзацгруппы «D» были произведены расстрелы еврейского населения в Керчи и Симферополе. Руководил этническими чистками начальник айнзацгруппы «D» О. Олендорф.

По преступлениям фашистов в Крыму собрано много информации, издано много книг, и этот вопрос рассмотрен достаточно подробно, поэтому остановимся лишь на тех событиях борьбы с партизанами, которые нашли отражение в немецких документах.

По результатам противопартизанских мероприятий в ноябре, по состоянию на 01.12.41 года, были захвачены трофеи: «75 миномётов, 3 станковых пулемёта, 1 ручной пулемёт, 5 автоматов, 736 винтовок, 7 лагерей с продовольствием, 1 склад боезапаса, 56 ящиков миномётных мин, 18 пулемётных лент, 2500 патронов, 23 ящика стрелкового боезапаса, 124 гранаты, 3 грузовика, 4 лошади, 540 лимонок, перевязочный материал, продовольствие. Пленных партизан — 470, убито — 490. Немецкие потери — 45, ранено — 72, пропал — 1. Румынские потери, соответственно: 29, 20, 1».¹⁵

Стоит отметить, что данные, приводимые партизанами, сильно отличаются от немецких данных. Противник очень часто включал в число партизан расстрелянных местных жителей. В то же время, в связи с тем, что учёт личного состава в немецких войсках вёлся достаточно тщательно, можно считать, что данные по потерям немецких войск довольно точны, с одной небольшой оговоркой: сам учёт личного состава в немецкой армии был чуть иным. В число раненых включался только личный состав, убывший для излечения из подразделения. Военнослужащие, находящиеся на излечении в дивизионном лазарете, в потери не включались.

Немецкая администрация достаточно быстро поставила везде своих руководителей, в обязанности которых входил и мониторинг партизанского движения. 29 ноября 1941 года вышел приказ по немецкой 11-й армии по борьбе с партизанами. Приказ являлся дополнением к ранее действовавшему приказу от 17.11.41 года по охране армейских коммуникаций.

Вместо штаба майора Ризена был создан специальный штаб противопартизанской борьбы, который возглавил майор Штефанус из штаба 42-го корпуса. Борьба с партизанами началась традиционно — с объявления о сдаче оружия. Винтовка стоила всего 50 рублей, ручной пулемёт — 100 рублей, станковый — 250 рублей. Партизанский склад стоил 1000 рублей (или 100 рейхсмарок).

С этого момента в документах штаба 11-й армии отдельным пунктом появляется отчёт «Штаба по борьбе с партизанами», или по-другому — «Штаба майора Штефануса».

Это временное соединение имело в своём подчинении:

— три немецких противотанковых дивизиона (батальона) 24-й (из 24-й ПД), 52-й (из 46-й ПД) и 240-й (из 170-й ПД);

— 4-ю румынскую горнострелковую бригаду и, частично, 1-ю горную бригаду (2 батальона);

— 3-й моторизованный полк «рошиори» (румынская кавалерия) из 8-й кавбригады;

— 8-ю кавбригаду (без 3-го мотополка, действовавшего отдельно, вместе с батальонами 1-й горной бригады);

— 46-й штурмовой пионерный батальон, подразделения 46-й ПД (в Керчи);

— силы жандармерии, тайной полевой полиции и т. д.

В докладе об организации борьбы с партизанами, отправленном Манштейном 5 декабря 1941 года главнокомандующему группой армий «Юг», указывалось: «В настоящее время действуют:

а) штаб для борьбы с партизанами (майор Штефанус). Задача: получение разведданных и предложений о дальнейших действиях;

б) румынский горно-стрелковый корпус с 6-й кавбригадой (без мотокавполка) и 4-я горнострелковая бригада;

в) противотанковые дивизионы: 24-й, 52-й и 240-й;

г) в полосе XXX армейского корпуса: румынский кавполк и части 1-й горнострелковой бригады;

д) в районе Керчи: сапёрный батальон и части пехотных полков 46-й дивизии;

е) заставы и команды прикрытия на дорогах и в горах».¹⁶

Чтобы вбить клин между партизанами и населением, немцы пошли на репрессивные меры. Из донесения Мокроусова: «Первые дни немцы грабежей и репрессий в отношении населения не производили, сейчас немцами организованы массовые грабежи среди населения продуктов и одежды. Немцами в г. Алушта произведён расстрел 40 ни в чём не виновных жителей за одного убитого немца. В гор. Симферополе за одного убитого офицера схвачены и расстреляны ни в чём не повинные 16 жителей. На перекрёстках улиц висят повешенные». Казни мотивировались тем, что местное население сотрудничает с партизанами и за это наказывается.

Ужесточение паспортного режима тоже связали с действиями партизан. Постоянно шла идеологическая работа по стравливанию местного населения и партизан. Появились объявления немецкой администрации, обращённые к украинцам и татарам, с призывом указывать расположение припрятанного имущества. Сулились блага тем, кто выдавал расположение партизан. Правда, не всегда эти обещания выполнялись.

В декабре 1941 года немцы продолжали бороться с партизанами только своими силами и силами румынских союзников. Местное население не сильно спешило помогать оккупантам. Румынские части поначалу тоже активности не проявляли, основная нагрузка по борьбе с партизанами легла на немецкие противотанковые дивизионы.

Немецкие противотанковые дивизионы являлись достаточно мобильными отрядами, имевшими на вооружении лёгкие пушки, которые были не сильно востребованы на основном фронте под Севастополем. В связи с этим, их чаще всего и использовали в качестве отрядов береговой обороны и (или) отрядов по борьбе с партизанами.

Часто им приходилось выезжать по нескольку раз в день по сигналам о появлении партизан или советских парашютистов. Часто эти вызовы оказывались ложными. Так, в ноябре 24-й противотанковый дивизион трижды выезжал по сигналам о якобы высаженных советских парашютистах, но не смог найти ни одного из них.

«1 декабря 1941 года в районе Чайного домика произошёл сильный бой с превосходящими силами фашистов, — писал в своих воспоминаниях Михаил Томенко. — Тем не менее, мы отбросили врага с крупными для него потерями. Это была наша первая большая победа. После боя мы ушли в долину Карадага, где базировались балаклавцы».

3-го декабря 1941 года части немецкого 52-го противотанкового дивизиона попытались атаковать партизанские отряды у родника Ай-Иора и на г. Сераус, но неудачно. 4-й горной бригаде румын на следующий день поставлена задача провести атаку базы партизан в районе Биюк-Янкой — Суат (сёла южнее трассы Алушта — Симферополь, район совр. с. Мраморное).¹⁷

По донесению 19-го батальона 4-й горной бригады за 4 декабря, захвачено 9 пленных, 100 винтовок, уничтожено 2 стоянки партизан, но особого успеха операция не имела.

5 декабря была предпринята вылазка в Бешуй силами 2-х румынских горных рот, 1,5 роты 24-го противотанкового дивизиона, 2-го взвода 32-го пехотного полка (24-я ПД), велосипедного эскадрона 24-го разведбата, взвода 501-го батальона ПВО. Но операция прошла без успеха. Зато 6.11.41 г. немцы угнали колхозную отару овец в 1200 голов, назвав её «партизанской». 400 голов забрали немцы, остальное досталось румынам.¹⁸

В районе родника Ай-Йора 52-м противотанковым дивизионом найден и уничтожен склад продовольствия, устроенный в пещере и заваленный камнями. Операция по очистке Демерджи-яйлы от партизан не состоялась из-за сильного ветра и снегопада.

7.12.41 года сообщение от 4-й горной бригады румын: «Выявлены новые лагеря партизан в районе Суат, 10 км южнее Шумхая, и в районе Базар-Баир, 8 км на восток-северо-восток от Шумхай».¹⁹

К сожалению, в декабре 1941 года начались конфликты между партизанами и местным населением. Всё дело в том, что на начальном этапе продовольствие для партизан закупалось или менялось. Советские рубли продолжали хождение на оккупированной территории Крыма наряду с немецкими марками, и утеря денежных средств привела к тому, что партизаны, отказавшись от закупки продовольствия, перешли к его реквизиции. Это, естественно, вызвало недовольство среди местного населения.

Из отчёта И. Вергасова, командира 4-го партизанского района: «Первые два месяца связь с сёлами была хорошая, население партизан поддерживало, особенно русское. Противник провёл большую и хитрую работу среди татар. Первое его мероприятие — это лояльность к татарам, даже заискивание, открытие мечетей, организация мусульманских «безвинных комитетов», в то же время с нашей стороны — отсутствие всякой политической агитации, а зачастую вызывание озлобления к партизанам, которое допускалось в связи с изъятием скота, кое-где без разбора, конфискацией продовольствия, забранного с наших баз, где иногда допускались промахи. Противник все эти обстоятельства хитро использовал». То есть в ноябре—декабре 1941 года отношение местного населения к партизанам было благожелательным.

Из румынского донесения: «В связи с тем, что предыдущая операция успеха не имела, начинается новая операция против сёл Суат, Биюк-Янкой, в которой участвует 3 румынских батальона и 3 горных батареи».

10.12.41 года. «В результате рейда на Бешуйские копи 1-й роты 22-го противотанкового дивизиона уничтожено 9 жилых палаток, 3 винтовки, захвачено 60 овец, шинели, одеяла и небольшое количество продовольствия. На обратном пути рота столкнулась с партизанами».²⁰ В результате боя у немцев 2 тяжелораненых, 2 легкораненых.

«В результате операции против партизан в районе Суат, гора Ангар-Бурун, г. Чатырдаг в рукопашной убито 50 партизан, в том числе 1 комиссар в форме, уничтожено 15 винтовок, 2 ящика миномётных мин, 2 грузовика, 3 тягача, 4 повозки, 3 бочки бензина, телефонный коммутатор».²¹

По уточнённым данным штаба по борьбе с партизанами, бой шёл в двух местах: на укреплённых позициях в районе 3 км юго-восточнее Аспорт и в районе западнее линии горы Ангар-Бурун — горы Чатырдаг. Результат: «...уничтожено село Аспорт, уничтожены 4 лагеря партизан, склад боезапаса со 102 ящиками миномётных мин и стрелковым боезапасом. Ещё один склад (дом) уничтожен выстрелом орудия (сдетонировал). Уничтожена телефонная станция, 2 грузовика, запасы топлива и ГСМ, 15 шин уничтожены самими партизанами. Захвачены: 2 тягача (исправны), 1 разбитый; 3 миномёта, 3 пулемёта, небольшое количество продовольствия, 53 убитых, 1 пленный.

Множество раненых партизаны утащили с собой. Многие убитые без документов, в том числе один комиссар в униформе».²² Из того же источника: «По допросам пленных, Мокроусов вместе с женой, уничтожив телефонную станцию, с помощью которой он связывался с Севастополем, ушли на юг». Противник описывает, что, штурмуя позиции, ему пришлось вести бой с трёхамбразурным дотом из камня. На самом деле, штаб А.В. Мокроусова располагался в старых казармах, построенных в 30-е годы, располагавшихся в нескольких километрах от современного с. Мраморное (бывшее Биюк-Янкой). Подступы к казарме были прикрыты огневыми точками, построенными в октябре 1941 года.

Бой продолжался до 15.12.41 года. Как указывают немцы: «Окончание разгрома отряда у д. Суат, 10 км южнее Шумхая. В результате боя у д. Суат 200 партизан убито (в том числе 2 комиссара). Захвачены 105 винтовок (в том числе 25 японских), 12 землянок, 21 повозка, 60 комплектов сбруи, 1 бочка оливкового масла, 6 бочек бензина, 600 банок консервов, 350 кг мяса, 2 телефонных аппарата. Потери: 1 офицер убит, 2 ранено, 17 человек убито, 25 ранено».²³

Досадной потерей стал захват противником кассы с очень большой суммой денег (противник пишет о полумиллионе рублей СССР), что осложнило и без того бедственное положение партизан. Во многом это событие послужило причиной конфликта между татарами-горцами и партизанами. Если к «экспроприации» раньше прибегали только «армейские» партизанские отряды, то с этого момента все партизанские отряды начинают «добровольно-принудительное» изъятие продовольствия, без денежной компенсации. Советские рубли имели хождение на всей оккупированной территории (в т. ч. и на Украине), но сейчас эти денежные средства перекочевали к немцам и были направлены на оплату оккупационным чиновникам.

Этот же документ указывает: «...в результате опознания убитых было найдено тело русского генерал-майора Аверкина, бывшего командира 48-й кавалерийской дивизии». Достаточно долго считалось, что генерал-майор Аверкин погиб в бою у родника Беш-Текне. Об этом пишет бывший лидер партизанского движения Вергасов в своей книге «Крымские тетради», описывая эти события так: «Вдруг на далёком фланге, куда отошли генерал Аверкин и Мошкарин, вспыхнула ожесточённая стрельба.

— Наши! — сказал Подопригора, не останавливаясь.

Стрельба на фланге была короткой. Отряд выходил в безопасное место.

...Только спустя четыре часа после боя в лагере с разрушенными землянками, со следами ожесточённой схватки появился начальник разведки Степан Становский. Он натыкался на трупы, лежавшие под снегом, кричал:

— Кто есть живой?

Становский обнаружил раненого в шею разрывной пулей часовщика Василия Кулинича. Долго искали следы генерала Аверкина, Мошкарина и тех, кто с ними отходил, кто не дал сомкнуться кольцу окружения, кто, по существу, помог сохранить главные силы отряда. Останки генерала Дмитрия Ивановича Аверкина, Дмитрия Мошкарина, комиссара отряда Белобродского и всех, кто был с ними, обнаружили через многие дни на спуске Бештекнэ. Какая трагедия здесь разыгралась? Свидетелей не осталось. Горы молчали».²⁴

Книга И. Вергасова написано ярко, красиво, её автор являлся участником партизанского движения в Крыму, и всё в этой книге, вроде бы, выглядит правдоподобно, но...

Есть множество деталей, указывающих на то, что в книге присутствует художественный вымысел. Мы на них остановимся чуть позже, а пока разберём один небольшой эпизод.

По данным ОБД «Мемориал», командир 48-й кавдивизии Д.И. Аверкин погиб 10 декабря 1941 года. Место гибели не указано. Вергасов даёт в своей книге дату 12 декабря, район родника Беш-Текне. Основанием для такого утверждения послужило обнаружение разложившихся останков и следов боя ниже родника. Останки были обнаружены спустя месяц после боя. Якобы были найдены документы на имя Аверкина и Мошкарина, но эти документы никто не видел.

По данным противника, тело генерала было опознано 14 декабря, но район указывается совсем другой: урочище Су-Ат.²⁵ В районе Беш-Текне, действительно, был бой, но происходил он 13 декабря, и пленные были взяты совсем из другого отряда.

В бою против партизан в районе Беш-Текне (7 км северо-западнее Ялты) и в районе г. Рона (7 км западнее Ялты), и на высоте 1269 (4 км западнее Гурзуфа), по немецким данным, 27 партизан убито, 5 ранено, 17 пленено, уничтожен склад продовольствия и боезапаса. Как указывали немецкие донесения: «Бой продолжается».

И. Вергасов пишет в своей докладной записке (июль 1942 г.) следующее: «При нападении 13 декабря проявили трусость, не стали руководить боем, трусливо стали отходить, что и окончилось трагедией — весь штаб во главе с Аверкиным погиб (Аверкин, Машкарин, Белобродский, Михайлюк, Василенко, Тамарлы и др.). Боем руководил рядовой боец т. Подопригора; отряд понёс большие потери: убитыми 40 человек, 20 пропали без вести, потерял свои продовольственные базы; противник потерял 42 человека убитыми».²⁶

В отчёте «Штаба по борьбе с партизанами» («штаб Штефануса») содержится протокол опознания и фото, сделанное 15 декабря 1942 г. На фото на носилках, действительно, лежит человек, одетый в генеральскую форму с лампасами, крупные черты лица которого имеют сходство с Д.И. Аверкиным. В связи с этим вопрос о месте гибели и захоронения Д.И. Аверкина остаётся открытым.

12.11.41 г. «На трассе Судак-Салы автомобиль обстрелян партизанами ружейным и пулемётным огнём. 3 убитых 1 тяжело ранен».

В ночь с 12 на 13 декабря противник наметил операцию против партизан в районе г. Чёрная.

13.12.41 г. донесения о ходе операции в районе г. Чёрная не поступало, на следующее утро 14 числа поступило сообщение о том, что в результате операции 50 партизан убито, 9 пленено, уничтожено 18 землянок и хижин. Потери румын: 9 убитых, 5 раненых. Советские источники преподносят абсолютно «зеркальные» данные: около 50 румын убито, потери партизан 10 человек.

Следует признать, что сообщения о потерях, приводимых с обеих сторон, очень сильно различаются. И советская, и немецкая сторона даёт завышенное количество убитых бойцов противника. В связи с тем, что нормальный учёт потерь не вёлся, проверить эти цифры крайне затруднительно.

К примеру, вот что пишет И. Вергасов в своём докладе (июль 1942 г.) «13 декабря был днём большого нападения противника целыми соединениями на партизанские отряды, был выбит Центральный штаб с горы Чёрной. Чувствовалась растерянность, отсутствовало питание. В этот день я собираю всех партизан, находящихся при штабе, показательную группу Центрального штаба, всего 37 человек, выхожу на шоссе Чаир — Бахчисарай, и делаем засаду на 30 метров от дороги. После нападения на партизан с песнями возвращался 486-й мотомехбатальон «СС» в составе 20 автомашин, 8 мотоциклов, 4 танкетки, 420 человек живой силы. Мы им навязали бой, противник растерялся и действительный огонь открыл только через 15 минут (мы успели отойти). Противник понёс серьёзные потери: 42 человека убитыми, 2 автомашины, 1 мотоцикл, мины, 6 ящиков снарядов и т. д. Наших потерь не было. Так называемая показательная группа Центрального штаба проявила трусость, а старший группы, батальонный комиссар Трофименко бежал с поля боя после первого выстрела, за что мною был чуть не расстрелян».²⁷ Что подразумевается под названием «486-й мотомехбатальон «СС»», непонятно — такого подразделения в Крыму не было. Более того, о нападении партизан в этом районе противник вообще не упоминает.

В сообщении за 15.12.41 года: «12:45. Идёт уничтожение складов на г. Чёрная. Расстреляно 5 партизан, в их числе 3 женщины. В ходе дальнейшего боя 50 партизан убито, 9 пленных, 18 хижин и землянок главного лагеря Мокроусова уничтожено. Потери: 9 убитых, 5 раненых». Следующее (окончательное) донесение: «В результате боя у горы Чёрная (в 14 км западнее Алушты) 151 партизан убит, 16 пленных, захвачены 3 автоматических винтовки, 2 станковых пулемёта, 5 винтовок, 2 миномёта».²⁸

15.12.41 г. «Около 13 часов 3 грузовика 240-го противотанкового дивизиона в 2 км от Эльбусалы столкнулись с 20 партизанами. В результате боя 2 убитых, 2 раненых. Уничтожена конная повозка службы снабжения 170-й ПД».²⁹

На следующий день в результате нападения партизан уничтожено 3 грузовика 240-го противотанкового дивизиона. Прочёсывание местности результатов не дало.

17 числа начался зимний штурм Севастополя, в связи с чем интенсивность противопартизанских мероприятий несколько снизилась.

18.12.41 г. по сообщению о выброске шести парашютистов были подняты по тревоге силы 4-й горной бригады румын, при прочёсывании леса в районе Бахчи-Эли найдено 3 парашюта: на двух из них висели по одному мешку взрывчатки, на третьем парашюте был сброшен мешок с сухарями. Вторая группа из пяти парашютистов была выброшена в район Султан-Сарая. При подходе к месту приземления румынские части были обстреляны из пулемёта. В результате короткой борьбы захвачены 2 красноармейца и 4 гражданских.

В районе Эски-Юрт (26 км юго-восточнее Карасубазара) был найден большой склад продовольствия. Кроме того, там было найдено 1000 л бензина, 500 л вина. «Находки» немецких и румынских войск продолжались до середины весны 1942 г., в то время как партизанские отряды отчаянно голодали и нуждались абсолютно во всём. В связи с этим следует признать, что тезис о том, что все партизанские базы были выданы предателями, является вымыслом. Так же следует признать, что в силу объективных и субъективных причин, партизанское движение на начальном этапе было дезорганизовано, и, частично, были утеряны сведения о заложенных складах.

С 20 декабря 1941 года операции по борьбе с партизанами возобновились. Велись они (в связи с уходом немецких противотанковых дивизионов под Севастополь) силами румынских войск:

8-й кавдивизии и 4-й горной бригады.

Следующими операциями стали:

— атака на стоянки партизан в районе Яман-Таш, силами 4-й горной бригады и 8 кавдивизии;

— атака на ур. Айлянма (10 км юго-восточнее Карасу-Базара) — 8-я кавалерийская бригада.

«В результате атаки на г. Базар-Оба убито 14 партизан, в том числе и один дивизионный комиссар. Уничтожен дот с тремя амбразурами, одно орудие 10,7 см, два новых противотанковых орудия с передками, склад с 5 тоннами боезапаса, 6 землянок, 5 грузовиков, 2 автобуса, 3 русских полевых повозки (тачанки? — А.Н.). Под пушками было заложено по два подрывных заряда. Атака на Яман-Таш успеха не имела». На Базар-Оба базировались остатки 184-й советской стрелковой дивизии, перешедшие к партизанским действиям, используя склады дивизии. Косвенно, этот факт подтверждает то, что в отчёте, в перечне захваченной материальной части указано, что противотанковые пушки были английского производства. Такие противотанковые орудия, захваченные в Польше, были только у 320-й и 184-й СД.

Противник полностью разгромил заранее оборудованный штаб партизанского движения и полностью нарушил связь партизанского штаба с Севастополем и Большой землёй. Попытка вести партизанскую борьбу, как обычную полевую операцию, потерпела полную неудачу. Но в лесах оставалось ещё достаточно много партизанских отрядов и отдельных партизанских групп, и они продолжали действовать, изменив тактику. Противник указывает, что в результате рейда на пос. Айлянма расстреляно 2 партизана и 16 жителей деревни. Прочёсывание румынскими войсками горы Кара-Тау и прилегающих к ней территорий 20—23 декабря 1941 года оказалось безрезультатным. В это же время в районе д. Отузы были расстреляны немецкая повозка и грузовик, принадлежавшие 240-му противотанковому дивизиону. Данные о потерях и победах у сторон сильно рознятся. Приведу только один документ:

БОЕВОЕ ДОНЕСЕНИЕ ШТАБА II РАЙОНА КОМАНДУЮЩЕМУ ПАРТИЗАНСКИМ ДВИЖЕНИЕМ КРЫМА А. В. МОКРОУСОВУ, 7 января 1942 года

1. Отряды II района за время пребывания в лесу уничтожили:

а) отряд № 17 к-р т. Чуб 5 ноября 1941 — 123 солдата и офицера, 14 ноября 1941 — 17, 16 ноября 1941 — 16, 11 декабря 1941 — 7, 3 января 1942 — 7 убито и 8 ранено. Всего убито 170 и ранено 8 человек, захвачены одна рация, 1 пулемёт, кольт, 4 ручных пулемёта, 30 винтовок, патроны и другое военное имущество;

б) отряд № 18, к-р Исаев, 18.12 уничтожил 8 солдат;

в) отряд № 15, к-р отряда т. Городовиков, уничтожил 18 декабря 1941 г. 12 солдат карательного отряда, 29 декабря 1941 г. совместно с отрядом № 10 уничтожил 3 грузовых автомашины и 64 солдата и офицера, большинство было офицеров (какой-то штаб, жандармы, гестапо);

г) отряд № 10, к-р отряда т. Рюшмин, 17 ноября 1941 г. убит 1 офицер, 13 декабря 1941 г. убито 4 солдата, 1 офицер. 29 декабря совместно с отрядом № 15 уничтожено три семитонных машины и 64 солдата и офицера;

д) отряды. № 14 и № 21 уничтожили 12 декабря 1941 г. 6 человек; 22 декабря наступал гарнизон румын из дивизии по борьбе с партизанами, в этом бою уничтожено 33 человека, захвачено 33 лошади;

е) отряд № 13, к-р т. Литвиненко, уничтожил 12 человек, подорвал 3 танка с экипажем и в бою 20.1 нанёс противнику потери. Противник, уходя, унёс убитых и раненых;

ж) отряд № 19 за этот период уничтожил 20 человек;

з) отряд № 16 за этот период уничтожил 27—28 декабря 2 солдата и ранил 8 человек. 5 января 1942 г. уничтожил 10 солдат и 5 офицеров, уничтожил 1 грузовую и 1 легковую машины, захватил штабные документы.

Всего за этот период по району уничтожено 336 солдат и около 30 офицеров, 5 грузовых машин, 1 легковая, 3 танка и 4 повозки. За этот же период отрядами района уничтожено пособников врага 15 человек, изъяты винтовки, много гранат и патронов...».³⁰

Штаб 2-го района, в котором действовали, помимо «гражданских», остатки воинских формирований (48-й КД и 184-й СД) установил связь с командованием фронта. Штаб района доносил: «...В период 16—17 декабря 1941 г. в моём районе были выброшены несколько парашютистов с рацией, парашютисты найдены, сейчас устанавливаю связь со штабом Кав. фронта.

Захваченная рация у румын ещё не освоена, как только она будет освоена и приступит к работе, будет направлена к вам. В это донесение не вошли результаты левофланговых отрядов, от которых я ещё не получил донесения. Все ваши указания я получил и принял к исполнению. Нач. II района партизан Крыма Генов. Комиссар района Попов».³¹

Из письма Мокроусова А.В. и Мартынова С.В. Булатову В.С.: «Гестапо создаёт в населённых пунктах вооружённые отряды из кулацкого, уголовного элемента, а также и дезертиров с целью борьбы против партизан. Такие отряды носят название народной милиции. Такие отряды созданы в населённых пунктах Коуш, Корбек, Улу-Узень и др. На сегодняшний день активно проявляет себя Коушский отряд — дважды обстрелял партизанские отряды поблизости своего населённого пункта. Так, например, 1 января 1942 г., захватив разведчиков-партизан в населённых пунктах, расстрелял их. 3 января 1942 г. отряд т. Чу еси попал в расставленную засаду в д. Коуш и в результате перестрелки отряд понёс потери — 7 человек убитыми, 8 человек ранеными, 8 без вести пропавшими. Среди убитых одна девушка-комсомолка т. Кручинина М. Отдано приказание отрядам ликвидировать эту банду в Коуше в ближайшие дни. По имеющимся данным в населённых татарских пунктах находится большое количество дезертиров из частей Красной Армии, как например, из д. Коуш было призвано 130 человек татар, а не вернулись в село только 8 человек. В д. Бещуй было призвано 98 человек, а не вернулось 6 человек, аналогичное положение в других населённых татарских пунктах».³²

Обстановка в Крыму по состоянию на 28 декабря 1941 года

Как указывалось ранее, в декабре 1941 года начались конфликты между партизанами и местным населением из-за реквизиции продовольствия. Но отряды, не принявшие эту практику, отчаянно голодали. Из докладной Сметанина (июль 1942 г.): «В этот исключительно тяжёлый продовольственный момент противник прислал нам предателя Иваненко (бывшего начальника штаба 5-го района), перешедшего к фашистам. В документах гестапо, которые принёс Иваненко, говорилось о том, что оно знает тяжёлое продовольственное положение партизан, что гестапо точно известна дислокация и изнеможённость всех отрядов, а поэтому оно предлагает партизанам сложить оружие и обещает пощаду, в противном случае отряды будут уничтожены. Кроме того, гестапо сообщало, что их представителем является Иваненко, а также назначало место и время встречи для капитуляции. Ответ был простой — Иваненко расстреляли, отряды предупредили о готовящемся нападении, а через два дня мы вели ожесточённые бои с наступающими фашистами — такой был ответ командования и партизан. Всего в отрядах 3-го, 4-го и 5-го районов умерло от голода (истощения) примерно до 400 человек (точных данных дать не могу). Имели место случаи людоедства в отряде т. Макарова — людоеды были расстреляны.

Через 10 дней (22 декабря 1941 г.) фашисты вновь повторили налёт на базы Главного штаба (Чучель и Барла-Кош), ограбили их и пристрелили раненых, спрятанных в одном из ущелий Барла-Коша. После этих двух налётов (прочёсов) противник, видимо, в результате того, что, не добившись больших результатов, изменил тактику и стал действовать значительно меньшими отрядами в 150—200 человек. Мой отряд до 3 января 1942 г. находился на горе Чучуль (высота 1337 метров) почти без продуктов, в снеговых долинах, пока не была установлена личная связь с Главным штабом, отошедшим на Алабач Романовского шоссе».

Немцы прибегли к ряду провокационных действий, инсценирующих нападение партизан на деревни. Стоит заметить, что в дополнение к этому низкая дисциплина некоторых партизанских отрядов резко ухудшила взаимоотношения с местным населением. Этой ситуацией не замедлили воспользоваться немцы, которые разжигали недовольство местного населения по отношению к партизанам.

Дальше, 26.12.41 года, началась высадка в Керчи, и на какое-то время немцам стало не до партизан.

Подводя итоги действий партизан в ноябре—декабре 1941 года, следует отметить, что, несмотря на наличие группировки партизан в три с половиной тысячи человек, их действия были направлены, скорее, на выживание, нежели на активные боевые действия. Причин несколько:

— бойцы, выведенные в лес или перешедшие к партизанским боевым действиям, не имели опыта партизанской войны, выживания в условиях крымского леса. Некоторые из них не имели даже боевого опыта. Подготовка партизанских кадров не производилась. К примеру, отряд, сформированный из партийных работников, укрывавшийся в Аджимушкайских каменоломнях, не совершил ни одной боевой операции;

— партизанские отряды не имели чётко поставленных целей, разведка уязвимых объектов противника не велась. Операции против них не проводились. Централизованное управление отсутствовало, связь партизанских районов со штабом шла через посыльных;

— при закладке вооружения и материально-технических средств не учитывалась партизанская специфика действий. Спецснаряжение отсутствовало;

— против партизан были направлены кадровые румынские горнострелковые части, имеющие опыт ориентировки и боевых действий в горах.

Определённые трудности создала утрата плохо укрытых или неохраняемых продовольственных баз. При этом была допущена грубая ошибка: ряд отрядов, испытывающих недостаток продовольствия, вместо проведения боевых операций по добыче продовольствия у противника, начал экспроприацию продовольствия у местного населения.

Рассматривая национальный вопрос, следует отметить, что, несмотря на наметившийся в определённых районах конфликт между местным населением и партизанами, крымские татары сражались в составе партизанских отрядов вместе с представителями других народов Крыма.

Отдел 1С (разведка) немецкой 50-й пд в своём бюллетене отмечал: «Несмотря на наши усилия, русские и татары в партизанских отрядах сражаются вместе».³³

Примечания

1. NARA T-315 R-2342.

2. NARA T-311 R-364.

3. NARA T-З11 R-364.

4. NARA T-311 R-364.

5. NARA T-311 R-364.

6. NARA T-315 R-2342.

7. Партизанское движение в Крыму — Сборник документов, СОНАТ, Симферополь, 2006 г.

8. NARA T-311 R-364.

9. NARA T-311 R-364 fr. 0634.

10. Т. е. в районе д. Стиля (Лесниково, ныне не сущ.).

11. NARA T-315 R-2342.

12. NARA T-315 R-2342.

13. NARA T-315 R-2342.

14. NARA T-312 R-364 fr. 0545.

15. NARA T-311 R-364 fr. 0400.

16. Германские документы о борьбе с крымскими партизанами в 1941—1942 гг. // Москва — Крым. Альманах. — № 1. — С. 288.

17. NARA T-311 R-364 fr. 0398.

18. NARA T-311 R-364 fr. 0398.

19. NARA T-311 R-364 fr. 0387.

20. NARA T-311 R-364 fr. 0345.

21. NARA T-311 R-364 fr. 400.

22. NARA T-311 R-364 fr. 400.

23. NARA T-311 R-364 fr. 0255.

24. Вергасов И. Избранное. — М.: Советский писатель, 1982.

25. NARA T-311 R-364 fr. 0159.

26. Госархив в АР Крым, ф. П-151, оп. 1, д. 21, л. 83—93. Копия.

27. Госархив в АР Крым, ф. П-151, оп. 1, д. 21, л. 83—93. Копия.

28. NARA T-311 R-364 fr. 0235.

29. NARA T-311 R-364 fr. 0214.

30. Госархив в АР Крым, ф. П-151, оп. 1, д. 402, л. 8—9. Подлинник.

31. Госархив в АР Крым, ф. П-151, оп. 1, д. 402, л. 8—9. Подлинник.

32. Партизанское движение в Крыму — Сборник документов, СОНАТ, Симферополь, 2006 г.

33. NARA T-315 R-2325 fr. 456.