Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Ссылки Статьи
Интересные факты о Крыме:

Аю-Даг — это «неудавшийся вулкан». Магма не смогла пробиться к поверхности и застыла под слоем осадочных пород, образовав купол.

Главная страница » Библиотека » С.А. Пинчук. «Крымская война и одиссея Греческого легиона»

Действия греческих ополченцев на Кавказе в 1853—1854 гг. История одного флага

В экспозиции Национального исторического музея в Афинах находится выцветший от времени шелковый флаг, который идентифицирован как «флаг добровольческой дружины, участвовавшей в Крымской войне» (Σημαία εθελοντικού στρατιωτικού σώματος που συμμετείχε στον Κριμαϊκό πόλεμο). В центре светло-коричневого полотнища расположен темно-синий квадрат с белым крестом, по форме больше напоминающий мальтийский крест. Поверх и внизу его золотыми буквами вышита надпись «ΝΙΚΗ Η ΘΑΝΑΤΟΣ» («Победа или смерть»), лозунг греческих повстанцев в 1821 г. На протяжении последних ста лет этот флаг по ошибке отождествлялся музейщиками с Греческим легионом императора Николая I.

Конечно же, этот флаг, да тем более с такой атрибуцией, не мог не попасть в поле зрения автора настоящей книги. Благодаря содействию греческих коллег, в частности помощи директора Фонда греческих исследований Агафангела Гюрджиева, удалось сделать несколько детальных снимков старого знамени. При внимательном изучении обнаружилось, что между лозунгом греческих повстанцев «Победа или смерть!» остались еле видные буквы типичной дореволюционной русской орфографии с «ятями» и «ерами». В верхней части флага, под словом «ΝΙΚΗ», оказалась вышита надпись на русском языке. В ней различается только последнее слова «Александрополь». Остальная часть надписи не поддаётся прочтению, так как часть шелкового полотна, на котором была вышита надпись, был разрушена. Во время реставрации оно было заменено новым куском, на который была пришита на глаз старая надпись, вследствие чего стало невозможным определить первоначальное значение надписи. В нижней части флага, сверху слова «Η ΘΑΝΑΤΟΣ», наличествует надпись: «Капитаном Нижегородского Полка Александромъ Ковако». Ниже этих слово вышиты дата и место — «24-го 1юля. 1854. с. Курюкъ-Дара».

Уже одна эта надпись заставила серьезно задуматься, так как селение Курюк-Дара находилось в турецкой Армении, близ города Карса. Это небольшое селение получило широкую известность благодаря битве, произошедшей неподалеку от него 24 июля 1854 г., когда отряд русского генерала Бебутова разбил главные силы турецких войск в Закавказье. Греческие волонтеры там никогда не были — они сражались на Дунае и Крымском полуострове.

Мы взялись распутать весь этот клубок, продвигаясь шаг за шагом, и перед нами открылась интересная картина.

В 1853 г. русское командования, учитывая малочисленность регулярных войск в Закавказье, сделало ставку на формирование «милиции» и ополчения из числа местных народов. Была создана и «команда охотников из греков Борчалинскаго участка» — храбрых и отважных всадников. Они еще помнили боевые традиции своих отцов, сражавшихся с турками в предыдущей войне 1828—1829 гг. Напомним, что греческие умельцы-горные мастера и рудознатцы с Понта стали переселяться в эти места еще с конца XVIII в. Так на карте Борчалинского уезда появились села Цинцкаро, Дманиси, Цалки и Марнеули1.

Флаг греческих ополченцев из Грузии

Формированием партизанских дружин из местного населения, в состав которых входили армяне, татары, персы, турки, греки, беглые карапапахи, занимался полковник граф М.Т. Лорис-Меликов2. Судя по тем кратким и отрывочным данным, сообщаемым в мемуарах русскими участниками войны на Кавказе, дружина борчалинских греков была малочисленной — не более 30 отборных всадников. Грекам, как и остальным кавказским ополченцам, или, как их называли, «милиционерам», платилось довольно приличное жалованье, разделенное на несколько категорий, отпускались деньги по справочным ценам на говядину, муку и фураж3.

Одно из первых документальных свидетельств об участии понтийских греков в действиях является рапорт князя Барятинского наместнику Кавказа князю Воронцову от 31 октября 1853 г. В нем он, описывая рекогносцировку русских войск по направлению к турецкой крепости Карс, рассказал, как русские солдаты и греки спасали от резни местных жителей — армян. После относительно спокойной зимы 1853—1854 гг. боевые действия на Кавказе возобновились. Греков из Борчалы причислили в состав Александропольского отряда русских войск. Отметим, что путь в крепость Александрополь — центральный опорный пункт русских войск против анатолийской армии турок — проходил через греческую Цалку.

Особенно отличились греческие ополченцы во время сражения при Кюрюк-Дара (у города Карса) 26 июля 1854 г., где Александропольский отряд под командованием генерала В.О. Бебутова разгромил превосходящие силы Анатолийской армии Мустафы Зариф-паши. На начальном этапе сражения греки находились в составе конвоя князя Бебутова, следуя за основными эшелонами пехоты4. В своем донесении Бебутов отметил, что охотники под командованием полковника Лорис-Меликова, «показали себя доблестным образом и взяли наибольшее число пленных».5 Юнкер Н.П. Поливанов, сражавшийся в тот день в составе Эриванского карабинерного полка, писал, что в решающий момент схватки, чтобы нанести «последний удар», князь Бебутов бросил на правый фланг неприятеля свой резерв, включая личный конвой и охотников полковника Лорис-Меликова, довершивших разгром противника6.

Их судьба и подвиги, быть может, и канули бы в Лету, если бы не один казачий офицер — Иван Диомидович Попко (1819—1893). Это был не просто образованный офицер, а один из первых военных корреспондентов Восточной войны. Под псевдонимами Помандруйко и Есаул Попко активно сотрудничал в русской периодической печати. Он оставил много ярких и даже красочных зарисовок военной повседневности, опубликованных под псевдонимом Есаул в «Военном сборнике» после Крымской войны (Военный сборник. 1860. Т. 11, № 2; Т. 14, № 7). Среди этих зарисовок есть упоминание и о «греческой дружине».

«Греческая дружина, — как отмечал Попко, — составилась из жителей нескольких греческих селений в Грузии, где они основались, говорят, еще при византийских императорах, из каменщиков и мастеров горного дела. В этой дружине всего тридцать всадников, да и те никак между собою не сойдутся; вечно у них крик и спор. Шальвары у них шире, чем в других дружинах, и сверх шальвар надета еще белая юпка. Казаки не могут этому надивиться»7. Однажды Попко стал свидетелем, как греческая дружина проводила досуг после обеда: «После обеда, под скрип зурны, плясали Грузины, Татары и Греки. Последние плясали, сцепившись, человек двадцать, вместе. Мирно двигаясь, они сгибались в кольцо и потом растягивались в цепь, с разными изломами. Они одеты были в свой парадный наряд, который составляют: красная вышитая куртка, белая до колен юбка, вышитые чулки и легкие башмаки на ногах; красная феска на голове, бумажный кушак вокруг поясницы. От пляски сделан переход к борьбе. Два Грека, обнажаясь до пояса, как древние атлеты, сцеплялись несколько раз, припадая к земле, по-кошачьи»8.

Мост на каруцах в Валахии

Танец, описываемый Попко, одинаково напоминает как продолжение танца понтийских греков «Тик» с выходом из танца «Тромахтон», так и танец «Сиртос». А вот наряд борчалинских греков, точнее, часть его — юбка-фустанелла, — вызывает закономерные вопросы. Известно, что коренное греческое население Понта носило другую одежду. Отличительными элементами мужского костюмного комплекса была узкая короткая суконная куртка — елек, узкие обтягивающие голень шаровары с широким шагом — зипка, а в качестве обуви использовались черохи, которые могли носить с ноговицами, или узкие сапоги-чулки; головной убор — башлык. Этот вопрос ещё более становится запутанным, если учесть тот факт, что некоторая часть греков из Борчалинского уезда до сегодняшнего дня сохранила устное предание, согласно которому эти греки знают, что они переселились из Понта, но местом происхождения своих предков указывают Пелопоннес. Необходимо подчеркнуть, что до сегодняшнего дня нет научных доказательств, которые подтверждали бы это устное предание, но описание фустанеллы, которое дается в рассказах Попко, косвенно дает ему почву.

Еще одна тема для размышлений — форма креста, вышитого на флаге. Он напоминает широко известный мальтийский крест. Однако такого типа кресты широко встречаются по всему Черноморскому региону в Крыму, Грузии и Анатолии.

Добавим еще несколько любопытных завершающих штрихов к этой истории. О спасителе флага и о том, как этот флаг очутился в Афинах.

Александр Николаевич Ковако (1830—1900) был греком по происхождению (историю своей семьи, выходцев из Константинополя, он изложил в книге «Тайна в Египте, официально изложенная в Министерство Иностранных дел майором Алесандром Ковако». СПб., 1864). Человек незаурядных дарований, он еще в юности переселился в Россию, где поступил волонтером в гусарский полк. Ковако принимал участие в многочисленных сражениях на Кавказе и дослужился до чина подполковника, а позже, выйдя в отставку, стал известным ученым-электротехником, основателем школы гальванопластики в Санкт-Петербурге и членом I, IV, VI и VII отделов Русского технического общества. Как считают специалисты, именно этот грек изобрел основы современной сварки.

В той битве при Куюк-Даре Ковако, служивший в Нижегородском драгунском полку, был свидетелем, как сражались его соплеменники. Видимо, при расформировании Греческой дружины — это гипотеза — Ковако забрал с собой флаг в Санкт-Петербург, где передал его греческому посольству. Дата передачи неизвестна. Установлено, что в Грецию флаг привёз Александрос Томбазис, который в 1892 г. был переведён в Санкт-Петербург, в греческое посольство секретарем первого класса. В записях Национального археологического музея Греции указано, что 8 мая 1901 г, Александрос Томбазис передал в дар музею флаг, который был атрибутирован как «флаг греческих добровольцев, участвовавших в Крымской войне».

Поздней осенью 1854 г., по окончании активной фазы военных действий, когда войска разошлись по зимним квартирам, большая часть кавказских ополченцев была распущена по домам. Такая же судьба постигла и воинов Греческой дружины9.

Примечания

1. Волкова Н.Г. Этнические процессы в Закавказье в XIX—XX веках. Кавказский этнографический сборник. IV часть. Институт этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР. М.: Наука, 1969. С. 5—7.

2. Костанян Ю.Л. Граф Михаил Тариелович Лорис-Меликов (1824—1888). Филол. факультет СПбГУ, 2005. С. 30.

3. Записки М.Я. Ольшевского. Кавказ с 1841 по 1866 г. // Русская старина. № 7. 1894. С. 74.

4. Богданович М.м Восточная война 1853—1856 гг. Т. II. СПб., 1876. С. 183; Бобровский П.О. История 13-го Лейб-Гренадерского Эриванского Его Величества полка за 250 лет. СПб., 1895. Т. 4. С. 495; Есаул. Походный дневник // Военный сборник. СПб., 1860. С. 183; Хаджи Мурат Ибрагимбейли. Страницы истории боевого содружества русского и кавказских народов. (1853—1856 гг.). Азернешр, 1970. С. 112—115.

5. Копия с донесения г-ну командующему Отдельным Кавказским Корпусом командующего Действующим Корпусомъ на Кавказко-Турецкой границе, от 19-го Августа 1854 года, № 1, 546 // Сборник известий, относящихся до настоящей войны: Книжка десятая. СПб., 1854. С. 211.

6. Поливанов Н.П. Сражение при Курюк-Дара. (Из воспоминаний) // Русский архив. СПб., 1904. Кн. 3, № 10. С. 287.

7. Есаул. Походный дневник // Военный сборник. СПб., 1860. С. 157—158.

8. Из дневника генерала-лейтенанта И.Д. Попко // Русский архив. СПб., 1909. Кн. 3, № 11. С. 327.

9. Походный дневник (1854—1855 годов) // Военный сборник. СПб., 1860. Т. 13, № 6. С. 412, 427.


 
 
Яндекс.Метрика © 2024 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь