Наиболее значимые открытия К.К. Косцюшки-Валюжинича (1888—1907)

Приступая к организации раскопок, глава Археологической комиссии А.А. Бобринский отметил, что необходимо превратить исследование Херсонеса в систематическое и планомерное, а для успешного хода раскопок необходимо сосредоточить исследование Херсонеса в одних руках, что позволит разработать систему и составить план, принять меры к сохранению открытых памятников. Следовало также вывезти землю и камень, оставшийся от раскопок Одесского общества, и привести в порядок все участки, которые были раскопаны в предшествующие годы. «Исследование требуется не поверхностное»¹.

Однако жизнь постоянно вносила коррективы. Сделать изучение городища системным и последовательным, как предполагалось, не всегда удавалось. К.К. Косцюшко-Валюжинич вынужден был производить спешные спасательные работы из-за строительной деятельности Военного ведомства (на территории городища было сооружено несколько военных объектов) и монастыря. Это вызывало критику со стороны некоторых историков. Так, посетивший в 1892 г. Херсонес ученик Н.П. Кондакова, Д.В. Айналов сообщал в Археологическую комиссию: «Раскопки в настоящее время производятся без определенного плана». Далее он называет те участки, которые следовало бы раскопать в первую очередь:

Евгений Георгиевич Суров

«Стены с запада сильно обваливаются, но здесь сохранились прекрасные постройки: ворота с двумя форпостами полукруглой формы. ...В некоторых местах видны водопроводные трубы из красной обожженной глины. Здание церкви, круглой, в восточной части города, и указанные сооружения должны считаться древнейшими в Херсонесе, и здесь в этом пункте нужно назначить раскопки, ввиду того обстоятельства, что этот пункт доступен для туристов. ...Все остальные стены Херсонеса представляют такие особенности, что вряд ли возникли в очень раннюю эпоху. В некоторых из них я вынул из порога и средней стены две греческие надписи, и эти стены сравнительно древние (I—VI вв. н. э.); другие, в цементе, заключают обломки поливной посуды так называемого половецкого, или казарского, периода (XI—XII вв.)». Ученик Н.П. Кондакова полагал, что в первую очередь необходимо исследовать те участки, которые разрушают туристы и море:

«Следует начать раскопки не внутри города, а на берегу, по всему западному берегу, этим сохранятся многие памятники и постройки от постоянных обвалов и разграблений, так как весь этот берег представляет обнаруживающиеся от обвалов помещения и могилы, привлекающие грабителей»².

Речь в данном случае шла о северо-западной части городища, где в 1891 г. были проведены разведочные работы, в ходе которых обнаружены крестообразное в плане сооружение (как было выявлено позднее, пристроенное к базилике), небольшой храм со склепом и усыпальницами. В 1895 г. К.К. Косцюшко-Валюжинич изучал в западном районе городища оборонительные стены. В 1902 г. здесь была открыта базилика, получившая название Западной (или № 13, по плану Археологической комиссии), рядом — два склепа римского времени.

В последующем с внешней стороны западных стен производил раскопки Г.Д. Белов. С исследования северо-западного участка городища началось изучение памятников Херсонеса Крымской экспедицией Уральского университета, организованной в 1958/59 г. Е.Г. Суровым и М.Я. Сюзюмовым. С тем чтобы дать о них некоторое представление, сделаем небольшое отступление от изложения событий XIX в.

Примечания

1. Бобринский А.А. Рапорт в Министерство Императорского двора от 09.08.1887 г. // Арх. ИИМК, ф. ИАК, 1/1887, д. 2, л. 38—39.

2. Айналов Д.В. Письмо в ИАК // Арх. ИИМК, ф. ИАК, 1/1892, д. 10, л. 27—28.