1.1. Этнические процессы на территории Крыма в контексте политической истории Причерноморского региона

Этническая история Крымского полуострова еще не написана. Объясняется это рядом обстоятельств, которые носят как объективный, так и субъективный характер.

Во-первых, после депортации в 1941 и 1944 гг. ряда этнических групп, проживавших на территории Крыма, эта тема стала фактически запретной¹. Любое обращение к ней рассматривалось официальными органами как политически враждебная акция. Кроме того, в ходе и после Великой Отечественной войны был нарушен традиционный образ жизни многих населявших Крым этносов и этнических групп.

Во-вторых, сложность изучения этнических аспектов крымской истории определяется рядом методологических проблем, возникающих при переходе от этнографии (описания быта, обычаев и традиций этнических групп, сбора памятников материальной и духовной культуры) к этнологии, основная задача которой — установить закономерности становления и развития этносов.

Помимо этих проблем, перед учеными, занимающимися этнической историей Крыма, возникают свои специфические трудности, связанные с тем, что Крымский полуостров издревле заселялся представителями различных этносов, носителями разнообразных культурных традиций, религиозных взглядов. При этом одни этнические группы приходили на территорию, которая до них уже была заселена другими, а их предшественники или ассимилировались в новой этнической среде, или вытеснялись за пределы полуострова, но даже в этом случае новые обитатели крымской земли усваивали наследие своих предшественников (топонимы, архитектурные памятники, предметы материальной культуры и т.д.)². Линии исторического развития, таким образом, налагаются одна на другую, что крайне затрудняет рассмотрение исторических событий и процессов, протекавших в Крыму, в единой системе.

Такую возможность, на наш взгляд, предоставляет рассмотрение крымской истории в контексте развития Причерноморского региона.

Принадлежность Крымского полуострова к этому региону (совокупности территорий, тяготеющих к Азово-Черноморскому бассейну) сомнений не вызывает. Крым не просто входит в состав Причерноморского региона, он занимает в нем ключевое геостратегическое положение, находясь в непосредственной близости от его географического центра. Поэтому на протяжении многих веков любое значительное историческое событие, происходящее в Причерноморье, находит отражение в Крыму.

Первый отраженный в исторических источниках виток истории Причерноморья произошел в рамках античной эпохи. В VII—V вв. до н.э. здесь, с одной стороны, образовалась система эллинских колоний, разбросанных вдоль морского побережья, а с другой — в степях Северного Причерноморья сложилось протогосударственное образование скифов. Эллинская миграционная волна, нахлынувшая на Таврику со стороны моря, и скифская — со стороны степи, вытеснили аборигенное население Крымского полуострова — тавров в горные районы полуострова³.

Эллинский мир и Скифия вступают в тесный контакт, в результате которого в Северном Причерноморье возникла оригинальная синтетическая культура, образовались Боспорское и Скифское царства, ядром каждого из которых стали земли Крымского полуострова. Именно в Крыму взаимодействие двух основных элементов, формировавших этнополитическую картину в северной части Причерноморского региона, происходило наиболее интенсивно и плодотворно.

Во II в. до н.э. это взаимодействие перерастает в противоборство эллинского Херсонеса и Скифского царства. Борьба между ними не завершилась окончательной победой какой-либо одной из враждовавших сторон. В конце II — начале I в. до н.э. эллинские и скифское государства Северного Причерноморья включаются в политическую систему, создаваемую царем Понта Митридатом VI Евпатором, которому на короткий срок удалось объединить военными и дипломатическими методами почти все причерноморские территории. Конец непродолжительной «эпохе Митридата» был положен Римской державой, разгромившей Понтийское царство и его союзников, после чего в Причерноморье была установлена римская гегемония.

Под властью Рима наступает период относительной политической стабилизации Причерноморья. В исторических источниках того времени появляется этноним «тавроскифы», что может свидетельствовать о том, что таврское и, по крайней мере, часть осевшего в Крыму скифского населения воспринимаются римлянами как единый этнос⁴. Причерноморский регион в это время становится дальней периферией Римской империи и на некоторое время оказывается в стороне от исторических потрясений.

Сложившееся в период римского господства в Причерноморье шаткое политическое равновесие взрывается Великим переселением народов, в ходе которого было покончено с безраздельным господством Рима в этом регионе. Наследница империи — Византия вынуждена была вести упорную борьбу за опорные пункты на крымском побережье.

Только в VI в. Византийская империя упрочила свое присутствие в Таврике (Херсонес, Боспор, крепости Алустон и Горзувиты). Дальнейшая экспансия в глубь полуострова наталкивалась на противодействие миграционных волн кочевников, захлестывавших Крым с севера. Для защиты своих позиций империя вынуждена была создавать систему стратегической обороны, составными элементами которой стали укрепленные форпосты, возводившиеся в Юго-Западной Таврике⁵. Укоренившиеся на полуострове этнические группы оказываются в эпицентре борьбы империи с «варварами» и вытесняются в горы, т. е. повторяют судьбу античных тавров.

На протяжении VI—XII вв. Византийской империи временами удавалось дополнять непосредственный контроль над малоазийским и балканским побережьем Черного моря сложными дипломатическими комбинациями с «варварскими» политическими образованиями, доминировавшими в Северном Причерноморье (в частности, с Хазарией, печенегами, Русью, половцами), что временами приводило к непродолжительной политической стабилизации в этой части Причерноморского региона (в том числе и в Крыму). Так продолжалось вплоть до XIII в., когда распавшаяся на время (1204—1261 гг.) Византийская империя утратила свои позиции в Крыму.

Начало XIII в. знаменует окончание второго витка политической истории Причерноморского региона. Даже после того, как в 1261 г. империя была восстановлена, она не сумела вернуть себе ни полного контроля за режимом черноморских проливов, ни возможности влиять на ситуацию в Таврике. Именно в это время из разнообразных этнических элементов в Южном и Юго-Западном Крыму, по-видимому, складывается аборигенный крымский этнос, потомки представителей которого, т. н. греки-ромеи, проживают в настоящее время на территории Донецкой области.⁶

В середине — второй половине XIII в. Северное Причерноморье принимает новые волны экспансии со стороны моря и степи. Прибрежные территории начинают осваивать итальянские города-республики: Венеция и Генуя. Последняя преуспела в этом больше, главным образом потому, что прочно обосновалась на Босфоре (в Пере-Галате) и сумела закрепиться на крымском побережье. Одновременно с генуэзцами в Северное Причерноморье вторгаются татаро-монголы, которые включают его в состав своего государства — Золотой Орды. Татаро-монгольские завоеватели со стороны степи, а генуэзские колонизаторы — двигаясь вдоль побережья — оттесняют греков-ромеев в горные районы полуострова. В XII—XV вв. у греков-ромеев возникает собственное государственное образование — княжество Феодоро. В то же время (с XIII в.) начинается наиболее интенсивный период армянской колонизации Крымского полуострова. Уже в XIV в. армяне составляют значительную часть населения Юго-Восточной Таврики⁷.

Взаимодействие татарских политических образований и генуэзских колоний в Северном Причерноморье, выражавшееся то в мирном торговом обмене, то в вооруженных столкновениях, продолжалось со второй половины XIII в. до 1475 г. И вновь его эпицентром становится Крымский полуостров.

Вторжением турок в 1475 г. начинается последний период средневековой истории Крыма. Под их ударами не устояли ни генуэзские колонии, ни княжество Феодоро. Возникшее незадолго до этого Крымское ханство оказывается в вассальной зависимости от Османской империи. На три столетия Черное море превращается в «турецкое озеро».

С конца XV в. до 70-х гг. XVIII в. этнополитическая ситуация на полуострове не претерпела заметных изменений. Начались они после того, как русские войска в ходе войны с Турцией захватили полуостров (1771 г.). Это вызвало эвакуацию из Крыма турок, а в 1778 г. российскими властями было организовано переселение с территории полуострова греков и армян (часть которых вернулась обратно после вхождения Крыма в состав Российской империи). Одновременно начинается заселение Северного Причерноморья, значительная часть которого в период средневековья была безлюдной и составляла так называемое «Дикое поле». В нем приняли участие выходцы из русских и украинских губерний Российской империи, а также переселенцы с греческих островов Архипелага, Болгарии (обе территории входили тогда в состав Османской империи) и немецких земель.

Параллельно с колонизацией (заселением) Северного Причерноморья происходил и отток отсюда крымскотатарского населения. Особенно мощная волна эмиграции крымских татар в Турцию прошла после окончания Крымской войны (1853—1856 гг.). Эмигрировали в основном татары, проживавшие в степной части Таврической губернии (север Крымского полуострова и материковые уезды), что существенно изменило соотношение между двумя основными этническими группами крымских татар — т.н. ногаями (степными татарами) и татами (жителями побережья, гор и предгорий) в пользу последних, а также привело к сужению ареала их расселения (в материковых уездах Таврической губернии татарское население к концу XIX в. почти исчезло)⁸. В конце XIX — начале XX в. ситуация вокруг и внутри Крымского полуострова стабилизировалась, что и позволило ему стать летней резиденцией царской семьи.

Таким образом, на протяжении более чем двух с половиной тысячелетий история Причерноморья развивается циклично. Всякий раз в начале нового цикла сюда приходят миграционные волны со стороны моря и степи, вступающие между собой во взаимодействие. Затем появляется третья сила, стремящаяся объединить под своим контролем все территории Причерноморского региона. Следующая фаза — превращение Причерноморья в имперскую периферию, после чего, в ходе распада очередной империи, под влиянием которой находился регион, расчищается поле для начала нового цикла.

Эти фазы история Причерноморского региона последовательно проходила в V в. до н. э. — V в. н. э., VI — первой половине XIII в., середине XIII — конце XX в. Всякий раз в начале нового цикла оформившийся в предыдущую эпоху из различных этнических элементов аборигенный крымский этнос вытеснялся в труднодоступные районы полуострова новыми пришельцами. Он мог стать затем одним из элементов складывающегося нового этноса-аборигена или навсегда исчезнуть с этнической карты Крыма.

Все это демонстрирует условность и относительность для Крыма, как, впрочем, и для любого другого региона, таких понятий как «пришлое население» и «коренной народ» (О правовом аспекте статуса коренных народов см. на с. 169—171). Различные этносы (или их образующие элементы), история которых связана с Крымским полуостровом, в разные эпохи побывали и в той, и в другой роли.

Примечания

1. См: Айбабин А.И., Герцен А.Г., Храпунов И.Н. Основные проблемы этнической истории Крыма // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. — Симферополь: Таврия, 1993. — Вып. III. — С. 211—212.

2. Подробнее о проблемах реконструкции этнической истории Крыма см.: Никифоров А.Р. Проблемы и перспективы реконструкции этнической истории Крыма // Регион: проблемы и перспективы. — Харьков, 1997. — № 2. — С. 27—29.

3. Щеглов А.Н. Тавры и греческие колонии в Таврике // Демографическая ситуация в Причерноморье в период Великой греческой колонизации. — Тбилиси, 1981. — С. 212—215; Лесков А.М. Об остатках таврской культуры на Керченском полуострове // Советская археология. — 1961. — № 1.

4. Соломонік Е.І. Про значення терміна «тавроскіфи» // Археологічні пам'ятки. УРСР. — 1962. — Т. 11.

5. Сидоренко В.А. Федерата Византии в Юго-Западном Крыму / Автореферат канд. дисс. — СПб., 1994.

6. Якобсон А.Л. Культура и этнос раннесредневековых селищ Таврики // Античная древность и средние века. — Свердловск, 1973. — Вып. 10.

7. Микаэлян В.А. На крымской земле. — Ереван: Айстан, 1974.

8. Маркевич А.И. Переселение крымских татар в Турцию в связи с движением населения в Крыму // Известия АН СССР/ Серия 7. — 1928. — № 4—7.