б) Римский порядок

Понемногу уменьшалась и угроза изнутри полуострова. Римляне шаг за шагом овладели всем Южным берегом, а также крепостями, стоявшими у узловых скрещений крупнейших торговых путей внутреннего Крыма. Их гарнизоны остались и в Неаполе Скифском, и в Альма-Кермене (здесь, на берегу Альмы, стоял прославленный XI Клавдиев легион). Поднялись крепости на горах Кошка, Аю-Даг, Кастель, где они господствовали над местностью. Цепь укреплений протянулась, как было сказано, вдоль берега от Херсонеса до Пантикапея. Городскими центрами отныне становятся Джалита (Ялта), Горзувиты, Алустон. Преобразуются и старые города: идёт перепланировка Херсонеса, укрупняются кварталы, площадь домов увеличивается по сравнению с греческими в 2—3 раза, ширина улиц уже достигает 7,5 м. А в Пантикапее во II в. были устроены мощные террасы, на которых выросли новые жилые кварталы (См.: Цветаева, 1979. С. 66).

Благодаря, прежде всего, римским крепостям к высшей культуре тогдашней Европы, по сути греческого уровня и типа, приобщается весь Южный берег и часть Центрального Крыма. Это были не только новые укрепления. Римляне охотно занимали и совершенствовали отбитые у тавров цитадели. При этом скромные постройки аборигенов, естественно, сменялись просторными казармами, комфортабельными термами и грамами. Почти непременной составной частью гарнизонных построек становится бассейн для плавания — такого рода спортивных сооружений ранее в Крыму не было. Один из бассейнов сохранился до XIX в. (в Ай-Тодоре, неподалеку от мечети этого ныне несуществующего села). Это была «...купальня с дном, которое выстлано цементом. Тут видны ещё стены с штукатуркой» (Сосногорова, 1880. С. 116). И, конечно же, коренной модернизации подвергалась сама фортификационная система, что превращало старые укрепления в первоклассные крепости (Макаров, 2010. С. 66—67). Самой мощной из них был Харакс.

На бурной оконечности мыса Ай-Тодор, там, где испокон века находилось гнездо таврских пиратов, на головокружительную высоту взлетела двойная цепь стен этой римской крепости. Отчасти использовав фундаменты и уцелевшие башни таврской цитадели (Граков, 1971. С. 77), отчасти надстроив их и возведя новые стены, римляне уже в I в. довели площадь Харакса до 6 га. Место это было когда-то избрано таврами не случайно, и римляне по достоинству оценили стратегические характеристики мыса, сумев их усилить. Там, где ныне стоит Ай-Тодорский маяк, они выстроили преторий с наблюдательной и сигнальной башней, откуда открывалась вся цепь южнобережных крепостей в алустонском и херсонесском направлениях. И конечно же, с этой высоты открывался великолепный обзор морского пространства.

Римская военная дорога близ мыса Меганом. Фото автора

Под прикрытием стен поднялись кварталы поселка при гарнизоне, где жили солдатские семьи и ветераны, ремесленники и торговцы. Конечно, они обслуживали только гарнизон, да и сам Харакс не играл никакой роли в системе крымской экономики, будучи исключительно стратегическим и военным центром. Это ограничение не в последнюю очередь было связано с особенностями местности, ибо трудно выбрать более удачное место для торгового или ремесленного города, чем Ай-Тодор — местность, не менее, чем постоянными ветрами, известная своим безводьем. Впрочем, с последней проблемой римляне справились, уже в I в. н. э. проведя в крепость водопровод с Ай-Петри. И пили они не теплую рыжеватую жидкость, как нынешний смотритель маяка, а хрустально-чистую, прохладную в любую жару родниковую воду, ведь шла-то она не по железным, а по керамическим трубам собственного производства...

Да, прекрасная была крепость, как и вся оборонительная система крепостей и застав побережья, связанных друг с другом легендарными римскими военными дорогами¹. И тем не менее даже в пору расцвета своего могущества в Крыму во II в., Рим настолько опасался тавров, этих нищих горцев, что постоянно держал здесь отборные войска. Как утверждают, это были отряды I Италийского, V Македонского, XI Клавдиева легионов, а также I Киликийская, II Лукенсийская, I и II Боспорские, IV Кипрская, I Бракаравгустановская вспомогательные когорты, Боспорская ала и Фракийская пира. И это не считая Равеннской эскадры и Мезийского Флавиева флота, чьи триремы постоянно крейсировали в прибрежных водах (Блаватский, 1954. С. 132—133; Соломоник, 1988. С. 40) или стояли у пантикапейских причалов, готовые в случае тревоги принять на борт римское сухопутное войско или морских пехотинцев (Сапрыкин, Ермолин, 2010. С. 80).

Тем не менее жителям городов не хватало и этих войск по весьма веской причине: регулярные части теперь не могли быть усилены наёмным войском. Ведь ранее население эллинских и боспорских городов нанимало солдат вспомогательных отрядов по соседству. Теперь же соседям и самим нужны были воины: вплотную подступившая римская опасность была весьма нешуточной. Многие потенциальные солдаты самого Крыма служили римским императорам, так что и на ополчение большой надежды не было. Поэтому в городах создаются особые братства (синадельфии или синоды) мужчин — конных рыцарей, копейщиков, закованных в броню лучников. Эхо были сакрально-политические корпорации с военной организацией; по римскому образцу они были разбиты на отряды, подчинявшиеся жёсткой дисциплине. Связывали этих рыцарей и совместные отправления культа, общая забота о погребении павших соратников и об оставшихся после них семьях (Ростовцев, 1918. С. 184—185). Присутствие братств резко отличало город от окружающих селений, придавало ему особый колорит, невиданный ни в других провинциях Рима, ни у соседей-крымчан.

Примечания

1. Эти дороги — один из самых впечатляющих следов римской цивилизации вообще. Римлянами была впервые создана сеть дорог, широко ветвящаяся до самых границ известного тогда мира. И это была настоящая система кровообращения, без которой было невозможно римское владычество над миром. По ним нескончаемыми колоннами маршировали легионы, за ними двигались купцы с товаром, посольские повозки с ваннами и другими атрибутами цивилизации. Via militans (военная дорога) не прокладывалась, а строилась: в широкую траншею укладывались на цементном растворе тяжёлые тёсаные блоки, на них — меньшие по размеру камни, перемежаемые слоями глины для амортизации полотна. Затем — бетон с щебнем или гравием, и, наконец, само полотно из неправильной формы плит, по краям окаймлённых прямоугольными, глубоко уходящими в нижележащие слои квадрами. Система римских военных дорог просуществовала всё Средневековье, практически не требуя ни ремонта, ни усовершенствования. Кое-где эти шедевры древнего инженерного искусства сохранились до наших дней. Один из них можно видеть на самом мысе Ай-Тодор; считают, что второй уцелевший отрезок магистрали находится между Байдарами (н. Орлиное) и верхней частью Шайтан-Мердвена, а третий, 150—200-метровый участок полотна на пологом склоне г. Меганом, расположен справа от современной грунтовой дороги Токлук (ныне Богатовка) — мыс Меганом.