Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Балаклаве проводят экскурсии по убежищу подводных лодок. Секретный подземный комплекс мог вместить до девяти подводных лодок и трех тысяч человек, обеспечить условия для автономной работы в течение 30 дней и выдержать прямое попадание заряда в 5-7 раз мощнее атомной бомбы, которую сбросили на Хиросиму.

На правах рекламы:

Ремонт кофеварок и кофемашин - ремонт кофемашин могилев kofeman.by.

Крымский вояж турецкого землеведа. Эвлия Челеби

В XVII веке в течение ряда лет (от 1641 до 1667 гг.) в Крыму и смежных регионах жил и принимал участие в походах с татарами турецкий путешественник Эвлия Челеби (1611—1679(1682) гг.). По итогам своих многолетних наблюдений и впечатлений он написал чуть ли не единственную книгу о средневековом Крыме — «Сейахатнаме», «Книгу путешествия». Однако долгие годы для европейских исследователей она оставалась неизвестной. Так сложилось, что заключительные IX—XI тома этого многокнижия были напечатаны латиницей только в 1938 г., а на русском языке их переводы появились только в последние годы. Труд Эвлии Челеби — своеобразная летопись очевидца, источник важных сведений об истории и населении полуострова, военных походах крымских татар и природных условиях Крыма до его включения в состав России.

Оригинальность описаний путешественника настолько поразила европейских исследователей его творчества, что они называли Эвлию Челеби «единственным в своем роде турком», «самым интересным представителем османского землеописания», «турецким Ибн-Баттутой» — в честь знаменитого арабского путешественника, жившего тремя веками раньше.

Эвлия свое первое путешествие в Крым совершил в 1641—1642 гг. Тогда им был лишь кратко описан путь к Бахчисараю. Как он сам признался, «бремени, да и отваги на описание земли Крымской, строений и памятников старины её тогда у меня не было». Но все же он смог визуально ознакомиться с природой полуострова, путешествуя от Перекопа до Бахчисарая и далее к Балаклаве, откуда он морем отправился в Стамбул.

Самым результативным для Эвлии Челеби было путешествие в Крым в 1665—1666 и 1667 гг., когда ему удалось здесь пожить и осмотреть основные города, описать их население, быт людей и их занятия, исторические и природные особенности отдельных мест. Если говорить об описаниях природы Крыма, то они, пусть даже фрагментарные и не всегда безошибочные, являются пионерными, появившимися более чем за 100 лет до первых научных описаний «крымских колумбов» XVIII века.

Во время своего второго путешествия Эвлия Челеби, судя по его книге, побывал во всех регионах полуострова: в Перекопе — на севере, Гёзлеве (Евпатории) — на западе, Акмечети (Симферополе), Бахчисарае и Инкермане — на юге, Балаклаве, Судаке — на Южном берегу Крыма, а также в Кафе (Феодосии), Керчи и Арабате — на востоке полуострова. Он путешествовал по равнинным степям, предгорью, горам и Южнобережыо, по Керченскому холмогорью. Каждый раз свое повествование о новом месте путешественник начинает с географического положения, приводит размеры территорий, называет минеральные, растительные и животные богатства края, подробно рассказывает о расселении и занятиях людей, описывает административное деление полуострова и дает немало других уникальных сведений, местами — эмоционального характера и некоторым стремлением к гиперболам.

«Полуостров Крымский, — пишет Эвлия Челеби, — это земля, окружность которой (по периметру. — Авт.) около семисот семидесяти шести миль составляет».

По существу, это первые в географической литературе сведения такого рода. Далее путешественник приводит общую картину заселенности края.

«На... полуострове Крымском находится тысяча шестьсот деревень и шесть тысяч отар, или усадеб. Деревни эти поставляют сто и еще двадцать шесть тысяч солдат... На войну идёт, однако, сорок тысяч, но по желанию ханов на войну восемьдесят тысяч солдат татарских поехать может, остальные же в Крыму остаются. Ибо в самом Крыму находится около четырехкратно по сто тысяч пленников казацких, четырехкратно по сто тысяч жён казаков и трехкратно по сто тысяч так называемых «копия» или же малых юношей и девушек казацких. Сверх того находится там двадцать тысяч гяуров греческих, армянских и иудейских».

Хорошо видно, что «вследствие такого множества ясыра казацкого», т. е. пленников, в Крыму оказывалось значительное количество славянского населения.

Эвлия Челеби четко различает отдельные крымские местности по, как мы бы сказали сегодня, ландшафтным признакам: равнинные степи, горные леса, приморские территории. Особенно его поразили береговые бухты на юго-западе полуострова:

«...посетил и осмотрел... всего восемнадцать бухт тамошних... Я, имевший возможность уже неоднократно объехать море Черное с правой и с левой стороны, нигде не видывал заливов таких, защищенных от всех восьми ветров и таких спокойных как эти... (ну чем не повторение, подтверждение Гомеровских оценок в «Одиссее»? — Авт.). Суда, заходящие в эти бухты, в любое время года стоят не заякоренными».

А вот как описывает он местность, где расположен Бахчисарай:

«Этот прекрасный город лежит как будто в какой-то котловине, в долине обширной с обеих сторон крутыми горами окруженной». И далее приводит такую интересную деталь, делающую ему честь, как наблюдателю: «...в горах же расположившихся по обеим сторонам, выделяются скалы, по воле Аллаха Всевышнего имеющие формы скакуна, слона, верблюда или козы с причудливыми пещерами».

Подобные причудливые формы выветривания известняков в долине р. Чуруксу теперь мы называем природными сфинксами. По представлению одного из авторов этой книги в 1964 г. они объявлены заповедными памятниками природы.

Рассказывая о Мангупе, путешественник отмечает, что

«это высокая, достигающая небес крепость на белом скальном выступе, скала, на которой цитадель сия возвышается, имеет в окружности двадцать тысяч шагов. Раскинулась скала та, как равнина плоская.., а вокруг нее пропасти зияют на тысячу аршин глубиной — воистину бездны адские».

Рельеф другого «пещерного» города, Эскикермена, характеризует так:

«По обеим сторонам... долины широко, на четыре тысячи шагов протянувшейся с востока на запад, возвышаются обрывистые, достигающие неба скалы. Все эти скалы источены... полны пещер и ходов подземных».

Не обошел своим вниманием путешественник и самый примечательный горный массив —

Чатырдаг, «вершиной своей подпирающий небо. Эта огромная гора видна на расстоянии пяти дней пути».

Есть в «Книге путешествия» также примечательные сведения о минеральных богатствах полуострова, в частности, о соли.

«Она чистая, белая, приятная на вкус, в глыбах, на кирпичи похожая. Её вывозят по Крыму — в Стамбул и во все страны».

Уже тогда в Перекопских озерах активно добывалась соль, которую называли «каффенской» — очевидно, по месту, откуда ее экспортировали. Очевидно, что широко разрабатывался тогда и строительный камень: «...все дома здесь из камня построены, ибо поблизости... каменоломни находятся». Впервые в науке отмечена путешественником разработка удивительного крымского минерального сырья — кила.

«В районе Инкермана, — пишет Эвлия Челеби, — на склонах... заливов находится кил, род жирной глины, которую женщины для натирания голов в банях употреблять привыкли. Моряки выкапывают этот кил в горах... и наполнив им сотни судов, вывозят за море. Кил, продаваемый в Стамбул под названием жирного кила каффенского, также происходит из Инкермана, ибо кроме каффенской соли и одного из видов рыбы в Каффе ничего иного нет».

С тех пор крымские ученые многие годы детально изучали месторождения кила (кеффекилита) в Крыму. Эта бентонитовая глина нашла широкое применение в нефтехимической, мыловаренной и даже винодельческой промышленности.

В разных местах своей книги Эвлия Челеби нередко делает интересные замечания о климатических особенностях и водных источниках посещенных им мест. При описании Инкермана отмечено, что «климат властвует здесь весьма приятный», а Балаклавский залив «от всех восьми ветров... защищен и безопасен», он видится гаванью, «спокойствием дышащей». Рассказывая о стране татов — Южном береге Крыма, Эвлия Челеби восторженно подчеркивает, что «в этой большой стране нет морозов и климат весьма приятен», а в Судаке ему запомнился «приятный тамошний воздух». А вот о Кафе: «...залив этот чудесен, климат приятен, окрестности... проточными водами изобилуют».

Особенно поразили турецкого гостя ветряки у города Гёзлев, где часто дуют сильные ветры:

«...здесь стоят на высоких каменных основаниях десять ветряков, или же особенных ветряных мельниц. Такого рода ветряков, — восклицает путешественник, — не видел я ещё ни в одной стране».

В наше время Тарханкутский полуостров признан в отношении ветроэнеогетических ресурсов одним из самых перспективных районов Крыма, и уже сейчас там можно увидеть группы гигантских ветряков.

Путешественник знакомит читателя со всеми основными реками региона — Альмой, Качей, Бельбеком, Черной и Салгиром. Опытный географ и наблюдатель, он у каждой из них находит свои приметы. Например, «река Салгир вытекает как сильный источник... у подножия Чатырдага» — это знаменитый теперь карстовый воклюз Аян. Или еще:

«Все ручьи, с северного склона вытекающие, в северном направлении текут и на севере впадают в море Азовское. Те же реки, которые с западной и южной стороны этой огромной горы вытекают, в море Черное впадают».

Растительный покров Крыма отражен путешественником почти так же эскизно:

«В долинах произрастают разнообразные растения, такие как: тростник ароматический и трава «черным зельем» называемая, девичьим косам подобная... славится также тамошний лук, сердечник и перечная мята. ...В тамошних горах и на полях растут удивительные фиги, лимоны, апельсины, кипарисы, тополя, вербы плакучие, буки, рябина, нежная айва, каштаны, сливы и абрикосы. В горах... растет множество можжевельников ...произрастают деревья мастиковые (фисташка туполистная. — Авт.). Во времена, когда властвовали здесь неверные, добывали они мастиковую смолу. Однако в нынешние времена татары, не зная ценности этих деревьев, вырубают их на топку».

Читаем зарисовку ландшафта Керченского полуострова у Арабатской крепости:

«это низменная местность, поросшая разнообразной зеленью, травой и тюльпанами, а по обеим сторонам её море Азовское лежит».

Описание растительного мира у Челеби не всегда ограничивается простым перечислением видов. Порой он привносит в текст эмоции, заставляющие вспомнить восточные сказки, как хорошо видно из фрагмента о ханском парке в Бахчисарае:

«... в этом райском саду, были посажены привезенные из Анатолии луковицы спиканарда, саженцы гвоздик из Трапезунда, нарциссы из Стамбула, шарообразные тюльпаны "Монда Челеби", нидерландские тюльпаны "Челеби Ходжа".., разнообразные виды анемонов, гиацинты... а также сотни тысяч других цветов, в дар присланных. Тот, кто входит в этот сад и увидит его, сразу поймет, что очутился в одном из райских уголков. Весной распускаются тут цветы всех деревьев фруктовых: сливы, яблони, груши, черешни, вишни и др. От их запаха у человека голова кругом идет».

Сегодня вокруг бахчисарайских фонтанов растут уже совсем другие цветы, но о драгоценных луковицах и старинных сортах по-прежнему напоминают изысканные орнаментальные барельефы, высеченные на надгробиях дворцового кладбища.

Рыбы, звери и птицы также не ускользнули от внимания турецкого гостя. В частности, он был необычайно поражен их обилием и разнообразием в окрестностях и бухтах Инкермана.

«...особенностью тех заливов является рыба, которой здесь, как в порту Александрии в Египте, обитает тысячи видов. Однако таких ланей, косуль, и коз диких, какие живут в горах над теми заливами, нет ни в одной другой стране. Зимой в тех заливах пребывает такое великое множество гусей, уток, лебедей, цапель, бакланов, казарок и пеликанов, что число их известно лишь одному Творцу обоих миров... В горах вокруг Инкермана живут разнообразные птицы: рябчики, перепелки, куропатки, фазаны, дрофы и казарки, вследствие чего бухты те являются местами для прогулок и охоты».

Живя многие годы в Крыму, путешественник хорошо изучил быт и нравы местного населения, и из его записок можно составить некоторое представление о занятиях людей того времени. Например, в Балаклаве «весь тамошний люд занимается рыболовством и мореплаванием»; в Бахчисарае «сочных... фруктов ... такое изобилие, что вывозят их в другие города».

В степи «виноградников и садов нет... Земли там весьма плодородны... С помощью бурдюков из кожи скота жители черпают воду из колодцев глубиной в сто восемьдесят и пятьдесят кулачей... Растет здесь прежде всего пшеница... с шестью разновидностями зерна, а также черный вид ячменя... После посева одного киле зерна собирают потом пятьдесят...»

В заключение приведем несколько географических миниатюр, точно и узнаваемо рисующих образы крымских городов.

О Гёзлеве (Евпатории):

«Эта огромная цитадель в форме пятиугольника, прекрасно украшенная и укрепленная, построенная из тесаного камня на равнинном побережье морском, с трех сторон окружена морем и расположена на выдвинутом в море мысу, похожем на полуостров. Имеет она пять больших и могучих ворот».

Об Инкермане:

«В скалах под тем замком находится несколько сот пещер таких огромных, что каждая из них тысячу и даже две тысячи овец вместить может... В гротах находится множество проходов, вырубленных в скале... В упомянутых гротах хранится состояние и запасы продовольствия всего населения края..».

О Балаклаве:

«Замок тот на все три тысячи шагов растянулся. На скалах со стороны моря стен крепостных нет, ибо с той стороны такая пропасть, что сохрани Аллах!».

О Чуфуткале:

«Воистину ни в одной стране нет подобной неприступной крепости иудейской».

О Бахчисарае:

«Город лежит по обеим сторонам долины, распростершейся... с востока на запад... Воды реки... которая течет... через самую середину города, для различных целей употребляют... Приводит она многочисленные мельницы...».

Об Акмесджиде (Симферополе):

«Стародавний, многолюдный и застроенный город... Расположен в самой середине Крыма, на окраине прекрасной, широкой и поросшей травой равнины, а на юг от него... возвышается Чатырдаг».

О Судаке:

«Этот замок стоит на берегу Черного моря на высоком взгорье, имеющем форму головы... таком высоком, что вершина его едва не достигает Млечного пути на тверди небесной... На всем полуострове Крымском нет таких роскошных садов, как сады около Судака».

О Кафе (Феодосии):

«Вглубь суши Кафа протянулась на шесть тысяч шагов, а вдоль моря на две тысячи шагов, измерил я это пространство своими ногами троекратно».

О Керчи:

«Замок сей лежит над берегом моря у большого залива... Находится здесь порт, к которому пристают все суда из Черного моря и Азовского. Этот огромный залив, защищаемый от южных, западных и северных ветров, вмещает в себя тысячу и один корабль, пусть даже самых больших. Рыбы же в этом заливе множество»...

Подводя итог путешествиям и описаниям географических особенностей Крыма, которым Эвлия Челеби посвятил значительную часть своей содержательной книги, можно с уверенностью говорить о том, что это был незаурядный человек и наблюдательный ученый, первопроходец, давший задолго до начала эпохи регулярных естественнонаучных описаний полуострова самые полные и во многом пионерные сведения о природных особенностях Крымской земли. Понятно, что во многом эти знания, собранные шестнадцать веков спустя после Страбона, были неполными, иногда ошибочными и даже гиперболизированными, однако они несут уникальный отпечаток того времени и личности Челеби.

В последующее столетие продолжалось эпизодическое и медленное накопление все новых и новых сведений о Крыме. Правда, труды Эвлии Челеби на долгие годы оставались малоизвестными для европейской науки.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь