Несколько вводных слов

Мрачный анекдот советской поры: «Приезжий — москвичу: «Подскажите, пожалуйста, где здесь Госстрах?» Москвич — приезжему: «Где Госстрах — не знаю, а Госужас — вон там, на площади Дзержинского».

На площади Дзержинского (ныне Лубянской), за бронзовым памятником «железному Феликсу» (снесен в 1991 году) темно-гранитным утесом высилось многоэтажное здание центрального аппарата советских органов госбезопасности: ВЧК — ОГПУ — НКВД — НКГБ — МГБ — МВД — КГБ.

Вышеприведенный анекдот я впервые услыхал в 1965 году, когда стал студентом Московского государственного историко-архивного института. От площади Дзержинского до Историко-архивного института — две сотни метров. Каждое утро, спеша из общежития в институт, я выходил из станции метро «Площадь Дзержинского» и первое, что видел, были бронзовый «железный Феликс» и гранитный КГБ. Они как бы олицетворяли нерушимость существовавшего тогда государства — Союза Советских Социалистических Республик — и его общественно-политического устройства. Мы, студенты Историко-архивного института, конечно же, догадывались, какие бездны исторических тайн хранятся в архивах центрального КГБ и его региональных подразделений. Но во второй половине 1960-х годов, когда в стране после хрущевской «оттепели» вновь «похолодало», мы и представить себе не могли, что хранившиеся в этих архивах миллионы дел еще при нашей жизни будут рассекречены и станут доступны исследователям...

В середине 1990-х годов научно-редакционная группа Крымской республиканской коллегии книги «Реабилитированные историей», сотрудником которой состоял и я, получила доступ в архив Главного Управления Службы Безопасности Украины в Крыму для работы с судебно-следственными делами репрессированных и впоследствии реабилитированных крымчан. Таких дел в этом архиве — более 20 тысяч. Они недавно рассекречены и подлежат передаче для дальнейшего хранения и использования в Государственный архив Автономной Республики Крым.

Из этих дел видно, какое множество безвинных людей стало жертвами политических репрессий, какое море крови было пролито понапрасну...

Многие судебно-следственные дела представляют чрезвычайный интерес. Таковы, например, дело А.П. Барта, в годы революции и Гражданской войны ведавшего финансами Крыма и одним из первых расстрелянного красными в ноябре 1920 года; дело выдающегося русского религиозного мыслителя отца Сергия Булгакова, в 1922 году высланного властями за пределы Советской России; дело Н.Н. Грин, вдовы знаменитого писателя А.С. Грина, проведшей 10 лет в сталинских лагерях; дело Георгиевского кавалера отставного царского генерала Л.И. Защука, в 1921 году едва не расстрелянного; дело графа Р.Р. Капниста, одного из героев «Подвальных очерков» замечательной писательницы А.К. Герцык, расстрелянного в 1921 году; дело семьи баронов Корф, расстрелянной в 1920 году лишь за «классово-чуждое» происхождение; дело П.В. Макарова, ставшего прототипом главного героя популярного телесериала «Адъютант его превосходительства»; дело А.А. Стевена, бывшего в годы Гражданской войны министром продовольствия во втором Крымском краевом правительстве и расстрелянного одновременно с А.П. Бартом; дело С.А. Усова, в годы Гражданской войны являвшегося симферопольским городским головой, который по причине своей исключительной порядочности едва не был казнен поначалу белыми, а затем и красными; дело Н.П. Чоглакова, последнего редактора «Таврических губернских ведомостей», расстрелянного в ноябре 1920 года; дело С.Г. Щеколдина. в годы Великой Отечественной войны спасшего Алупкинский дворец-музей и «награжденного» за это 10 годами лагерей; дело Н.Л. Эрнста, одного из самых почитаемых в Крыму археологов и историков, проведшего в тюрьмах и лагерях 12 лет...

Написанные мною по материалам судебно-следственных дел документальные очерки о жертвах политических репрессий в Крыму в 1920—1940-е годы были первоначально опубликованы на страницах крымских газет и журналов. Ныне, в год 80-летия окончания Гражданской войны в Крыму, вниманию читателей предлагается книга, в которой все эти очерки собраны воедино. Очерки расположены в алфавитном порядке фамилий их героев. По мере необходимости некоторые очерки снабжены примечаниями. При подготовке очерков к переизданию в некоторые из них внесены исправления и дополнения, порой существенные.